Измена, раскрытая попугаем. Моя месть остра - Хлоя Минт

один день. И вот я стою в маленькой комнате загса, пахнущей цветами и лаком для волос, и готовлюсь сказать «да» человеку, с которым всё начиналось с фиктивного договора.

В дверь тихо постучали.

– Ульяна, ты готова? – раздался голос Лерки.

Я обернулась. Подруга, сияющая в персиковом платье, уже держала в руках мой букет – нежные пионы, перевязанные шёлковой лентой.

– Готова, – выдохнула я, беря цветы.

– Тогда пошли, – Лерка улыбнулась. – Там твой жених уже заждался. По-моему, он боится, что ты сбежишь.

Я нервно рассмеялась.

– Куда я денусь?

– Ну, у тебя был план мести, – подмигнула она. – Может, решила напоследок сбежать с каким-нибудь качком из бара.

– Забудь об этом! – шутливо толкнула её в плечо.

В зале регистрации было немного гостей: мои родители, пара друзей Евгения и, конечно, Гоша, восседающий в специальной переноске, украшенной белым бантом. Он смотрел на происходящее с видом королевской особы, снизошедшей до простолюдинов.

Женя ждал меня у алтаря.

Высокий, смуглый, в идеально скроенном чёрном костюме, с аккуратной щетиной и тёмными глазами, в которых я видела столько всего, что перехватывало дыхание. Он смотрел на меня так, будто я была единственной женщиной на свете.

– Ты прекрасна, – произнёс он, когда я подошла.

– Ты тоже, – прошептала, чувствуя, как горят щёки.

Регистраторша, миловидная женщина с торжественной речью, начала церемонию. Слова плыли мимо, как тёплый туман, пока не настал момент клятв.

– Евгений Павлович, согласны ли вы взять в жёны Ульяну Александровну?

Мужчина не сводил с меня глаз.

– Согласен, – сказал он с полной уверенностью.

– Ульяна Александровна, согласны ли вы взять в мужья Евгения Павловича?

Я сглотнула. Перед глазами пронеслось всё, что мы пережили вместе. Иногда судьба подкидывает удивительные вещи: ещё год назад я боялась и слово сказать своему боссу, считая его тираном. Но теперь… мне оставалось ответить только одно:

– Согласна.

И когда он надел кольцо на мой палец – тонкий ободок из белого золота, сверкнувший в свете ламп, – я почувствовала, как по щекам побежали счастливые слёзы.

– Можете поцеловать невесту, – произнесла регистраторша.

Женя наклонился, взял моё лицо в ладони и поцеловал. Нежно, бережно, но так, что у меня подкосились ноги.

Гости зааплодировали.

– Купи сум-мку! – громко объявил Гоша.

По залу прокатился смех.

– Это он благословляет, – шепнул Евгений, отстраняясь.

– Или требует приданое, – ответила я.

~***~

Ресторан был скромным, но изысканным. Никакой помпезности, никаких сотен гостей – только самые близкие. Я настояла на этом, и Женя, к моему удивлению, согласился без споров. Он вообще в последнее время стал удивительно сговорчивым. А может, просто счастливым.

Мы принимали поздравления, улыбались, слушали тосты. Я ловила себя на том, что не могу оторвать взгляда от мужа. Муж! Боже, как странно это звучит. И как правильно.

Наконец настал момент торта.

Огромный, белоснежный, с фисташковым кремом, он был точь-в-точь таким, каким мы выбрали его в кондитерской. Евгений взял мой локоть, подвёл к столику, и мы вместе взялись за нож.

– Готова? – спросил он, глядя на меня с улыбкой.

– Всегда, – ответила я.

Нож погрузился в нежный крем, гости захлопали, в этот самый момент двери ресторана распахнулись.

Я не сразу поняла, что происходит. Просто услышала какой-то шум, крики, а потом увидела его.

Антон. Мой бывший. Собственной персоной. Взъерошенный, красный, в помятом пиджаке, который когда-то подарила ему на день рождения. Он бежал через зал, расталкивая официантов, и его глаза были безумными.

– Ульяна! – заорал он.

Я замерла с ножом в руке.

– Ульяна! – он подлетел ко мне и, к моему полнейшему шоку, рухнул на колени. Прямо на пол, рядом с тортом. – Прости меня! Прости! Я всё понял! Я был дураком! Вернись ко мне!

В зале повисла мёртвая тишина.

Перевела взгляд на Женю. Он стоял рядом, скрестив руки на груди, и смотрел на Антона с выражением человека, который пытается решить, выкинуть ли наглеца самому или подождать охрану. Его бровь медленно поползла вверх.

– Ну... – кашлянула, возвращая внимание бывшему. – Вообще-то у меня свадьба, если ты не заметил.

Антон, кажется, только сейчас осознал, где находится. Его взгляд метнулся по залу: гостям, белому платью, торту, обручальному кольцу на моём пальце. Но вместо раскаяния на его лице отразилась злоба.

– Ты! – он ткнул в меня пальцем, поднимаясь с колен. – Ты разрушила мою жизнь! Из-за тебя меня выгнали из квартиры! Мне негде жить! На работу не берут! Всё из-за тебя, меркантильная су...

Он не успел договорить.

Евгений сделал плавный, почти ленивый шаг вперёд, заслоняя меня. Его лицо было спокойным, но в глазах полыхал холодный огонь.

– Послушай-ка, – произнёс он, от его тона даже у меня по спине пробежали мурашки. – Ты сейчас находишься на частном мероприятии. Без приглашения. Врываешься, оскорбляешь мою жену, портишь торт. По-твоему, это разумное поведение?

Антон сжал кулаки.

– Она моя! – выплюнул он.

– Твоя? – Женя усмехнулся. – Она никогда не была твоей. Ты сам это понял, когда таскался по своим Наташам. А теперь будь добр – покинь помещение.

– Или что? – Антон шагнул вперёд.

Евгений не двинулся. Только склонил голову набок, как хищник, оценивающий добычу.

– Или я вызову охрану, и ты выйдешь отсюда не через дверь, а через окно. Учитывая, что мы на первом этаже, это не смертельно, но болезненно.

Я едва сдержала смех. Гости тоже зашушукались, пряча улыбки.

Антон побагровел.

– Ты!.. – начал он, но Евгений уже поднял руку, подзывая двух крепких охранников, которые материализовались у входа.

– Молодой человек, – обратился он к Антону, – у вас есть десять секунд, чтобы уйти красиво. Иначе будет некрасиво.

Антон задыхался от ярости. Он бросил на меня полный ненависти взгляд, но я лишь пожала плечами.

– Прощай, Антон, – сказала я. – Надеюсь, ты найдёшь работу. И жильё. И, может быть, достоинство.

Он хотел что-то выкрикнуть, но охранники уже взяли его под локти и повели к выходу. Он упирался, бормотал ругательства, но через несколько секунд исчез за дверью.

В зале снова повисла тишина.

Я выдохнула и перевела взгляд на Женю.

– Ну вот, – сказала, пытаясь унять дрожь. – Месть состоялась.

Он посмотрел на меня, в его глазах заплясали смешинки.

Эпилог

Эпилог

Эпилог