Медея - Ли Литвиненко

Когда лошади проезжали ворота Меди услышала вой. Не слишком громкий, приглушенный, будто существо угрожающе завывавшее, находилось под землей.

– Церус, – поморщился сопровождающий. – Мы закрыли его в подвале, чтоб немного остыл. Когда протрезвеет, выпустим.

Медея понятливо кивнула. А что удивительного? Такое случается сплошь и рядом. Напился – в подвал. Похитил девушку – извинился и вернул.

– Ты не бойся, он не станет тебя искать, – а вот эти слова как-то неприятно царапнули. – И на другую сторону мы не ходим. Совсем.

Дорожка через лес еле заметна и приходилось нагибаться проезжая под низкими ветками. Провожатый ехал неспеша и постоянно поглядывал на Медею. Видно, что хотел говорить с ней еще о чем-то, но сдерживался и только подбадривающе улыбался. Вот и поляна, а на ней её корзинка. На том самом месте, только полная перхалки. Они собрали травку в качестве извинения?

– Ну, – оборотень почесал затылок. – Ступай. Мост там.

– Я знаю, – кивнула Меди.

Во взгляде оборотня промелькнула радость. Он довольно осклабился. Что рад её уходу? Не нравится, когда чужие гуляют по территории? Меди быстро зашагала к мосту. Оглянулась. Оборотень уже сел на лошадь и не дожидаясь ее ухода, скрылся в лесу. Это хорошо. Значит не заинтересован. Значит можно выдохнуть. Перепрыгивая с камня на камень, почти не гладя под ноги, она промчалась через речку.

Наконец родной берег. Медея побежала, быстро. Почему-то хотелось оказаться подальше от замка с приключениями. На ходу постоянно оглядывалась. Никто не преследует? Никого. Как и обещали.

Смотря назад больше, чем вперед, Медея не заметила препятствия. Столкновение с Зоей было сокрушительным. Девушек отбросило в разные стороны. Обе упали на землю.

– Меди, – завопила недовольная кучеряшка. – Ты что спятила? Носишься как шалопутный древогрыз, – от удара её шляпка съехала набок и Зойкин вид был презабавный.

– Кто это, – спросила запыхавшаяся Медея и легла на траву. Алкоголь и ощущение безопасности навалились сонной дремотой. Хотелось вот так лежать на солнышке и спать, спать…

– Темная сущность, что поселяется в деревьях и съедает их изнутри, – Зое подали руку и она поднялась, недовольно отряхивая и без того грязное платье.

Оказывается, Меди успела добежать до самой обители. Девушки собрались у калитки и внимательно рассматривали обновлённый забор. Зоя привезла из города специальную добавку для белил и выкрасила свою комнату в жутко— розовый цвет. Обычному человеку находится в её спальне теперь было противопоказанно. Берта очень точно описала причину:

– Чревато психическим расстройством.

Такая оценка не остановила Зойкину творческую сторону. К несчастью, у неё оставалось еще много розового колориума. Уговорив нескольких девушек, она принялась за забор вокруг обители. Просто побелить его в жуткий цвет, показалось не достаточным, потому красили доски через одну.

– Какая жуть, – Берта всегда отличалась прямолинейностью.

– Зато отпугнет всех хищников, – усмехнулась Медея. Ей было хорошо, вот так лежать на прохладной травке.

– Я же говорила, что она опять ходила на ту сторону. – Зоя указала на полную перхалки корзину. – А ведь Берта запретила гулять там, пока у нас нет разрешения.

– «Ну, ябеда, когда-нибудь я тебя поколочу», – мстительно решила Медея, а вслух пояснила:

– Для дела ходила, не ради прогулки.

– Вижу, – подошедшая к ней Берта, смотрела с подозрением. – А почему такой вид?

– Какой? – Меди задумалась. Рассказать?

– Больно помятый.

– Устала. – Медея хотела подняться, но у нее кажется, отказали ноги. Все силы покинули её тело. Наверно, последствия пережитого шока.

