Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

боя три красных корабля нашим метким огнем были подбиты и уведены в Мариуполь на буксирах, куда после боя отошел и весь морской отряд красных. Наши потери в личном составе незначительны. В Северной Таврии 1-го и 2 сентября совершенно разгромлена Верхнетокмакская группа красных. Наши части заняли район Верхний Токмак — Гусарско-Семеновка. За два дня боя было взято до 2000 пленных, причем 357-й советский полк пленен полностью. В наши руки попали орудия, пулеметы и три бронепоезда красных, отрезанных нами на станции Верхний Токмак».

На нашем участке сегодня ночью ходила на Гейдельберг усиленная разведка с орудием и наделала там приличный переполох. В 15 часов во Фридрихсфельд ушло 3-е орудие. Через час и я получил приказание вести свое орудие туда же. Срок нашего отдыха кончался только завтра, одного дня не удалось достоять в спокойной обстановке. Теперь не скоро снова удастся поспать совершенно нагишом, как я практиковал последние дни здесь, в Карлсруэ.

Прибыли мы во Фридрихсфельд около 20 часов. Все говорят о предстоящем наступлении. Когда оно начнется на нашем участке — еще не известно (справа, как я говорил, начали наступать еще с 1 числа). Предполагают, что этой ночью 3-й полк пришел сюда из Пришиба. Настроение у всех несколько повышенное. Каждый по-своему набрасывает планы нашего предстоящего движения. Почему-то всем хочется, чтобы на этот раз наше движение вперед носило характер большого наступления, а не короткого удара, но это едва ли возможно, если сообразоваться с нашими силами.

04.09.1920. В 2 с половиной ночи по новейшему времени (по солнцу в 12 с половиной) мы двинулись на Розенталь, остававшийся нейтральным все эти последние дни. Там приказано сосредоточиться ночью всей нашей дивизии и 2-му Дроздовскому конному полку и оттуда начать наступление.

Было еще темно, когда мы прошли Ново-Монталь (красные его тоже не занимали). На рассвете подошли к Гейдельбергу и ввязались в бой. На Гейдельберг наступали 3-й и наш полк; 1-й должен был брать Андребург, но так как последний был защищен глубоким окопом и проволокой в 2 кола, которая протянута была на большом пространстве и направлена в сторону Фридрихсфельда, Розенталя и Ново-Монталя, то 1-й полк двигался за нами на Гейдельберг, чтобы атаковать Андребург со стороны последнего. После короткой, но весьма приличной перестрелки, во время которой наша артиллерия работала, не умолкая, наши цепи подошли к опушке колонии. В этот момент слева, в обход колонии было пущено 150 сабель 2-го конного полка, которые навели там здоровую панику. Красные бросили 4-орудийную батарею полностью: с 4 ящиками, запряжками, номерами, телефонной двуколкой, батарейной тачанкой и пр. В колонии захвачено было около 600 пленных. 5-я батарея выскочила за колонию вместе с кавалерией, прежде чем наша пехота прошла Гейдельберг. Тут красные со стороны Коробочки насели на нее. Кавалерия наша ускакала, а батарее минут 20 пришлось отбиваться на картечь, пока мы не вышли за Гейдельберг и не отбросили красных за Коробочку. У Андребурга всё было тихо, нас оттуда не обстреливали, хотя мы по отношению к нему двигались совсем открыто. Мне эта тишина у Андребурга была непонятна, казалось, что красные оттуда уже драпанули.

К 10 часам мы заняли Коробочку и выдвинулись за лежащие за ней бугры. Отсюда мы повернули круто влево и пошли по хребту севернее Эристовской лощины на Эристовку. Только в это время у Андребурга поднялась стрельба. Артиллерия 1-го полка и гаубица развили небывалый по интенсивности артиллерийский огонь и вскоре заняли колонию, захватив пленных.

Теперь мы двигались вдоль нашей, бывшей основной, линии фронта. 1-й полк — южнее лощины, а наш и 3-й — севернее. У Эристовки наша батарея прямой наводкой сбила с открытой позиции взвод батареи противника, обстреливавший нашу колонну. После этого движение дальше совершалось почти безостановочно, если не считать того, что мы несколько раз на ходу становились на позицию.

К 17 часам мы заняли Карачекрак и лес севернее его, и таким образом, отрезали левую группу красных, бывшую против Марковцев. Отсюда мы артиллерийским огнем разогнали драпающих красных кавалеристов, и на этом успокоились. Около 18 часов приезжал к нам на автомобиле наш комкор генерал Писарев, поздоровался с батареей: «Здравствуйте, доблестнейшие артиллеристы», а затем указал стоявшему здесь командиру 2-го полка полковнику Харжевскому, что мы рано остановились, так как по его мнению, нам надо было бы резать красных севернее, у Янчекрака. Харжевский ответил, что дорога левой группе красных уже отрезана, что значения не имеет, в каком месте припереть их к Днепру, если вся группа уже не может отходить на север. Двигаясь же севернее, мы понесли бы несравненно большие потери, так как пришлось бы идти по ровному полю под огнем бронепоездов. Это удовлетворило комкора.

До вечера красные тяжелыми орудиями обстреливали Карачекрак и, наконец, успокоились. За день наша дивизия взяла всего около 1200 пленных и 4 орудия. Марковцы вышли к Васильевке. Конница Бабиева вышла на линию Ольгополь (недалеко от железной дороги Орехов — Пологи — Копани). Донцы заняли станцию Пологи и Гуляй-Поле, захватив 1200 пленных и 15 пулеметов. Всего же с 1 сентября взято 4100 пленных, около 100 пулеметов, 11 орудий, 3 бронепоезда и большое количество обозов и разного инженерного имущества.

Сегодня произошел довольно интересный случай с Марковским полком. Красные были выбиты из Васильевки 1-м Дроздовским полком, который оставался там до подхода Марковцев. Командир корпуса от нас поехал к 1-му полку и был в Васильевке в тот момент, когда туда втягивался Марковский полк, командир которого полковник Гравицкий не замедлил отправить донесение, что «вверенный ему полк ворвался в Васильевку». Говорят, что, получив донесение, комкор сказал: «Странно, странно, ворвались». Потери нашей дивизии за сегодняшний день крайне малы. Ранен начальник дивизии генерал Туркул. В батарее у нас всё благополучно. Выбыла из строя одна лошадь.

Утром Марковцам приказано было занять Янчекрак, что они и сделали, к 12 часам стрельба в том направлении уже стихла.

5.09.1920. Мы оставались в корпусном резерве. На нашем участке всё было тихо. Ночью только красные подходили к Карачекраку, но огнем застав были отброшены. Часов в 10 пролетало над нами 5 наших аэропланов, затем два «старика» типа «Ильи Муромца», которые сбросили в Карачекраке около 15 бомб, и затем снова прилетело 7 наших. В общем, в воздухе заметно было оживление. Кавалерия наша пошла на город Орехов и севернее.

Распространился слух, что в Гейдельберг снова вошли красные. Туда была послана разведка, но ничего похожего не оказалось. Слухи получили свое начало из-за такого случая. В том районе красные вчера при