Весь Карл Май в одном томе - Карл Фридрих Май

— Кто это был? — спросил меня англичанин.

— Он сказал — хозяин этого дома.

— А что ему нужно было там, наверху?

— Не знаю, но он явно притворялся спящим.

— Не спал! Знать этого парня! Это был тот, кто уезжал от курдов чуть раньше! Вы стреляли и не могли этого заметить. Yes!

— По отношению к нам готовится наверняка что-то нехорошее!

— Думаю так же. Но что именно?

— Во всяком случае, наши жизни им не нужны, они явно зарятся на наше имущество.

— Должно быть, этот парень хотел следить сверху, когда мы пойдем спать. Он должен был дать сигнал. Другие приходят, забирают лошадей и все остальное.

Такого же мнения придерживались и остальные мои спутники.

Вечерело. В комнатах стало так темно, что нельзя было разглядеть, можно ли с крыши залезть в дом. А это мне казалось вполне вероятным. Чтобы убедиться в этом, я решил зажечь кусок сухого дерева, но в этот момент к нам постучали. Я открыл дверь. Передо мной стоял староста с двумя мужчинами, принесшими еду, воду и пару свечей из необработанного воска. Пришедшие произносили только названия предметов, которые они принесли, и клали их на пол.

Я спросил старосту:

— На крыше был мужчина. Он на самом деле владелец этого дома?

— Да, — ответил он односложно.

— Что ему нужно было там, наверху?

— Он там спал.

— Тогда зачем же он убрал за собой лестницу?

— Не хотел, чтобы ему мешали.

— Но ты же говорил, что мы будем здесь жить одни.

— Он уже лежал там. Я этого не знал. И он не знал, что здесь гости.

— Он предполагал, что будут гости.

— Откуда? — грубо спросил староста.

— Он был с вами, когда мы встретились у деревни.

— Молчать! Он был дома.

Слова старосты зазвучали по-командирски. Ничуть не испугавшись его, я спросил его снова:

— А где же мужчины из твоей деревни?

— Их больше здесь нет.

— Скажи им, чтобы они сюда не приходили.

— Почему?

— Догадайся сам.

— Молчать! Я не гадальщик.

После этого староста резко повернулся и ушел.

Ужин состоял из засушенных тутовых ягод, хлеба, поджаренной в золе тыквы и воды. К счастью, у нас были некоторые припасы и нам было что добавить к этой скудной пище. Пока Халеф готовил, я послал младшего хаддедина с зажженной свечой в коридор. Сам же залез на крышу и внимательно обследовал ее. Немного спустя я заметил над коридором тонкую щель правильной четырехугольной формы; сунув в щель нож, я поднял крышку. Тайна была разгадана.

Я походил еще немножко по крыше и обнаружил над обоими жилыми помещениями несколько щелей, сквозь которые можно было не только видеть все, что творилось внизу, но и подслушивать разговоры.

Спустившись, я быстро принял необычное решение — ввести своего вороного в комнату.

— Эй! — крикнул англичанин. — В чем дело?

— Вы тоже введите свою лошадь в комнату. Наверно, их хотят украсть. Там, снаружи, над коридором, есть люк, через который можно проникнуть в дом и открыть дверь. Курды дождались бы, пока мы заснем, и были бы таковы с нашими лошадьми.

— Правильно! Очень правильно! Сделаем это! Yes!

Все остальные тоже согласились со мной. Мы занавесили окна и ввели лошадей в задние покои. Я втянул лестницу в коридор. На крыше мы оставили собаку.

Теперь курды, если и смогут перебраться через стену во двор, найдут его пустым и уйдут восвояси.

Может быть, я ошибаюсь и у них вовсе нет никаких воровских намерений? Тем лучше.

Наконец мы могли поговорить о наших дальнейших планах. Нам не удалось это сделать в Амадии, поскольку там каждый миг мог принести нам что-то новое. В дороге мы больше заботились о том, как бы побыстрее продвинуться вперед. Нам нужно было, естественно, поговорить о пути, по которому мы будем возвращаться к Тигру.

— Кратчайшая дорога идет через страну езидов, — сказал Мохаммед Эмин.

— Нам нельзя идти по ней, — отвечал Амад. — Меня там видели и поэтому сразу же узнают.

— Эта дорога и в другом отношении небезопасна, — добавил я. — Мы ведь не знаем, как мосульский губернатор подал свой доклад! Прямо на запад нам идти нельзя.

— Тогда нам остаются две дороги, — заявил Мохаммед. — Первая ведет через Тиджари к Бутану, а другая — вниз к Забу.

— Обе дороги опасны. Я предпочитаю дорогу на юг. Даже если она заведет нас в земли племени абу-салман.

Все согласились. Англичанин, конечно, тоже. Решили скакать через Гумри на Лизан. Оттуда проехать вниз по реке, пока она не сделает большой поворот в сторону земель ширван-курдов и курдов-зибар. Можно сократить дорогу, поехав по диагонали, пересекая горы Тура-Гара и Хаир, и таким образом попасть к берегам реки Акры, которая в свою очередь приведет нас также к Забу.

Достигнув согласия, мы тотчас легли спать. Я спал очень крепко и проснулся лишь только от толчка лежащего рядом англичанина…

— Господин! — прошептал он. — Я слышу снаружи шаги. Кто-то ползти!

Я напряженно прислушался, но ничего не услышал. Однако лошади забеспокоились, а опыт подсказывал, что в таких случаях нельзя полагаться только на свой слух.

— Думаю, что ничего страшного не должно быть, — сказал я. — Мы все-таки не в открытой пустыне, где каждый шорох грозит опасностью. В деревне, очевидно, не все легли спать.

— В самом деле. Спать спокойно. Well! Доброй ночи, господин!

Англичанин повернулся на другой бок. Спустя некоторое время он снова привстал и прислушался к шорохам. Я тоже отчетливо их услышал.

— Они во дворе, — шепнул мне Линдсей.

— Кажется, да. Видите, какая хорошая у меня собака? Она поняла, что ей нужно сторожить крышу, и не лает.

— Благородная порода. Хочет поймать нарушителей, а не спугнуть их.

Прошло, может, более получаса, пока мы снова не уснули. Но я тут же проснулся и услышал легкие шаги, доносившиеся из передней части дома. Я толкнул Линдсея.

— Уже слышать, — сказал он. — Что им нужно?

— Они думают, что мы оставили своих лошадей в коридоре. Чтобы увести их, они ставят лестницу, по которой смогут попасть на крышу. А оттуда — вниз к лошадям. Если это им удастся, им останется только открыть переднюю дверь и увести наших лошадей.

— Им это не удастся!

Едва он это сказал, как над нами раздался громкий крик и короткий громкий лай пса.

— Взял вора, — сказал Линдсей.

— Шшш, тихо! — предупредил я.

Все проснулись и тоже прислушались.

— Пойду посмотреть, — прошептал англичанин.

Он встал и выбрался наружу. Минут через пять он вернулся.

— Очень хорошо! Yes! Отлично!