Дед в режиме мастера - Евгений Валерьевич Решетов

— М-да, помню. Прямо в гостиной. Сердце отказало. Она упала на ковёр с полным кофейником в руках. Я долго горевал, всё-таки этот ковёр мне подарил отец, а он оказался напрочь испорчен.

— Де… деда, ты монстр, — опешил парень.

Я печально усмехнулся, устремив взгляд в стену, всем своим видом показывая, что скорблю на самом деле не по ковру. Просто не могу вот так прямо выразить свои чувства.

К слову, Зверев не особо-то и любил свою жену. А уж мне, вселенцу, она тем более чужая.

Глава 8

Разговор по душам с внуком, можно сказать, состоялся, закончившись моими мудрыми словами:

— Пусть твоё сердце выбирает любимую даму, Павел. Хотя, конечно, другие органы тебе тоже начнут много что советовать, особенно один.

Внучок покраснел, сидя за столом с фарфоровой чашечкой чая, над которой курился лёгкий пар.

— Эх, — тяжело вздохнул он и глянул за окно. Там давно уже разгорелся яркий полдень, выжигая следы прошедшего дождя.

— Да, выбирай сердцем. Деньги-то у нас теперь есть. Кстати, ускорь ремонт. Найми ещё пару-тройку бригад и двух слуг, можно даже трёх. Также нам нужны дворецкий, водитель, разнорабочий и телохранитель для тебя. А-а… и ещё купи «мерседес». Такой же, как у Владлены, и гербы Зверевых чтоб на нём намалевали.

— Ого! — вытаращил глаза пухляш, приоткрыв рот.

— Маловато будет? Тогда ещё вложи кое-какую часть денег в акции, — сказал я и прикинул, что может подрасти на фоне грядущих испытаний, которые сотрясут этот мир из-за столетнего юбилея Лабиринта.

Выудил из памяти Зверева названия нескольких подходящих компаний и приказал Павлу купить их акции.

Тот не просто покивал, а всё записал в телефон и опасливо спросил, облизав губы:

— А мы не прогорим? Страшно как-то вкладывать такие деньжища.

— Не-а, — спокойно ответил я, несмотря на имеющиеся риски.

Внезапно голодно квакнул живот. Погладил его и отправился грабить холодильник.

— Деда, может, мы для тебя наймём какого-нибудь помощника или телохранителя?

— Он мне только мешать будет, — решительно проговорил я, прекрасно зная, что скелетам уже тесно в шкафу.

От телохранителя придётся скрывать уйму всякой информации и много чего другого. Да и привык я уже в одиночку всех раком ставить.

— Может, всё же передумаешь? Ты постоянно ходишь по лезвию ножа. Как бы чего ни случилось, — помрачнел внучок, сделав небольшой глоток из чашечки. — Не ровён час, убьют тебя.

— Твой лютый пессимизм вгоняет меня в депрессию. Выше нос, а то второй подбородок видно, — усмехнулся я, поставив на стол половину пирога с мясом и грибами. Он до сих пор пах просто одуряюще.

Павел заинтересованно посмотрел на него, втянув носом тёплый воздух. Пришлось с ним поделиться, хотя не очень-то и хотелось.

Мы вдвоём съели пирог, а потом я, сыто отдуваясь, отправился в холл, услышав звук дверного звонка. Привезли заказанные мной ранее алхимические ингредиенты. Приняв их, я пошёл в лабораторию.

Та встретила меня насыщенным запахом трав и электрическим светом, отражающимся в стеклянных ретортах, колбах и перегонных кубах. В одном из металлических шкафов притаился «Вампир». Я вытащил его, чувствуя исходящее от него тепло.

Кинжал опасно и таинственно поблёскивал, словно он был продуктом деятельности высокоразвитой цивилизации, а я на его фоне казался бабуином. Признаться, что-то в этом было…

Никто из ведьмаков не мог похвастаться тем, что ему доводилось владеть настолько могущественным артефактом демонов.

— Сколько же тайн ты хранишь? — пробормотал я, попутно разложив на столе доставленные ингредиенты.

Кинжал не ответил. Отложив его в сторону, принялся готовить зелье омоложения.

Вскоре над горелкой в ковшике начало исходить белым паром варево, затягивающееся зеленоватой пенкой. Травяной запах стал более насыщенным, терпким. Он щекотал ноздри, а в уши втекало ритмичное бульканье. На поверхности зелья возникали пузыри и тут же весело лопались, разбрасывая мелкие брызги.

Убавив огонь, я на своём новом телефоне набрал номер полковника Барсова.

— Слушаю, — прохрипел он так надсадно, словно прямо сейчас собирался умереть от недосыпа.

— Это Зверев, — произнёс я, одним глазком глядя на зелье.

— Какие новости? — мрачно спросил он, явно зная про мой разговор с императором. — Могу предположить, что вы пошли на повышение, учитывая ваши незаурядные способности. Верно?

— Угу. В составе тринадцатого отдела я больше не буду числиться. К вечеру меня переведут в другую… кхем… контору.

— Понимаю, понимаю, — тяжело вздохнул полковник. — Жаль. Мне и самому нужны такие сотрудники. Приятно было поработать с вами, Игнатий Николаевич.

— И мне с вами.

— Желаю вам удачи на… новом месте работы.

— Благодарю, до свидания.

Мы распрощались с некой толикой горечи, как старые приятели, чьи жизненные пути разошлись. Хотя были знакомы не так уж и долго.

Поразмыслив миг, я совсем выключил огонь и накрыл ковшик с зельем крышкой, а затем позвонил Владлене Велимировне.

— Алло, — вылетел из телефона её чем-то уже недовольный голос. В общем, всё как обычно.

— Ты чего такая сердитая? Переживаешь, что сделала нечто хорошее?

— Зверев! — с явной усмешкой выдохнула она. — А ты почему звонишь с другого номера?

— Теперь буду пользоваться этим, — произнёс я, вспомнив инструкции, полученные во дворце.

— Ясно. Как прошло твоё утро?

— Как обычно, — иронично проговорил я. — Одну знатную особу спас, с другой поговорил.

— Ну конечно! — фыркнула она. — Не придумывай, Игнатий, у тебя и так приключений выше крыши. Не могут же они на тебя каждый день валиться как из рога изобилия.

— Есть предположение, что я проклят или герой какого-нибудь романа.

— Зверев, о тебе максимум напишут некролог в газете, — совсем развеселилась декан.

Я уж не стал напоминать, что обо мне нынче пишут везде: и в газетах, и в интернете. И так сейчас испорчу ей настроение.

— Владлена, в свете последних событий я больше не могу преподавать в институте.

— Как⁈ — опешила она и зло крикнула: — Марков, закрой дверь и научись стучать! И я занята! Потом придёшь, а может, и не придёшь… Я тебя раньше отчислю!

— Надо заняться восстановлением рода, так что, по крайней мере, ближайший месяц-другой институту придётся обойтись без своей главной