«Футуромания»: электронные грезы, желающие машины и музыка завтрашнего дня сегодня - Саймон Рейнольдс

Async. Записанный после близкого столкновения со смертью — у музыканта диагностировали рак горла, — этот лонгплей 2017 года стал для Сакамото своего рода аналогом боуиевского Blackstar: сумеречным размышлением о памяти и бренности бытия, а также предзакатным возвращением к экспериментальной смелости. Сакамото собрал уникальную палитру из найденных городских звуков (и не только городских — в треке «walker» используется шорох его собственных шагов по толстому слою опавших листьев в лесу) и препарированных инструментов (в одном случае «препарированием» занялась сама природа — это было пострадавшее от цунами, рассохшееся и расстроенное пианино). Эти необработанные звуковые элементы были не просто текстурными деталями, но и несли в себе глубокий личный смысл, напоминая о хрупкой драгоценности бытия.

Две композиции на Async до боли отчетливо раскрывают тему быстротечности времени через декламацию. В треке «fullmoon» звучит голос Пола Боулза, ушедшего из жизни в 1999 году: он читает отрывок из собственного романа «Под покровом небес» (к экранизации которого Сакамото написал музыку). «Из-за того, что мы не знаем, когда умрем, жизнь кажется нам неисчерпаемым колодцем. И все же всё случается лишь определенное число раз, причем очень небольшое... Сколько еще раз вы увидите, как восходит полная луна? Быть может, раз двадцать... и все же всё это кажется безграничным». Затем друзья Сакамото со всего мира зачитывают эти слова Боулза, каждый на своем родном языке.

Но в композиции «LIFE, LIFE» настроение более светлое — это смесь непокорности и смирения. «Я жил, я есмь, и буду я / Жизнь — чудо из чудес», — интонирует Дэвид Сильвиан, зачитывая строки Арсения Тарковского, русского поэта и отца Андрея Тарковского (любимого кинорежиссера Сакамото, которому напрямую посвящены треки «solari» и «walker» на альбоме Async).

С начала девяностых годов Сакамото жил в Нью-Йорке. Этот переезд в самый космополитичный и многоязычный город на планете, казалось, отражал его собственное заявление, сделанное несколькими годами ранее: «Я не знаю, кто я. Я родился в Японии, но не считаю себя японцем. Быть чужаком — мне близка эта позиция. Я не люблю национальности и границы». Идеал, подспудно присутствовавший во всем творчестве Сакамото — как в YMO, так и в сольных работах и многочисленных коллаборациях, — выкристаллизовался в 2003 году в своего рода поэтический манифест. На фоне трагедии 11 сентября и нападения на его новый родной город, в самый разгар войны в Ираке, он вместе с Сильвианом выпустил прекрасный сингл под названием «World Citizen» («Гражданин мира»), который был не столько песней протеста, сколько просто тихим плачем: «Почему мы не можем просто быть / Без начала, без конца?.. / Я хочу путешествовать по ночам / Сквозь степи и моря... / Я хочу правильно произносить все их имена / Гражданин мира».

Pitchfork, 2023

ДАБ-РЕГГИ: Кит Хадсон, Creation Rebel, Dub Syndicate

Кит Хадсон — Pick a Dub (Blood & Fire)

Creation Rebel — Historic Moments Volume 1 (On-U)

Dub Syndicate — Classic Selection Vol. 3 (On-U)

Записанный в 1974 году альбом Кита Хадсона Pick a Dub был назван Джоном Сэвиджем (в дискографии к книге England’s Dreaming) величайшим даб-альбомом всех времен. Безусловно, он стоит в одном ряду с King Tubby’s Special или African Dub Chapter 3 Джо Гиббса. В этой музыке есть свечение, духовный ореол, к которому не могут приблизиться даже лучшие современные диджи-даб- и эмбиент-даб-проекты. И хотя примитивная двух- или четырехдорожечная запись и самодельные эхо-камеры, которые использовали Табби, Хадсон и другие, во многом определили туманную магию даба середины семидесятых, другим решающим фактором является пульсирующее присутствие живых музыкантов из плоти и крови внутри строптивого, похожего на зеркальный лабиринт вихря микшерного пульта. Классический даб строится на слиянии «ощущения» (живой, интерактивной ритм-секции) с развоплощающими, дезориентирующими эффектами, которые предвосхитили сегодняшнюю цифровую, сэмплделическую музыку. Ритм здесь распределен в пространстве так, что он колеблется как «по вертикали» (внутри звукового ландшафта), так и «по горизонтали» (во времени). И потому в «Black Heart» гитарный чёс «чикен-скретч» не просто отмечает слабую долю — гитара периодически выпрыгивает из своей ниши в миксе, чтобы хлестать вас по лицу, в то время как в «Dread Than» ритм-гитара представляет собой размытый звуковой монолит, столь же скульптурный, сколь и кинетический.

Подобно психоделии и эмбиенту, даб замешан на ностальгии. Его Земля обетованная на временном горизонте — это на самом деле возвращение к утраченному золотому веку (внутриутробному периоду, когда все звуки доносились до нас через эхо-камеру материнского тела?). Повторяемость даба воплощает в себе упразднение Времени; она предвещает конец нашего изгнания в Историю. Ван Моррисон говорил на том же невнятном языке сердца, когда пел: «и это опьянило меня, словно возвращение домой». Но если Моррисон выражал свою тоску по дому лирически, через аллегорию Каледонии, то даб изображает Сион с помощью пространства и света. В таких треках, как «Part 1&2 Dubwise» и «Black Right», достаточно лишь обработанных реверберацией, ртутно-мерцающих хай-хэта и тарелок, чтобы вызвать синестетические видения обволакивающего простора. Это ощущение себя как дома в бесконечности, которое философ Гастон Башляр назвал «интимной необъятностью».

Historic Moments Volume 1 составлен из треков с альбомов Dub from Creation (1977) и Rebel Vibrations (1978), которые группа Creation Rebel записала под руководством Адриана Шервуда за пультом для его лейбла Hit Run, предтечи On-U. Более технически продвинутые, чем Pick a Dub, но все же доцифровые, эти треки дезориентируют еще сильнее своим сочетанием человеческого прикосновения и искаженной студийными эффектами виртуальности. Использование в дабе эха на барабанах — когда каждая часть установки пропускается через разное акустическое окружение — превращает ритм в лабиринт. Среди жемчужин этой великолепной коллекции выделяются «Vision of Creation» с его пианино, навевающим мысли о городе-призраке, и барабанами со звуком скрипучих кроватных пружин, а также «Rebel Rouser», где ритм дублируется квазивоенным битом, постепенно растворяющимся в шлейфе реверберации.

Некоторые участники Creation Rebel впоследствии перешли в Dub Syndicate. Состоящий в основном из неизданных или радикально переработанных треков, сборник Classic Selection Vol. 3 относится к концу восьмидесятых. Глянцевый лоск высокого разрешения и неэластичные запрограммированные ритмы этой музыки парадоксальным образом кажутся более устаревшими, чем работы Кита Хадсона или Creation Rebel. Главное, что, несмотря на все достижения в технологии записи, в этом дабе чувствуется меньше пространства, чем у Хадсона и Табби (которые, как и Can, творили чудеса всего на двух дорожках). Или, по крайней мере, это другое пространство — более точное и геометричное, менее безмятежное и возвышенное. Разница между классическим дабом и диджи-дабом подобна