– И тут, – Берта провела себе по шее. – Оцарапалась?

Медея тронула место, на которое указала сестра. След от его укуса. Ранка превратилась в ощутимый под пальцами рубец.

– И пахнешь, – Берта наклонилась совсем близко. – Ромом? Гномьим ромом! Ты что напилась?

Тут нервы Медеи сдали, и она заревела. Да, оказывается она не герой, а слабая пьяненькая женщина. Девушки окружили её в тесный кружок и сочувственно гладили по растрёпанным волосам.

– Я пошла, как всегда, – размазывая по шекам слезы и икая говорила Меди. – Упала…

– Куда? – ахнули хором сестры.

– В воду, – уточнила Медея. – Там на мосту скользко, я шла и…

– Бултых! – кивнула головой Зоя.– Это слизнизуи виноваты. По ночам они выползают из воды и облизывают камни. Те становятся страшно скользкими…

– Хватит, – осадила её Берта. – Мешаешь. Давай после расскажешь про своих слизуниров.

– Слизнизуев, – поправила Зоя.

– Не важно. После… И? – обратилась к Медее. – Упала…?

– Но потом поднялась и перешла мост.

Девушки радостно закивали. Хорошо, что все прошло хорошо.

– Я стала собирать перхалку, – Медея указала на корзину.

– О-о-о, – похвально протянули сестры.

– Потом выскочил оборотень, – продолжила Медея и икнула.

Девушки замерли и хором охнули:

– ОБОРОТЕНЬ?!

– Да! Он был огромный! – всхлипнув пояснила Меди. – Зубы и когти. Так рычал… Укусил меня, – из глаз девушки выкатились две большие слезинки. – Здесь. – указала на шею.

– УЖАС! – у всех девушек от страха выпучились глаза.

– К-к-к-как ты выжила? – прошептала Берта.

– Не знаю, – всхлипнула Меди. – Я упала в обморок.

– Отличный план! Прикинутся мертвой! – восхитилась Зоя.

– Когда очнулась…

– Его не было?

– Оказалась в замке.

– В замке?

– Откуда замок? – Берта посмотрела на Меди с подозрением. Весь её рассказ… Может бедняжка просто ударилась головой и ей все привиделось?

– Он там, – Медея указала рукой в сторону речки. – Его видно с моста и вороны. Они там живут.

– А оборотень? Он был с тобой? В том замке? – Чаруна взяла её за руку.

– Да он был со мной…И…

– И что он сделал? – замерли в ужасе девушки.

Медея густо покраснела, вспомнив «что» сделал с ней оборотень. Про такие подробности стоит умолчать. Да и как назвать то, что делали его губы?

– Он… Он… Поцеловал меня…

– Поцеловал! – в голосе Себастины был восторг. Она было самая любвеобильная из них, и в городе заигрывала с каждым гномом.

– Да. Поцеловал, – и Медея опять заплакала. Вспомнила что больше не увидит Церуса. Но почему от этой мысли так грустно? Всего лишь мужчина. А мужчинам доверять нельзя.

– О, должно быть он был страшный? Оборотень? Тебе было противно лобызаться со зверем? – предположила Агафья, глядя, как она убивается.

– Нет, – замотала головой Медея. – Оборотень изменился и стал… Высокий, стройный… ласковый.

Ее ответ вызвал изумление и повышенный интерес на лицах девушек.

– Красивый, – решила Себастина.

– Может быть, сильно старый? – допытывалась Зоя.

– Нет молодой, лет тридцать… Наверное…

– А после поцелуя? – серьезно спросила Берта.

– Он пошел за водой. В погреб. А его друзья вернули меня обратно.

– Его друзья?! То есть еще оборотни?! – выпучила глаза Берта.

– Что-то около двадцати…

– Что-о-о-о? – ахнули девушки и в растерянности стали переглядываться.

– Они заперли его, а меня отпустили. Сказали, что он напал, потому что был сильно