Меченый. Том 10. Мир никогда не будет прежним - Андрей Николаевич Савинков

Помимо многочисленных аттракционов, в парке разместятся театры, кинотеатры, рестораны, гостиницы, выставочные павильоны, спортивные площадки и зоны отдыха. Здесь найдутся развлечения и для самых маленьких, и для подростков, и для взрослых.

Если проект будет утверждён в окончательном виде, строительство начнётся уже в первые годы четырнадцатой пятилетки. Новый парк на Волге должен стать не только крупнейшим центром семейного отдыха, но и наглядным свидетельством того, что советская индустрия развлечений способна создавать собственные яркие, современные и по-настоящему сказочные миры.

— Ну, что как оно?

— Рожает, — я встретил стоящего на пороге Лигачёва крепким рукопожатием и пригласил в квартиру.

— А ты как?

— Нервничаю, — партнёрские роды в эти времена были не в чести, и когда я даже заикнулся о том, что, может быть, я могу поприсутствовать при процессе появления сына на свет, что врачи, что жена только пальцем у виска не покрутили. Ну нет так нет, было бы предложено, как говорится, не то чтобы мне самому было на всё это действо интересно и приятно смотреть.

— Это нормально, — Егор Кузьмич хлопнул меня по плечу и ободряюще улыбнулся. Не могу сказать, что в итоге мы с ним так и стали какими-то уж очень большими друзьями, не разлей вода, но фактически никаких людей ближе, ну кроме семьи, конечно, у меня тут так и не образовалось. Как там говорят: мужчины находят себе трёх друзей в универе и на этом их социализация заканчивается — ну вот примерно тут так и было, с поправкой, что, попав в тело в возрасте 54 лет, я этот кусок момента успешно пропустил. — Включай телек, сейчас должно начаться.

Я до этого каждый год летал в Крым на финальный в сезоне этап Формулы-1, а в этом году из-за родов Иванны остался дома, поэтому пришлось довольствоваться телевизором. Не сказать, что я такой уж большой фанат гонок или автомобилей в целом, но в этом году команда ЛАДА имела все возможности впервые взять чемпионство и выиграть кубок конструкторов. Иронично, что первым пилотом, который должен был поднять трофей над головой под советским флагом, мог стать западный немец Михаэль Шумахер, а вовсе не гражданин СССР. С другой стороны, вся эта история с Формулой вызвала настоящий подъём интереса к гонкам в Союзе, причём настолько, что авто- и картодромы начали появляться буквально везде, благо страна могла себе это позволить, да и дать возможность людям, любящим скорость, выпускать пар в специальном месте вместо гонок по ДОП выглядело вполне разумным способом снижения аварийности.

Это привело ещё и к развитию другого аспекта, связанного с гонками. Ещё в 1992 году ко мне пришли из министерства автопромышленности с предложением — раз уж Формула-1 так зашла советским зрителям — начать принимать регулярное участие в самых известных соревнованиях. До этого команда ВАЗа иногда участвовала в отдельных этапах WRC, но с началом формульной истории на раллийный сегмент был положен откровенный болт. И вот упавшее знамя страстно желали подхватить москвичи из АЗЛК, ребята с КамАЗа собирались заявиться на Париж-Дакар, причём сразу и на своём грузовике, и на Елабужской «Ниве» в легковом классе. Также имелось желание поучаствовать в заездах типа 24 часа Ле-Ман, ну и прочих соревнованиях.

Я данную инициативу одобрил, и уже с этого сезона наши представители начали «расползаться» по разным «формулам» и «сериям», одновременно заманивая организаторов для проведения отдельных этапов в Союзе. В частности, уже в следующем году в том же WRC должен был пройти Гран-при СССР с маршрутом вокруг Чудского озера.

— … и гонщики уходят на прогревочный круг. Первым идёт Айртон Сенна «Уильямс-Рено», вторым Михаэль Шумахер ЛАДА, третьим… — под бормотание комментатора мы неторопливо достали пиво из холодильника, поставили на плиту кастрюлю под ждущих своей участи раков и сели к столу смотреть гонку.

— Что там у наших, какие шансы? — Лигачёв, надо признать, большим спортом не особо интересовался. Да и поводов особо радоваться наши спортсмены первого плана нам как-то последнее время не слишком много предоставляли. Ну кому всерьёз не плевать, скажите мне, на то, что на последней Олимпиаде наши заняли первое место в медальном зачёте? А вот то, что советские футболисты на прошедшем летом чемпионате мира в США самым позорным образом вылетели в четвертьфинале от румын по пенальти — от румын, Карл! — обсуждали все до сих пор. И не важно, что Саленко в этом варианте истории настрелял аж 11 мячей — там кроме Камеруна ещё и Саудовская Аравия огребла по полной — кому до этого есть дела, когда шанс попасть в полуфинал и как минимум за третье место побороться был вот он.

— У наших? — Я хмыкнул, прихлёбывая прохладное пиво из бокала. — «Нашему западному немцу» главное не пропустить вперёд себя британца Хилла и не проиграть Сенне больше шести очков, тогда станет чемпионом. Ну а Сергеев идёт на шестом месте в чемпионате, он только за очки в кубок конструкторов борется.

Забавно, но если обычные серийные машины ВАЗа никогда не славились какой-то особо гениальной надёжностью — мы с этим боролись, правда, но не так чтобы прям однозначно успешно — то формульная команда ЛАДА неожиданно, наоборот, оказалась в этой компоненте одной из лучших. Наши двигатели и коробки не были самыми мощными и продуктивными, машины соперников зачастую имели мощность и повыше, но зато советские инженеры, которые имели доступ к буквально космическим технологиям, вылизывали свои детища до такой степени, что болиды, окрашенные в красно-золотые цвета, статистически сходили из-за поломок реже всех остальных команд.

Для понимания: в этом же 1994 году — он, правда, не показательный, перед началом сезона был серьёзно изменён регламент, и все команды находились в перманентной запаре, пытаясь доделать машины на ходу — у лидеров чемпионата команд «Феррари», «Макларен» и «Бенеттон» по статистике было только четверть гонок, в которых финишировали оба болида. А случалось, что до финиша не доезжали и сразу оба пилота. У нас статистика по этому показателю была лучше более чем в два раза, и только благодаря такому преимуществу Шумахер до сих пор держал лидерство. Потому что на пятки ему наступали сразу двое — Сенна и Хилл. Сенна тут не погиб в Сан-Марино, он хоть и попал в достаточно неприятную аварию, но уже через полтора месяца вернулся к соревнованиям. Сложно сказать, что именно тут сыграло в первую очередь, но мне нравится