Из огня да в полымя. Книга 4 - Серг Усов

— О, Алексей, привет, — поздоровался. — Всё пытаюсь с тобой встретиться, но ты как будто бы от меня прячешься. Я из твоих эсэмэсок так и не могу понять, почему меня не хотят брать-то? Ты точно говорил со своим начальством? " — … да ни хрена он ни с кем не говорил, — убеждает он себя, мне приходится с утра пораньше использовать ментал, уж больно густой и вязкий поток недовольства мною от него прёт. Так-то Константин мужик не плохой, не хотелось бы отношения портить ни с того, ни с сего. — Впрочем, чего я ждал? Тут ни на кого нельзя положиться. Вся страна было, шариковы…". Неужели ему не нужны интеллигентные образованные люди с высшим европейским образованием? Много у вас там таких в ПИАР-службе?

Сказал бы я ему, пусть вначале на свой пивной живот посмотрит, выпирает, как у беременной бабы, а потом уж собственных сограждан шарами толстыми кличет. За быдло же реально обидно. И обидно вдвойне, нет, втройне или даже больше, что я ж реально насчёт него с Анной Николаевной беседовал. Да, не убеждал, не настаивал взять Костю на работу, но обещание-то я своё выполнил. Он же вон как считает. Ну и иди тогда к чёрту. Понятно, вслух сказал другое, то, что соответствует его мировосприятию и в какой-то степени частично верно:

— Там разные, Костя. Но все с блатом — детки, племянники, племянницы, мужья, жёны, любовницы. Туда не пробиться. А в других подразделениях твой диплом не канает. Я правда поговорил про тебя, — сделал всё ж попытку убедить его, что не обманываю.

В реальности пиар-службы холдинга и входящих в него крупных фирм берут профессионалов. Когда вопрос стоит о больших деньгах, своих людей берут лишь при условии, что те, как минимум, ничего не испортят, но и то редко, а стараются держать тех, от кого польза. Анна Николаевна мне объяснила всё в форме, доступной здравому смыслу.

— Ладно, раз говорил, — сказал он тоном, будто я ему лям рублей должен и не возвращаю. Капец, он что, всерьёз считает, будто я должен был ради него в лепёшку расшибиться, но притащить в зубах должность с огромным окладом? Вот клоун. А я-то его реально путным парнем считал. — спасибо и на этом " — … пусть подавится моим спасибо. Наверняка Платов соврал. Хотя насчёт того, что в этой стране без связей никуда не устроишься, тут он прав. А ведь я этого Лёшку реально путным парнем считал…"

Сосед настолько точно повторил мои мысли последней фразой, слово в слово, что я еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Глупо бы получилось. И для Костяна обидно. Он ведь не понял бы причину моего смеха, решил, что над его проблемами издеваюсь. Хорошо, что мы уже у подъезда, и нам пришла пора расстаться. Он отправился в сторону остановки, да таким хмурым, что попавшаяся ему навстречу тётка поспешила увеличить интервал, чтобы не дай бог не задеть.

Вскоре подъехало такси. Удивительно, обычно приходится ждать чуть дольше обещанного Яндексом, а тут на пару минут раньше прибыло. За рулём добродушный мужик лет за сорок.

— Понедельник — день тяжёлый? — посмотрев в зеркало заднего вида, когда я сел, оценил он цвет моего лица и тут же резко вывернул Хёндай на край стоянки, чтобы пропустить джип Гранд Чероки, за рулём которого здоровенный амбал из соседнего подъезда с головой размером как камышинский арбуз и кулаками примерно с дыню, оставшуюся у меня в холодильнике. При этом, у этого бугая жена едва достаёт ему до плеча и тощая как швабра, и он её боится. Довелось мне наблюдать пару забавных случаев общения этой семейки. Они прикольные, оба. — Может нужно здоровье поправить? — поинтересовался водитель, выруливая обратно на дорогу.

Знаю, в давние времена таксисты, ещё когда ездили на Волгах, приторговывали водкой и сигаретами, Пётр Кузьмич с кем-то об этом вспоминали. В наши времена, когда эта власть снова начала заниматься хернёй, ограничив время продажи спиртного, такая практика вернулась.

— Перетерплю, — отмахиваюсь.

Проще ответить так, лишь бы отвязался. Рассказывать о своих проблемах с кожей лица каждому встречному-поперечному нет никакого желания. У меня всё состоявшаяся беседа с Костей из головы не выходит, мне в самом деле стало обидно. Называется, делай людям добро.

Вот кому реально пошёл бы отъезд из страны, так это Костяну. Нет, вовсе не из-за того, что у него зарубежный диплом, думаю, политолог и там нафиг кому сдался, к тому же, ненавидеть Россию его толком так и не научили. Просто у соседа же нет ИП по сдаче в аренду столичной или какой иной недвижимости, а значит стал бы много работать и соответственно хорошо зарабатывать. Это Россия для нас — комфортная среда обитания, как, скажем, Германия для немцев, Польша для поляков, И талия для итальянцев, ну и тому подобное.

В том смысле, что здесь Костя может вообще не работать и не умереть от голода или холода, если намеренно не поставит себе такую задачу. Или вот как сейчас, устроиться на должность «не бей лежачего», с которой справится и беременная баба на последнем сроке, получать мизер и жить вполне припеваючи. Да как и все из нас.

Где жить, найдётся, деньгами близкие помогут в случае чего, да даже эта власть что-нибудь подкинет, хоть пособие по безработице. А там, за бугром, как Юрка Кравчук рассказывал, мы и раньше-то никому не нужны были, хоть сдохни под забором, всем похрену, а сейчас и вовсе агрессивная среда для нас всех, русских в широком смысле этого слова. Поэтому даже те, кого Аня так несправедливо назвала дармоедами, уехав, берутся за любую работу — чужих собачек выгуливают, собирая за ними в совочки какашки, мусор убирают, посуду моют, грузы на хребтине таскают, жопки старичкам и старушкам в больничках моют и прочее. Иногда сразу на нескольких работах вкалывают. Вот туда бы Константину. А потом, вернувшись, может и сам бы не захотел бездельничать, привыкнув к труду. Юрка говорит, много знакомых, которые здесь тяжелее ложки ничего не поднимали, ну, иногда ещё с режимом боролись, там вкалывают как папы карлы.

Нет, так-то там есть, и полно, высококвалифицированной работы, но чтобы заместить на них местных — за бугром ведь тоже не дебилы живут — нужно реально быть охеренным специалистом, да ещё и язык той страны хорошо знать, а такие — штучный товар. Вариант же со штрейкбрехерством, ну, то есть, делать работу местных за