Развод по-имперски. Хозяйка разрушенного города - Валентина Гордова

Тяжёлая пауза и тихий, ещё более мрачный вопрос арканта:

– Следы физического насилия?

Не открывая глаз, я с нажимом сказала:

– Даже не думайте ему отвечать.

Теперь у тишины отчётливо ощущались нотки чье-то бешенства.

Я разомкнула веки и как раз увидела, как Грейвхарт вопросительно смотрит на мужчины в белой мантии лекаря, а тот виновато разводит руками и одними губами говорит:

– Так не понять.

Зло сощурившись, я медленно села, переводя взгляд с одного негодяя на другого.

Аркант выглядел чернее тучи.

– Почему вы упираетесь? – требовательно спросил он звенящим стальным голосом.

– Моя личная жизнь вас не касается, – с достоинством холодно ответила я.

– Есть разница между личной жизнью и преступлением! – прошипел он, нависнув надо мной.

Я усмехнулась и насмешливо посмотрела на отчего-то взбешённого мужчину.

Дорогой мой лорд Грейвхарт, видимо, забыл, о ком идёт речь.

Он резко выпрямился, холодно посмотрел на меня и сказал:

– Вам придётся всё рассказать, леди Элирс. У вас не осталось выбора.

Глава 18

Глава 18

Лекарь оказался столичным.

Не знаю, как Грейвхарт притащил его в Краенхолл и когда успел, но лекарь раскинул магическую схему моего организма на весь кабинет, долго изучал и в итоге со вздохом сказал:

– Я подозреваю, что грубо и некачественно был проведён ритуал по отвязке от ауры какого-то артефакта.

Я молчала, сложив руки на груди, прижав к себе коленки и накрываясь пледом на диванчике в кабинете арканта. На мужчин я не смотрела, всем видом показывая, как не одобряю и осуждаю их действия.

– Вероятно, ритуал пошёл откатом на леди Элирс. Не знаю, что конкретно это может быть, потому что не понимаю, что именно она сделала.

– Предположите, – фактически потребовал внимательно слушающий каждое слово Грейвхарт.

Лекарь ненадолго задумался.

– Тошнота, физическая непереносимость еды, проблемы со сном, низкое давление, озноб, быстрая утомляемость, проблемы с магией... можно долго перечислять. Нужно наблюдать. Глубокий анализ невозможен, когда аура в таком состоянии... да вы и сами видите.

О, мы все это видели. Проекция моего организма продолжала мерцать в магически созданном полумраке кабинета.

Аура, которая у меня, как у мага-прикладника, должна была быть ярко-синей, на деле выглядела потухшей серой с редкими голубыми вкраплениями.

Края оказались разодраны. У ауры должен был быть размытый, но ровный контур. Моя выглядела так, будто её рвали когтями.

Помимо этого, тревожно красным пульсировало почти всё тело.

Я не умела читать целительные проекции, но выглядело это довольно жутко.

– Вижу, – глухим раскатом грома подтвердил аркант.

– Вы говорите, она бегает по городу и активно пользуется магией? Я удивлён, как в таком состоянии она вообще может быть в сознании.

– А, может, кто-то просто плохой лекарь? – не сдержалась я, с прищуром посмотрев на мужчину. – Вы столько всего сказали, но никуда не попали. Я прекрасно себя чувствую, я бодра и полна сил, и с магией у меня полный порядок!

Я демонстративно взмахнула рукой, распахнув разом все три окна, загнала в кабинет сильный ветер, растрепавший лекарю длинные волосы, и с грохотом закрыла ставни, всё прекращая.

Он тяжело вздохнул, поправил волосы, посмотрел на мрачно и осуждающе глядящего на меня арканта и сказал:

– Повторяюсь, нужно наблюдать. Подобная... активность может быть следствием сильного стресса и попыткой сознания убежать от страшных переживаний.

Я слабо вздрогнула и сощурилась ещё сильнее, прожигая лекаря гневным взглядом.

– Я понял, лорд Ларк, – Грейвхарт с благодарностью и почтением склонил голову перед лекарем. – Будьте на связи.

– Только ради вас, лорд Грейвхарт, – лекарь отвесил не менее почтительный поклон, активировал знак на груди и растворился в лунном сиянии.

Вместе с ним исчезла и проекция моего организма, а аркант движением руки рассеял нагнанный полумрак.

Кабинет вновь стал светлым, в окошки радостно светило солнышко, на улице пели птички, шла масштабная повсеместная стройка, гудела жизнь.

Лорд Грейвхарт молча прошёл и сел рядом со мной на диванчик. Тот был довольно маленьким, между мной и мужчиной оставалось расстояние в две ладони.

Мы молчали, глядя в противоположную стену и не смотря друг на друга.

Он не выдержал первым:

– Расскажите мне всё, чтобы я мог помочь.

– Я не нуждаюсь в помощи, – я откинула плед, опустила ноги в туфельки, закрепила застёжки и поднялась, даже не пошатнувшись.

– Почему вы так упрямитесь? – он со злым прищуром и непониманием смотрел на меня с диванчика.

Он сидел, я стояла, но наши лица всё равно были почти на одном уровне.

– А почему вы так активно пытаетесь выяснить подробности моей личной жизни? – вопросом на вопрос ответила я, забирая со столика принесённые одним из его кернов мои вещи.

– Кали, – тихим глухим голосом почти с отчаянием позвал аркант.

Я содрогнулась, лихо обернулась к нему всем телом и звенящим от негодования голосом сказала:

– Я не давала вам права так меня называть!

– Вы предпочитаете игнорировать проблему? – грустно спросил он, вглядываясь в мои глаза с какими-то непередаваемыми эмоциями.

– Какую проблему? – я всплеснула руками. – Со мной всё в полном порядке! А вот вы зря лекаря отпустили, вам бы собственную голову проверить.

Не оскорбившись на это, вообще-то, оскорбление, он прямо спросил:

– Он вас насиловал?

– Доброго дня, лорд Грейвхарт! – я развернулась и уверенно направилась к двери, громко и гневно стуча каблуками.

К счастью, меня не пытались остановить.

Как ему вообще не стыдно такое спрашивать? В какой момент он решил, что имеет право на подобные вопросы? Это вообще оскорбление!

К тому моменту, как я покинула здание администрации, над моей головой чуть ли молнии не сверкали.

Обернувшись на каменном пороге, я взмахнула рукой, импульсом открывая окно в кабинет Грейвхарта, и загнала к нему ледяной вихрь.

Со второго этажа послышался шелест бумаг, грохот попадавшей мелочёвки и даже скрежет дерева. И ни единого звука от градоправителя.

С чувством восстановленной справедливости я развернулась и на глазах у шокированных горожан всё же пошла в чайную, чтобы наконец позавтракать.

За завтрак с меня не взяли денег. Оказывается, кира Дариа была одной из тех, кому я вчера с защитным амулетом для дома помогла.

– Раз уж вы денег не взяли, то для вас теперь в моём заведении бесплатные завтраки! – непримиримо заявила хозяйка «Дикой розы».

Почему-то это звучало как угроза.

Я припомнила вчерашние