Четвертое королевство - Ана Эм

Женщина подобрала медальон, нахмурившись, словно размышляя о чем-то. Возможно, о том, что все происходящее неправильно. Гива не могла избавиться от этого ноющего ощущения тревоги под кожей. Все не так. Не так, как ее учили. Не так, как она себе это представляла.

Она вдруг почувствовала на себе знакомый тяжелый взгляд и подняла голову, устремив взор на Королеву Оринфа. Той не обязательно было даже отдавать приказ или произносить его вслух, Гива и так его поняла. Ее будут ждать в совещательной комнате.

–––––––––

– Где моя глупая дочь? – рычала Королева на свою верную советницу, что склонив голову, стояла рядом со своей дочерью Финой у каменной стены.

Эта комната находилась в покоях Ее Величества на самых высоких ярусах дворца. Справа, сквозь длинное широкое окно открывался вид на весь Оринф. Именно перед ним сейчас и стояла правительница, требуя ответов от своей правой руки и ее дочери. Точно щит, их от нее отделял лишь овальный стол для совещаний из черного камня. И так уж вышло, что Гива стояла сейчас во главе его, взирая на всю картину как бы со стороны.

– Ваше Величество, мои стражницы обыскали весь дворец и не нашли ее следов. – произнесла советница, отчеканив каждое слово и все еще не подняв головы.

Ее синие волосы доходили аж до самого пола, практически сливаясь с таким же синим одеянием в виде легкой накидки без рукавов, которая была подпоясана цепочкой из драгоценных камней на талии.

Фина не уступала своей матери в красоте, однако предпочитала более смелые образы и еще больше украшений. Сейчас ее грудь прикрывали лишь две полоски серой ткани, а с бедер свисала длинная юбка, почти полностью открывающая темную кожу бедра. На шее как обычно висело сразу несколько ожерелий, в ушах красовались бриллианты, а на пальцах сапфиры. Гива никогда не одобряла ношения такого большого количества драгоценностей, однако ничего не могла с этим поделать. Русалки были падки на все блестящее, а свои личные украшения берегли точно сокровища. Это было у них в крови. Даже у Гивы. Просто у нее вкус на изделия был лучше.

– Что это значит? – взревела Королева, не сводя своих гневных глаз со своих подданных.

Гива вдруг заметила, как один из стеллажей у дальней стены приоткрылся, и оттуда показалась знакомая копна золотистых волос. Фелия проскочила в комнату и устроилась там же в небольшой нише между двух книжных стеллажей. Словно не заметив никого из присутствующих, она раскрыла книгу на своих коленях и принялась читать. К счастью, кажется, только Гива обратила на нее внимание.

– Есть предположение, что она сбежала, Ваше Величество. – тихо произнесла советница и словно сжалась под натиском собственных слов.

– Да неужели? – голос Королевы стал по истине холодным, точно самые глубокие воды океана. Она медленно обошла стол и встала вплотную к своей «правой руке». – И как по-твоему она это провернула? Как ей удалось сбежать от пятнадцати твоих лучших стражниц?

Пятнадцать. Ого. Неужели ее мать решила, что Амора станет пробиваться из своих покоев с боем? Хотя с другой стороны, Гиве хорошо было известно, что ее сестра на многое была способна. Особенно, находясь на грани отчаяния.

– Я выясню, Ваше… – советница не сумела договорить.

Королева замахнулась и отвесила женщине звонкую пощечину. Голова той, дернулась в сторону, но тут же вернулась на прежнее место.

– Имей в виду, Вирая, если к завтрашнему утру ты не приведешь ко мне мою дочь в целости и сохранности, пострадает твоя дочь.

Советница не вздрогнула от этих слов, но кажется склонила голову еще ниже, от чего Гиве стало не по себе.

Тебе не стать королевой Оринфа.

Снова зазвучал этот голос в голове принцессы, и в ее душе закралось сомнение. Ведь она, Гива, никогда и не думала, что однажды станет королевой. А теперь и вовсе гадала, сможет ли стать такой же жесткой, такой же непоколебимой и свирепой как ее мать?

Твое сердце слишком теплое, слишком слабое.

Ей придется стать такой, как ее мать, иначе трон в подводном мире не удержать. Ей придется…

– Отправь лучших ищеек на сушу и в море. – продолжала Королева ледяным голосом. – Переверни каждый камень, допроси каждую русалку, но найди ее.

Советница коротко кивнула и вышла из совещательной, так и не подняв головы. Королева повернулась к Фине.

– Когда ты в последний раз видела мою дочь?

– В яме во время обряда, Ваше Величество. – пролепетала Фина. Казалось, будто по всему ее телу пронеслась дрожь.

Челюсти Королевы сжались и не сказав больше ни слова, она направилась в сторону Гивы. Свою дочь она одарила одним лишь жестким, тяжелым взглядом. В нем читался молчаливый приказ.

Узнай все, что сможешь.

Королева Оринфа понимала, что ложь иногда может стать единственным спасением. Она также не доверяла никому, кроме своих дочерей, и знала, что страх не самый действенный способ выведать сведения.

Когда Королева покинула комнату, Фина заметно вздохнула с облегчением и уже собиралась уйти, как Гива повернулась к ней.

– Ты виделась с Аморой после ямы, Фина? – она спросила так, будто уже знала ответ, будто знала то, что не должна была.

Русалка подняла на нее свои темные глаза. Она колебалась. Будто размышляла, взвешивала свои слова.

– Да. – наконец призналась она, сцепив руки в замок пред собой. – Амора была сама не своя после обряда, я зашла к ней узнать, все ли у нее хорошо, но я и понятия не имела, что она была настроена всерьез…

– О чем ты говоришь? – перебила ее Гива, напрягаясь. Ей совсем не нравилось то, на что намекала русалка.

Фина сглотнула и сделала неуверенный шаг к принцесса. При этом выражение лица у нее было такое словно лишь она одна была виновата во всем происходящем.

– Она упомянула, что хочет сбежать. – почти шепотом произнесла девушка. – Это моя вина, я должна была остаться с ней…

– Что ты ей ответила? – вдруг раздался голос Фелии с другого конца комнаты.

Фина резко обернулась, и ее плечи напряглись. Возможно, потому что задавая этот вопрос, Фелия даже голову не подняла, продолжая смотреть только на страницы своей книги, Словно все происходящее вокруг нисколько