Измена. Я ухожу красиво - Элен Ош

О как! Она с Максом! Моя маленькая победа!..

Вновь подаю ей руку, когда проходим по причалу к яхте. Уже не ропщет. Сразу в объятия ныряет.

Провожу в кают-компанию, где тепло и слышен мягкий всплеск волны за бортом.

— Я приготовлю горячий чай с медом и лимоном.

Не спрашиваю. Делаю, как знаю и чувствую. А она уже доверяет. Это хорошо.

Марго сидит на диванчике. Укрываю ее теплым пледом, и молча пою чаем. Не пристаю. Даже ни намека на близость, хоть и хочу ее до безумия.

Марго прижимается ко мне, и я чувствую, как постепенно возвращается ее тепло. Хрупкое тело уже не дрожит, а на щечках румянец.

— Тебе нужно отдохнуть, Макси-моя...

Молча соглашается, закрывает глаза, расслабившись. Знаю, что ей нужно время, чтобы прийти в себя, а я готов быть рядом столько, сколько потребуется. Просто быть ее опорой и тихой гаванью.

Аккуратно поднимаю на руки и переношу на кровать в спальне. Помогаю снять платье, но не касаюсь ее, укрывая одеялом. Сижу рядом, держа за руку, позволяя уснуть, забыться во сне.

А личико Марго проясняется в бликах холодной луны, которая заглядывает в иллюминатор. Сон спокойный, словно тревоги отступили.

Долго смотрю на нее, ощущая благодарность за то, что она есть в моей жизни...

Глава 19 Просто доверься мне

Не хочу просыпаться...

Сон еще немного укачивает в своих объятиях, но разум вносит коррективы: это яхта на волнах.

И правда... Слышу глухой всплеск, но упрямо не разлипаю глаза.

Я в отпуске. Имею право на отдых, на сон. Сколько хочу и где хочу!.. И тут же добавляю: И с кем хочу!

Потому что не замужем. Уже нет! Абсолютно! Решено! Стопроцентно!..

С утробным рычанием утыкаюсь в подушку, вспоминая вчерашний вечер. Аж тошно становится!..

Пипец какой-то, а не Беляев! Это ж надо было мне так лохануться, чтобы замуж за него выйти!

Ну, жила себе без мужика до двадцати семи лет и дальше бы не сдохла.

Господи, как Наташка три развода пережила? Мазохистка хренова! Меня тут от одного в дрожь бросает.

Переворачиваюсь на спину и закидываю руку на лицо, прячась от солнечного луча, заглянувшего в иллюминатор. И улыбка на лицо.

Все не так уж и плохо, учитывая, где я...

При этом в неглиже! Очуметь просто, рыжая!

Но нет, Макс не тронул. Сдержался, хотя мог бы воспользоваться случаем: пожалеть, прижать, поцеловать, плавно перейдя к...

Рита, как тебе не стыдно! Вот у Ларина и то разума больше, чем в твоей рыжей голове, но...

Да, впечатлил, что уж скрывать! На контрастах выгодно для себя сыграл, начиная с яхты, после в баре и как вишенка на торте: разнес Беляева. Буквально, выпер того из города.

— М-м-м, — блаженно потягиваюсь, когда дверь в спальню в кают-компании отворяется и на пороге Макс собственной персоной.

В руках поднос, с которого по комнатке разливается чарующий аромат кофе и чего-то еще, невероятно вкусного.

— Доброе утро, Макси-моя! Выспалась? — в один шаг сокращает расстояние и присаживается на край постели, поставив рядом со мной поднос.

— Почти, — с улыбкой отвечаю, присаживаясь и подтягивая плед на грудь, принимаю из его рук чашку с кофе. Запах действительно волшебный. — Что это за чудо?

— Круассаны с миндальным кремом, — поясняет Макс, наблюдая, как я делаю первый глоток кофе. — Специально для тебя, рыжая. Знаю, ты сладкое любишь.

От удовольствия прикрываю глаза. Идеально. А круассан просто тает во рту.

В голове проносится мысль, что вчерашний вечер нужно забыть как страшный сон, а сегодня… Сегодня нужно наслаждаться моментом. Я на яхте, в отпуске, рядом – Макс, который, кажется, готов исполнить любое мое желание. И Беляева больше нет в моей жизни. Разве это не повод для счастья?

— Спасибо, Макс, — говорю искренне. — Это лучшее утро за последние несколько месяцев. А может, и за год.

Он улыбается в ответ, и эта улыбка заставляет мое сердце биться немного быстрее. Чувствую себя невероятно расслабленно и умиротворенно.

В глазах Макса играет какой-то озорной огонек.

— И это только начало, Марго, – говорит он с загадочной улыбкой. – Останешься со мной?

Чуть приподнимаю бровь, глядя на него поверх чашки. Провокационный вопрос...

Но Макс тут же это понимает, склоняет голову с легкой усмешкой, поясняя:

— Я имел ввиду: сегодня, Макси-моя. Ты, я и яхта. В твоем распоряжение! Отправимся в небольшую бухту, где ты сможешь поплавать и позагорать в уединении. Потом я, так и быть, отпущу тебя к подругам, а вечером…

— Что вечером? — спрашиваю шепотом, чтобы не спугнуть момент.

— А ты забыла, какой сегодня день?

Хмурю брови, старательно вспоминая, перебирая в памяти даты. Лето, июль...

— Ах да, день военно-морского флота! Точно, девчонки говорили, что будет массовое гулянье, вечером концерт.

— Да, Марго! И я приготовил для тебя сюрприз.

— Ого, даже так! — но непроизвольно вздыхаю: как-то в последнее время неожиданности приводят в замешательство.

Смотря, конечно, кто их уготовил. У Макса произвести приятное впечатление получается намного лучше, чем у бывшего мужа.

— Ну и что же это за сюрприз? – спрашиваю я, приподнимая бровь, а он лишь смеется в ответ и качает головой.

— Терпение, Марго. Всему свое время.

Любопытство разгорается во мне, как пламя.

— Ну скажи хотя бы примерно! — умоляю я, делая большие глаза.

Макс лишь придвигает ко мне ближе тарелку с круассанами, подмигивая.

— Ешь, Макси-моя! Тебе нужны силы для сегодняшних приключений.

Вздыхаю наигранно, разочарованно, но не скрываю улыбку. Откусываю хрустящую корочку круассана, чувствуя, как сладость миндальным кремом разливается во рту.

И правда, сегодня предстоит насыщенный день. Яхта, солнце, море… и вечерний сюрприз.

Мысли путаются, пытаясь предугадать, что же Макс задумал. Может, это связано с концертом? Или за ночь он успел подготовить что-то более личное, романтичное? От одной только мысли о возможном развитии событий, сердце начинает биться быстрее. Макс умеет заинтриговать, в этом ему не откажешь.

— Ты обидишься, если все же я сбегу?

— Опять? — усмехается и качает головой. — Только не прыгай с борта, рыжая! Я и так отпущу.

— Правда?

— Конечно, Марго! Я все понимаю и... Терпелив! Но ты помнишь, что я однажды тебе сказал?

— В школе?

Берет меня за руку, подносит к губам, мягко целуя пальцы. А я дышать перестаю. Смотрю зачарованно.

—