Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев

позиции, господствующей среди современных исследователей, большинство войсковых подразделений, вошедших в состав позднеримской экспедиционной армии в IV в., были созданы еще во второй половине III в. (особенно кавалерийские вексилляции), главным образом — в период правления Галлиена или даже раньше, во второй четверти III в. Позже, уже в IV в., эти подразделения составили основу экспедиционной армии comitatenses, но сама армия как постоянная, регулярная войсковая группировка, по сути — совокупность войсковых подразделений, была сформирована только в эпоху императора Константина. Константин не создавал экспедиционные войсковые подразделения, он лишь объединил их в новую полноценную армию, другими словами — учредил постоянную экспедиционную войсковую группировку. Прообразом этой группировки были отдельные региональные полевые (походные) гвардии, существовавшие в период Тетрархии, но и эти гвардии состояли из тех подразделений (вексилляций), которые были созданы еще в III в., в ходе военных реформ Галлиена. Таким образом, преобразования Константина оцениваются скорее не как создание экспедиционной армии, а всего лишь как ее правовое учреждение — он механически объединил отдельные полевые гвардии и различные войсковые подразделения, до этого разбросанные по разным регионам, в новую войсковую группировку, наделил ее привилегированным правовым статусом походной (экспедиционной) армии, четко обособил от пограничных гарнизонов и сконцентрировал вблизи Константинополя — наиболее системно в новейшей историографии эта позиция представлена в статье Μ. Коломбо, которую можно признать последним по времени вкладом в изучение данных сюжетов[98].

Примерно той же точки зрения придерживаются и другие современные исследователи, изучающие проблемы развития позднеримской армии, среди них в первую очередь следует назвать П. Бреннена, Р. Шарфа, А. Левина, X. Элтона, Μ. Ланделла, посвятивших многие свои статьи отдельным аспектам и сюжетам позднеримской военной истории[99]. Данную позицию разделяют также авторы общих трудов и обзорных статей по истории позднеримской армии (П. Саутерн и К. Диксон, А. Д. Ли, К. Цукерман). В этих работах неизменно подчеркивается вывод о том, что первые экспедиционные армии возникли в Римской империи даже в эпоху Септимия Севера (193–211), соответственно, император Константин не был новатором, первым создавшим обособленную полевую армию, — многие его предшественники, включая и Галлиена, командовали собственными полевыми войсками, более того, сам Константин активно включал в состав своей походной гвардии подразделения, которые ранее подчинялись противникам Константина — Максенцию, Лицинию и Максимину Галерию[100].

Значительный удельный вес в современной историографии составляют работы по численному составу позднеримской армии в целом и ее отдельных войсковых подразделений. В частности, можно даже сказать, что интерес к этой тематике заметно увеличился по сравнению с периодом до 1969 г. Среди большого количества исследований, на наш взгляд, в первую очередь следует выделить труды У. Тредголда, X. Элтона, Р. Томлина, С. Жаньяра, во многом названные авторы развивают или, наоборот, опровергают выводы, предложенные в свое время Р. МакМалленом, его расчеты служат для новых поколений исследователей своеобразной отправной точкой, на основе которой они производят собственные подсчеты[101].

Не менее важную роль играют и работы, посвященные организации и структуре позднеримской границы, — в своих исследованиях Б. Исаак, Э. Люттвак, К. Цукерман, Я. Ле Боек уделили значительное внимание проблемам позднеримской оборонительной системы, наиболее интенсивные и оживленные дискуссии развернулись в основном вокруг вопроса о функциях оборонительных сооружений и методе их территориального размещения, все упомянутые нами авторы неизменно пытались определить и уточнить содержательные границы понятия «лимес» (limes), т. е. граница, а именно — что подразумевал этот термин, какой смысл вкладывали в него позднеримские авторы, как менялось его значение[102].

