Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

настроены, никто не хочет ничего делать. Около 16 часов пришел сюда и 1-й взвод вместе с командиром. Нажимали со всех сторон и добились разрешения все-таки отвести сюда всю батарею. Тут началась уже совсем другая история. Всюду, куда только можно было, были посланы офицеры и солдаты за спиртом, вином, самогоном, оркестром и прочим.

В 19 часов отслужена была на улице панихида по 8 убитым за всё время в батарее. Около 21 часа для господ офицеров был устроен общий ужин: просто, без выпивки. Настроение у всех довольно хорошее. За ужином острили, смеялись, шутили. За одним столом батарея уже давно не сидела. Вспоминали прежнее время. Общего здорового, веселого начала не было, не всё же от этого простого ужина осталось симпатичное впечатление.

30.08.1920. Около 12 батарея была построена. Командир поздравил с праздником и сказал приблизительно следующее: «Этот день почти совпадает с двухлетней годовщиной основания батареи. За это время батарея своей боевой работой заслужила доброе имя. Работа батареи признана высшим командным составом: приказом Главнокомандующего батарея награждена серебряной трубой с лентами Св. Николая Чудотворца. Эта высокая награда не только честь дает нам, но и накладывает на нас большую обязанность. Подобно тому как солдат, имеющий Георгиевский крест, должен служить примером для всех других, не имеющих этой награды, так и батарея, имеющая столь высокую награду, своей работой должна подавать пример остальным батареям. Поэтому мы должны приложить все усилия к тому, чтобы и на будущее время мы оправдали эту награду, и наша слава не только не померкла, но и увеличилась».

В 12 прибыл командир дивизиона. Он поздоровался и сказал: «Как в течение двухлетнего существования батареи, так и впредь желаю вам всего наилучшего». После этого началась обедня. Хор составляли наши офицеры и солдаты и офицеры 4-й батареи (в ней тоже отдыхает по одному орудию) и управления дивизиона.

После обедни говорил священник. Обратился он так: «Дорогие мои, воины-Дроздовцы», — и указал, что батарея получила начало в то тяжелое время 2 года тому назад, когда, казалось, всё погибало, когда враг, поправший все божеские и человеческие законы и права, захлестнул кровью почти всю русскую землю; но нашлись твердые люди, которые с помощью Господа Бога повели борьбу с ним. Много лишений и испытаний пережили они за это время, много тяжелых потерь было и будет по пути этого освобождения. Теперь же борьба близится к концу и закончится вашей победой. «Имена Ваши, мои доблестные воины-Дроздовцы, будут записаны. Сейчас мы помолимся Господу Богу и попросим, чтобы он укрепил наши силы и здоровье и ниспослал нам победу». После этого отслужен был молебен, закончившийся многолетием Главнокомандующему. После молебна говорил полковник Соколов, командир 3-го дивизиона, приглашенный и прибывший к нам на праздник. Он сказал: «Молодцы, от лица 3-го дивизиона поздравляю вас с праздником. Со своей стороны, как ваш первый командир, желаю, чтобы слава батареи, созданная ее боевой работой, на будущее время еще более возросла».

После этого батарея прошла церемониальным маршем перед командиром дивизиона. Посланные в Феодосию и Севастополь за спиртом чиновник Соколовский и поручик Лонгвинов, ничего не достали и сами не успели прибыть. Не прибыл также посланный в «самогонные места» варить эту историю шт. — кап. Зиновьев. Вовремя прибыли только 60 бутылок вина, виноград, яблоки и груши. В 15 часов в саду был накрыт стол: один для офицеров, а другой для солдат. Сервировали стол наши распорядители при участии молодых немок из колонии, которые разукрасили стол цветами. Приглашены были и прибыли полковник Соколов, из штаба корпуса генерал Веселовский, полковник Перекрестов (он несколько месяцев в прошлом году служил в батарее), офицеры управления дивизиона, офицеры 4-й батареи, бывшие в это время в Карлсруэ. За обедом произнесено было много тостов, некоторые умудрились даже подвыпить. Получены были поздравления от командира 2-го полка, 1-го дивизиона, 4-й батареи.

После обеда для солдат под руководством капитана Шинкевича были устроены игры и состязания с призами. Выигравшим давали нитки, мыло, табак бумагу, спички, сахар. Самым ценным призом была бутылка вина, стоившая 15 000 руб. Игры прошли очень оживленно. В программе было 8 номеров: 1) бег на скорость (дистанция 200 шагов), 2) бег на трех ногах, 3) горшки, 4) колокольчик и торба, 5) бег с препятствиями, 6) борьба, 7) бег с яйцом на ложках, 8) бой кавалерии.

Очень жаль, что слишком поздно были приняты меры к тому, чтобы сюда прибыл оркестр музыки. Перед обедом я ездил в Рейхенфельд и вызывал его по телефону, но он не успел прибыть. После игры для офицеров был ужин в саду, который иллюминировали горящей телефонной проволокой. За ужином было предложено полведра самогону. После на квартире офицеров-разведчиков устроены были танцы под пианино, на которые были приглашены местные барышни-немки. Под конец артист Мариинки Яковлев, офицер 3-го дивизиона нашей батареи, попавший сегодня случайно сюда, пропел 2 вещи. Закончили день тем, что общим хором исполнили батарейного «журавля» и Юзовскую поэму. В общем, всё было довольно прилично. Выпивки только мало. Солдатам на обед было только 20 бутылок вина из доставленных 60.

Не нравится мне во время вечеров и праздников в батарее то, что наши офицеры за столом всё время думают и ловчатся, как бы побольше съесть чего-либо более вкусного и выпить, не думая совсем о других, прячут бутылки под стол, захватывают их и пр. В этом отношении батарее можно поставить большой упрек. Если кто-либо опаздывает даже по делу, то он может быть уверен, что ему ничего уже не останется. Уехавшие в командировку, например, совсем в расчет не принимаются. О табаке, папиросах, обмундировании по своем возвращении, узнают только, что всё это было без них выдано, а сами ничего не получают. Срок командировки безразличен, стоит уехать только на 2 дня, чтобы вас в это время совсем забыли. Во время стоянки в Севастополе, умерший в лазарете офицер батареи (шт. — кап. Пиленко) был похоронен в общей могиле. Батарея размещалась всего в нескольких кварталах от этого лазарета и узнала об этом случае только тогда, когда всё уже было кончено. Где находятся наши раненые и больные, никто не знает с того момента, когда они покидают батарею. Что с ними и в каком они положении, — никто не интересуется.

31.08.1920. После обеда 1-й взвод ушел во Фридрихсфельд. На участке нашего корпуса продолжается затишье. Красные сосредоточивают силы против Донцов, которым поставлена задача: овладеть Мелитополем. Всё это время Донцы переходят в короткие наступления и последовательно разбивают одну группу за другой.

По сводке от 31 числа,