Черноземье. Король 2 - Иннокентий Белов

У Клеи при себе имеется горшок с крышкой в арбе на всякий случай, конечно, но заниматься подобными делами на ходу очень неудобно. Да еще в любом случае женщине какая-то солидная передышка требуется. У нее достаточно места под тентом, но пройтись туда-сюда тоже лишним не станет. Клея с удовольствием прогуляется сама пешком рядом с арбой какое-то время, у меня с ней про подобные перемещения тоже заранее договорено.

Нужно только ее арбе отстать от каравана на солидное расстояние, а мне придерживать своих парней, чтобы не торопились быстрее доехать куда-то там сейчас.

«Как только мы проедем самые густонаселенные земли около города и доберемся до более безлюдных, уже недалеко от берега Протвы», — подобное ее пожелание мне хорошо известно.

Клея очень хочет восстановить физическую выносливость. Еще во время траура она здорово исхудала, когда просто не могла есть из-за постоянных переживаний, еще в конец расшатанных смертью мужа и отца всех ее детей нервов. Все же она понимала, что фактически убила отца своих детей лично своей же магией. Так что ей подобное занятие — долго шагать пешком по хорошо укатанной дороге не станет слишком тяжелым испытанием, наоборот, придаст определенный смысл жизни. Ведь куда-то идет не просто так, а по серьезному и очень важному поводу, как я ей обещал.

«Ну, официального отца, — резюмирую я, вообще не собираясь портить жизнь Клее и старшему Крому снятием покровов со старых тайн. — Совсем лишнее такое дело! Никому вообще не нужное!»

Я на всякий случай присматриваю за ней сзади. На всякий случай не собираюсь никого пропускать мимо себя вдогонку за Клеей без правильно принятого сообщения по скошу. Она просто выслушает меня и заберется в арбу обратно на какое-то время, пока невольные свидетели ее не обгонят.

«Никто не должен опознать по дороге госпожу Клею, жену бывшего Главы Совета Астора. Так что пока мои люди немного придержат торопливых путников, я отъеду в сторону и вызову Клею на разговор».

Моим людям тоже не стоит знать, что сегодня в ночи мы с женой погибшего Главы Совета останемся совсем наедине на Норнийских нагорьях.

«Наедине, конечно, но в темном и мрачном лесу, полном реальных опасностей, особенно для зазевавшихся Магов», — усмехаюсь я.

Я своих людей отпущу прямо перед встречей, ее возница не доедет до места передачи баранов с десяток лиг. Так что наша встреча в уже наступающей темноте окажется не видна вообще никому. Ни мои ничего не поймут, зачем столько ехали и что все подобное значит. Ни ее охранник ничего не увидит, ни моих людей, ни меня самого. Пока ничего не должно связывать нас друг с другом, непонятно зачем исчезнувшую из дома госпожу Клею и меня, отправившегося по своим обычным делам солидного Капитана.

Который еще настоящий сильный Маг.

Потом мы поднимемся с ней мимо лагеря заготовщиков, обойдем далеко стоянку пастухов с их чуткими собаками. Когда поднимемся выше, тогда устроимся ночевать в уже приготовленной палатке на той поляне, где обычно останавливаются мои люди.

Там и отхожее место приготовлено, и ручеек в яму стекает, и небольшой запас дров имеется — в общем, есть все для нормального ночлега.

«Не то, чтобы я думаю сохранить очень надолго совсем в тайне данное обстоятельство, что мы с Клеей по отдельности уходим из города и только здесь встречаемся, чтобы подняться в горы. Но и торопиться выдавать подобное знание для горожан о слишком странных отношениях между нами я тоже не стану. Понятно, что отношения с опытным Магом у жены бывшего Главы Совета могут быть или любовные, или магические. Для любовных мы делаем слишком много всяких лишних движений, могли бы всем положенным в Асторе спокойно заниматься. А вот для магических все в самый раз получается, что нам нужно обязательно уединиться».

Я рассматриваю вернувшуюся из кустов Клею. Вижу, как она пока не забирается в арбу, а сама с заметно большим удовольствием шагает рядом с ней.

Поэтому командую ехать вперед. Дорога вьется и вьется под копытами лошадей, я время от времени прибавляю хода или притормаживаю моих людей. Но вскоре мы проходим мост, потом минуем трактир и Сторожку.

Арба Клеи уже догнала караван, теперь спокойно катится позади всех. Я тоже держусь в зоне видимости, здесь никого не получится встретить, кроме степняков или арестантов с полонниками. Но вообще пока в Сторожке никого нет, все арестанты и степняки на горных перевалах ставят рекорды работоспособности. После одновременного обеда в караване арб и в моем отряде, объявленном мной сразу же, как я заметил похожие приготовления впереди, еще через четыре часа на нагорьях начинает быстро, как всегда случается летом, темнеть.

Вскоре я вижу, как остановилась арба Клеи, тут же отправляю своих людей обратно в Астор с наказом ждать меня через осьмицу и еще два дня около трактира Сохатого.

— Не в нашем месте, господин Капитан? — удивляются приближенные охранники, кивая в сторону гор.

— Нет, там не надо. Ждите около трактира, можете в нем самом. Я появлюсь через полторы осьмицы, наверно. Или немного раньше, — отвечаю им.

Охранники уезжают, уводя мою лошадь с собой, я коротко общаюсь с Клеей по скошу, быстро говоря, что ей нужно сейчас сделать.

«Скоши реально помогают, удается обговаривать реально каждый шаг».

Она тут же выбирается из арбы с солидным мешком за спиной, ее транспорт уезжает вперед. Личный охранник Клеи переночует с остальными закупщиками, даже поможет им завтра с перевозкой баранов до рынка. И мангальной поможет, и себе немного заработает, Клея оставила арбу в его личном распоряжении тоже на осьмицу и пару дней. Потом он должен ее дождаться на том же самом месте, где они сейчас расстались.

Я же приближаюсь к Клее в наступающих сумерках, смотрю на ее счастливое лицо, молча беру за руку, забираю у нее мешок и веду в сторону от дороги.

— Я так довольна, что выбралась наконец-то из Астора. Он последнее время сильно на меня давил. И мой дом, и сам город, и все знакомые с их соболезнованиями и хитрыми расспросами, — слышу я объяснение счастливому лицу.

— Да, Клея, впереди совсем новая жизнь. Она будет заметно страшнее твоей прежней жизни. Но все же не ужаснее той беспросветной, которую ты прожила в Пельтуме. Ты сама дашь освобождение жителям Сатума, — говорю ей,