Вполне логично, что наряду с проблемами общей организации системы пограничной обороны в современной историографии уделяют значительное внимание и вопросу развития самих пограничных гарнизонов, т. е. статусу и положению войсковых подразделений, которые, собственно, и несли службу на границах империи. Наиболее глубоко и подробно этот вопрос исследовал в своей статье 1993 г. К. Дитц[103]. На наш взгляд, особое значение статьи К. Дитца состоит в том, что в своей работе он представил анализ большого количества военных печатей (штемпелей). На основе этих источников К. Дитц рассмотрел функции и внутреннюю структуру позднеримских пограничных легионов, особенно тех, которые располагались на дунайском фронте.

Проблемы военной организации балкано-дунайских регионов с середины 1980-х гг. активно изучают Т. Сарновский, Μ. Захариаде и Б. Деле. Главная особенность их работ заключается в том, что они либо сами являются археологами и непосредственно работают с археологическим материалом, либо в значительной мере привлекают данные археологии, чтобы расширить или уточнить сведения письменных источников. В своих работах Т. Сарновский, Μ. Захариаде и Б. Деле уделяют преимущественное внимание периоду Тетрархии и военным реформам Константина I[104].

Конечно же, одним из главных, новых и приоритетных сюжетов, привлекающих внимание современной историографии, можно признать анализ и разбор текстов отдельных надписей, которые упоминают позднеримские войсковые соединения. Авторы, обращающиеся к данному сюжету, рассматривают вопросы датировки надписей, стремятся восстановить военно-политический контекст создания текста надписи, дают оценку сведениям эпиграфического документа и самое главное — на основе этих сведений предлагают свою реконструкцию истории того войскового подразделения, которое упоминается в надписи.

По сути, благодаря преимущественной опоре на эпиграфические документы современные исследователи не только пытаются определить время существования, функции и ранг отдельных войсковых подразделений, но и ставят вопрос о внутренней структуре региональных армий, в состав которых входили эти войсковые подразделения, пытаются выявить формы деятельности, т. е. военные кампании, в которых участвовали региональные армии, предлагают свою периодизацию возникновения и дальнейшего существования экспедиционных (полевых) армий.

Естественно, для более подробного и точного определения хронологии и функций того или иного войскового подразделения исследователи не только сравнивают тексты различных надписей друг с другом (в том случае, если эти документы упоминают одно и то же подразделение), но и сопоставляют сведения эпиграфики с данными нарративных источников, восстанавливая по большим «историям» и хроникам военно-политический, административный, временной и геополитический контексты, когда была воздвигнута соответствующая плита с текстом надписи. Указанные сюжеты и методика представлены в трудах Г. Вельш-Кляйн, Т. Дрю-Бира (его знаменитая статья, посвященная эпитафии Аврелия Гая, воина эпохи Тетрархии), Μ. Коломбо[105], Т. Грюневальда, Μ. Π. Шпайделя, Д. Кеннеди, Μ. Кристоля, Т. Бозу, И. Ролла, В. Эка, К. Лорио, К. Давенпорта, Μ. Сартра, Р. Дарби[106], Д. Вудса, Дж. Меннеллы, Р. Шарфа (его книга, посвященная системе защиты позднеримской Верхней Германии, особенно Майнцского военного округа), А. Стефан, Д. Дана, П. Бреннена, X. Арсе[107].

Следует выделить и другой, не менее важный аспект позднеримской военной организации, который неизменно привлекает внимание в современной историографии во многом благодаря вовлечению в научный оборот значительного количества новых эпиграфических документов, — командная структура и командные должности позднеримской армии, а также внутреннее, административно-тактическое устройство позднеримского легиона. Данные сюжеты подробно рассмотрены в работах Ф. Ришардо, Дж. Рота, С. Жаньяра, К. Цукермана, К. Штаунера, И. Тантилло[108]. Эти исследователи рассматривают эпиграфические документы в четком сопоставлении с нарративными источниками, в основном они привлекают сведения трактата Вегеция «Эпитома военного