Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

ты гордарский бес? — Услышал я насмешливой женский голос. Посмотрел на говорящую. Йолла. Дева-воительница. Она не была красавицей, но и уродиной не назвать. Черты лица ее были грубоваты, но линия глаз удивительно красивой. Толстые черные косы переплетены красными лентами. Одета была в теплое шерстяное платье поверх толстых меховых панталон. На широком кожаном поясе висел хорошей работы топорик, как раз под небольшую женскую руку, весь покрытый рунной вязью от лезвия до рукояти.

— Приветствую, — я чуть поклонился. — Госпожа.

Йолла фыркнула.

— Ха! Госпожа. Льстивый язык. Так ты и есть тот самый Гордарик, — она встала, уперев руки в бока, и не скрываясь, начала разглядывать меня с головы до ног. — Что ж, ты неплох на вид, меня не обманули. А на деле как? — И она улыбнулась дерзко.

— Боюсь показаться хвастливым, — я улыбнулся, поддаваясь игре. — Но до сей поры никто не явил ни одной жалобы.

Йолла кокетливо отбросила тяжелую косу за спину.

— Я верю только делам, словами меня не заманишь…

— Тоже самое сказал мне и твой брат, — я чуть отступил, показывая видимость дистанции.

— Мы встретимся еще не раз, — улыбнулась Йолла. — Там поговорим и о деяниях, и о речах…

— С нетерпением… — я еще отступил под внимательным взглядом старшего Доенвальда, все еще следившего с зоркостью сокола за мною.

— Я запомню, не сомневайся.

Я отошел подальше от греха. Йолла проводила меня взглядом, потом перевела взгляд на отца. Тот хмуро кивнул. Воительница подошла к нему. Я слыхал разговор, потому как они не скрываясь обсуждали будущее.

— Ты отправляешь Горга на Фольхтейн? — Йолла скривилась. — Он разобьется об эту крепь.

— Тогда иди ты, — Старг поднял бровь. — Я не могу спать спокойно, зная что старый стервятник копит силу на севере.

— Хочешь в зиму додавить заразу?

— Хочу…

— По весне и с моря можно ударить.

— По весне нас будут ждать. Сейчас — нет. Самое время.

— Но Фольхтейн не взять, — повторила Йолла. — Никому не удавалось.

Старг словно окаменел.

— Твой тьярд отдал приказ…

Йолла фыркнула.

— Мы можем хоть до следующей зимы штурмовать крепость. У них свои источники воды, много провизии и крысиные норы в горах. Они могут держаться под осадой годы…

— Мне не нужны годы. Мне она нужна вскорости. Ты мой лучший стратег. Возьмите для меня эту крепость. И держись подальше от Гордарика.

— Отчего? — с вызовом спросила воительница. Старг причмокнул губами.

— Слышу в нем угрозу. Пока не понял, какую, но поглядим пока. А ты не лезь к нему.

— Так спроси у него. Есть же у тебя умельцы…

— Спросил, — Старг ухмыльнулся.

— И?

— И ничего… Держись подальше… Тебе то беглые невольники не к лицу в любовниках.

И тьярд отправился восвояси. Йолла постояла, посмотрела, как с гомоном Горгова дружина седлала коней и выкатывалась за ворота. Резко развернулась, ушла в замок.

*****

— И выступили мы в поход. Горг меня не обманул. Йорманд он был неплохой. О людях своих заботился, не в пример моим предыдущим нанимателям. Харчей было довольно, снаряжения тоже. Мы шли по Тангорским селениям, утверждая власть тьярда, и тем были довольны. И я вместе с ними.

— А супруга твоя? — уточнил гость.

— О ней я ещё не ведал. Но шёл вперёд, к встрече. Не кори меня, ежели что. Я делал, что умел, и что считал нужным. О будущем не думал, считая каждый день последним. Такова судьба наемника.

*****

Фольхтейн — крепость на скале, перекрывала собой единственный перевал через Западный хребет. За ним — земли Горльсона, кровного врага ныне живущего тьярда Доенвальда. Если бы Фольхтейн пал, через перевал хлынули бы Доенвальдова полчища в самое сердце вражеской земли к Звезде Севера, Норхельму. Там мятежный тан объявил себя северным тьярдом, то есть королем. Взять Фольхтейн — означало половину победы, поскольку горы бы больше не служили северному тьярду прикрытием. Вот почему эта крепь была для Доенвальда важна. Но атака на нее граничила с самоубийством. Поколениями укрепляемая крепь имела с одной стороны два полукольца крепких высоких стен, с другой стороны вросла в скалу, да так, что даже обитатели ее считали себя сродни подгорному народцу. Внутри скалы были вырублены целые галереи, небольшая укрощенная речушка питала колодец в самом сердце крепости. Крайнюю стену опоясывал ров, без воды, но достаточно глубокий, чтобы усложнить задачу осаждающим. через ров опускались высокие стрельчатые ворота, чтобы пропустить союзников. И поднимались, чтобы затруднить движение врагам.

Горг Доенвальд привел свою армию под стены этой крепи, но подходить близко не решился. Встали лагерем за скалой, закрывающей армию от защитников. С нами были осадные орудия, сотня луков и сотни три воинов, готовых ради своего йорманда на многое. Горг хмуро оглядывал крепость в последних лучах заходящего солнца. Войско расположилось уже к ночлегу. Кое-где поставили шатры, развели огонь под прикрытием навесов. Старались гомонить потише, опасаясь горного эха. Был среди них и я.

За время, пока Горг собирал свою армию я успел разжиться парой добротных теплых сапог, меховым тулупом и плащем, а также курительной трубкой с кисетом черного табака. Теперь сидел вместе со всеми, спасаясь от пурги, попыхивая черным дымом. Внимательно наблюдал, как Горг мерил шагами утоптанный пятак снега перед своим шатром.

— Чего стоим? — невинно спросил я Къелингварра, сидящего тут же, рядом.

— Да, кто же знает? — в тон ему ответил горец. Горг вошел в свой шатер, а следом за ним пошли и еще двое. — Сейчас придумают чего-нибудь.

Я молчал. Зов в голове стучал тише, но вместе с магическим призывом курительная смесь заглушала и внимание. В голове шумела кровь, а звуки со всех сторон доносились глухим рокотом. Так дело не пойдет. Я поднялся.

— Ты куда? Сейчас вечерять будем…- Къелингвар похлопал себя по брюху.

— Да-да, сейчас, — я отошёл немного от кострища. По ту сторону огня, за спинами нынешних моих соратников увидел фигуру в сером балахоне.

— Потолкую только… — И пошел, медленно обходя сидящих очень плотно воинов. Не отрывая взгляда пошел навстречу, наткнулся на одно плечо, второе, моргнул и потерял из виду свою цель. Огляделся снова. Нет, вон он, стоит поодаль. Снова пошел навстречу.

— Да что с тобой? Идем к нам! — Не унимался Къелингвар

— Да…