Александр III - Коллектив авторов

10 Дворцово-парковый ансамбль в Гатчине, сооруженный во время Павла I, с дворцом наподобие католического монастыря.

11 Императорское Русское историческое общество создано в 1866 г. Шереметев явно несправедлив к А. А. Половцову, много для общества сделавшему.

12 Записки Зотова – имеется в виду публикация в «Русском архиве» (1891. № 2) трех писем Н. М. Зотова к Петру I.

13 Д. А. Ровинский – крупный чиновник, юрист, коллекционер, издавший около двух десятков альбомов, справочников и трудов по истории искусства. Здесь, скорее всего, речь идет о пяти томах известного альбома «Русские народные картины» (СПб., 1881).

14 Остафьевский архив – бумаги подмосковного имения П. А. Вяземского, проданные в итоге самому С. Д. Шереметеву, который часть их издал. Посредничество Александра III не понадобилось.

ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА III. ЕЕ ИТОГИ И ОЦЕНКА

Дело 1 марта 1887 года

Документы

Царствование Александра III было для главы государства гораздо более спокойным, чем правление его отца, Александра II. Россию обошли стороной войны, затихла террористическая деятельность. Причина последнего заключалась в том, что российская политическая полиция собрала в начале 80-х гг. обильную жатву: народовольцы были либо схвачены и наказаны, либо, скрываясь от преследований, уехали за границу. Обстановка в стране не способствовала развитию оппозиционного движения, для него не было питательной среды, особенно для политического радикализма. И самым ярким событием революционной борьбы оказалась попытка организации покушения на Александра III в 1887 г. Готовившие это покушение молодые неопытные люди, преимущественно студенты Петербургского университета, были схвачены полицией загодя, во время выслеживания императора. Среди этих юношей, мечтавших о возрождении террористической организации «Народной воли», был старший брат В. И. Ленина, Александр Ильич. Все, знавшие его студентом, отмечают его одаренность, порядочность, ответственность. По-видимому, это был бы успешно работающий ученый-биолог, если бы он предпочел науку. Но он принадлежал к той части российской интеллигенции, которая считала, что ее знания, образование, ее понимание ситуации в стране обязывают взять на себя борьбу с деспотическим режимом.

Документы публикуются по изд.: Ульянова-Елизарова А. И. А. И. Ульянов и дело 1 марта 1887. М.; Л., 1927.

М. К. Цебрикова

Письмо к Александру III

Сейчас это имя – Мария Константиновна Цебрикова (1835–1917) – совершенно забыто, а в 90-х гг. XIX и в начале XX века оно было широко известно. Дочь генерала, не пожелавшая удовлетвориться традиционной судьбой хозяйки дома, т. е. типичная «шестидесятница», впитавшая новые идеи эпохи преобразований, она занималась журналистикой и литературой, выполняла самую разнообразную журналистскую работу. Она была беллетристом, педагогом, первой женщиной – литературным критиком. Ей были созвучны демократические идеи, она печаталась в демократических изданиях и сблизилась с деятелями революционного движения, но сама работала вполне легально, под собственным именем. Невозможность открыто говорить о болезненных общественных проблемах, отсутствие свободы слова, тягостная доля достойных людей, ей знакомых, сосланных, заточенных в тюрьмы, изгнанных за пределы страны, вынудили ее прибегнуть к той форме протеста, которую она считала для себя возможной, – открытому обращению к императору со словами несогласия с его политикой. За границей, куда с трудом выбралась, она напечатала работу о политической ссылке и текст открытого письма к монарху, вернулась в Петербург и направила письмо в ряд периодических изданий, но в первую очередь самому Александру III, пытаясь объяснить ему всю ошибочность проводимой им политики. Она нисколько не сомневалась, что будет немедленно репрессирована: ведь она даже не спряталась за псевдоним. Это был открытый протест не гонимого и преследуемого революционера, но рядового российского гражданина, не пожелавшего молчать. «Отпустить старую дуру» – якобы рассмеялся император, прочитав письмо. (Заметим, что «старая дура» была всего на десять лет старше своего адресата.) Он, правда, все же признал, что Цебрикова «любит Россию», и, может быть, этой снисходительностью объясняется сравнительная мягкость наказания – три года лишения свободы, после чего она могла жить везде, кроме университетских городов. Письмо М. К. Цебриковой, вызвавшее почтительное уважение и восхищение не только российского обывателя, но и самых известных общественных деятелей России и мира, приводится здесь в качестве важного свидетельства времени царствования Александра III и яркого источника, проясняющего судьбу оставленного им наследия – копившегося под прессом недовольства. Этот документ как бы связывает два царствования: единственный такого рода протест, над которым власть могла посмеяться в 1890 г., вылился через полтора десятка лет в массовые демонстрации, всероссийскую забастовку и даже вооруженное восстание. Попытка подавления всякого одиночного протеста сменилась политикой небывалых уступок власти, октроирования таких гражданских свобод, к которым граждане европейских государств шли и привыкали иногда столетия.

Письмо М. К. Цебриковой публикуется по изд.: Цебрико-ва М. К. Письмо к Александру III. СПб., 1906.

1 Земщина – зд.: общество; опричнина – государственная власть.

2 Институт земских начальников создан по закону 12 июля 1889 г. для контроля над крестьянским самоуправлением.

3 Томский университет, открытый в 1888 г.

4 Указ о кухаркиных детях – циркуляр министра народного просвещения от 18 июня 1887 года, предписывавший не принимать в гимназии «детей кучеров, прачек, мелких лавочников».

С. Ю. Витте

Воспоминания

Российские императоры, с одной стороны, остро нуждались в государственных деятелях крупного масштаба, способных проводить политику в такой большой и сложной стране, как Россия, с другой – если таких деятелей находили, то начинали тяготиться ими, опасаясь, что они заслоняют императора, дискредитируют самую идею самодержавия, при котором власть нераздельно осуществляется верховным ее носителем. Поэтому императоры всегда с готовностью устраняли таких заметных и властных реформаторов и политиков, демонстрируя свою способность обходиться собственными силами. В 1906 г. Николай II удалил с поста председателя Совета министров С. Ю. Витте, назначенного премьер-министром в разгар революционных событий. Надежды на возвращение в политику для Витте оказались тщетными, и он принялся за составление мемуаров, призванных объяснить все значение его действий и непривлекательность поведения лиц, его сместивших и заменивших.

Началом своей политической карьеры, ее стремительным взлетом С. Ю. Витте был обязан Александру III, который как раз менее других монархов боялся того, что кто-либо из министров оттеснит его от власти хотя бы в глазах общественного мнения. Витте, накануне известного крушения императорского поезда под Борками в 1888 г. предупредивший о риске ведения царского состава с повышенной скоростью и нарушения правил эксплуатации дороги, понравился Александру III, и он вспомнил о Витте в начале 90-х гг., назначив его сначала директором департамента Министерства финансов, а затем и министром финансов. Знавшие и императора и министра люди находили своеобразную гармонию в их характерах. При Александре III, писал историк и политик П. Н. Милюков,