Из огня да в полымя. Книга 4 - Серг Усов

Янь рассмеялась и протянула свой улов мне. Ерши, гады, заглатывают крючок до самой задницы, и снимать приходится мне, раз уж Ольги нет рядом. Вчера эта честь выпадала ей. Все пальца перепачкал слизью, ну да не впервой. Зато потом и у меня клюнуло, вытащил плотвичку. Ху опять поймала азарт и дальше нам стало не до разговоров. Рыба словно специально дожидалась иностранную гостью, чтобы продемонстрировать ей свою присутствие в реке. До появления Ольги, позвавшей нас завтракать, мы успели выловить почти десяток рыб, конечно, небольших. Ну, у Николаевых кот, он сожрёт. Вот не знаю, на кой чёрт им сдался этот дармоед? Ладно бы богачами были, так нет же. Впрочем Коля стал прилично получать. Если с премиями, то за сотку в месяц. Ольга вдвое меньше. Да, не все в Москве богаты. Хотя в моём Мухинске они б считались каспаровыми или решетовыми, не меньше.

— Лёш, Янь, — увидел нас Николай. — Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста.

Блин, вот он хоть и старше меня, а тоже детдомовское бескультурье так из себя и не выжил. Жрать. Ага, при китаянках бы хоть так не выражался. Нет, Ли не поймёт, а вот при Ху лучше бы выставлял себя в хорошем свете, она достаточно прилично знает русский, хоть и говорит пока с сильным акцентом. Нэсти, тьфу ты, Настя её отлично за годы дружбы натаскала, да и преподаватели неплохие были, и гувернантка из Ростова.

Ладно, зато Николаевы с Ли стол уже накрыли. И уху подогрели, и мой шашлык, и вчерашние закуски достали, и новый арбуз порезали, и фрукты, к которым мы почти не прикасались. Надо будет сегодня винограда поесть, аппетитно выглядит, без косточек.

Разогретое мясо, конечно, уже совсем не то, а вот уху свою Колька сам испортил, как мне кажется. В том смысле, что зря разогрел. Я больше люблю, когда она как желе, прохладненькая. Ну да и пусть. Всё равно ведь вкусно. Китаянки прихватили с собой и бисквиты в упаковках, типа чокопая, но другие. Там тоже фиг разберёшь, что за пирожные, иероглифы на пакетиках написаны. Понятно, химия сплошная, но люди ж едят и не травятся. Чай заварили прямо в чайнике, причём, от заварки, предложенной Ли, отказались. Хотели русского отдыха? Вот и получите по полной программе — краснодарский с большим количеством листьев смородины и малины. Получился терпкий, красного цвета, вкусный. Эмпатия подсказала, что и нашим иноземным подружкам понравилось в качестве экзотики. Это им не тот за двадцать четыре тысячи, а настоящий наш напиток. Мы раньше, правда, и вовсе без чайной заварки обходились, одну только смородину бросали. Там цвет ещё ярче получался. Ну, сегодня Николаевы кашеварят, так что, сойдёт и такое.

Получился не завтрак, а полноценный обед. Еле поднялся со спальника, которые, извлечённые из палаток, опять послужили лежбищем. Подозреваю, что аппетит всё равно успеем нагулять и наплавать, раз девчонки собрались на тот берег купаться. Напротив нас как раз длинный песчаный пляж, и там уже в воде бултыхаются две семьи с детьми. Визги аж до нашего берега долетают. Вода тёплая, жаль, что с нашей стороны дно — сплошная тина почти до колена, Николай проверял вчера. Кстати, он решил остаться здесь, вещи посторожить и неспеша сложить палатки.

Девчонки пошли надевать купальники в одну сторону за кусты, а я свои шорты-плавки в другую, но недалеко, кадиллак меня надёжно укроет. Колька увязался за мной.

— Слышь, Лёш, меня Ли угощала жвачкой ихней китайской, — он встал чуть в стороне, чтобы облегчить мочевой пузырь. — Представляешь, она с перцем оказалась. Острая, аж рот обожгло. Жуткая гадость, но конечно я Ли — а она клёвая тёлка, да? Симпотная — показал, что понравилось, а отбежал и еле отплевался. Я вот думаю, может и им наше угощение совсем не нравится, просто делают вид, что в восторге.

— Не переживай, — успокаиваю друга, мне ли не знать правду? — им всё очень-очень нравится.

— Хорошо, коли так, — задумчиво завис приятель, завязывая шнуровку на шортах. — Тут такое дело. У Ольги так-то нормальная работа. Главное, рядом с домом, пешком пятнадцать минут…

— Ого, для Москвы это прям синекура, — я уже переоделся, но раз уж зашёл разговор, уходить мы не спешим, девчонкам всё равно намного больше времени потребуется.

— Ну, да. Только там два через два и с восьми утра до восьми вечера, а платят минималку. Официально. Понимаешь, да7 Остальное в конверте. Но мы правда с Олей в следующем году планируем ребёнка, а с минималкой декретные совсем копейки, да и вообще, хотелось бы по другому немного устроить жизнь. Янь вчера как-то сказала, что могла бы помочь Ольге с работой. Как думаешь, она это всерьёз? И это, у неё в самом деле есть такие возможности? Нет, я понимаю, образование, пятое, десятое, но вон у вас же в учёте, ну, теперь уже не у вас, а у них, работает бывший школьный физрук и тётка, которая по образованию филолог. Я ещё в начале года в кадрах случайно услышал про это, там им что-то переоформляли. Может у Ху действительно есть что предложить? Извини, что напрягаю тебя своими проблемами…

— Нормально всё, Коль. — перебиваю. — Если уж мы друг другу помогать не станем, то будет как-то совсем не правильно. А насчёт Янь, так, уверен, возможности у неё в Москве реально имеются. Она ж не просто так сюда учиться приехала, да и у себя там в Китае наши язык и культуру изучала. Тут большие планы по совместным бизнесам у её отца и его компаньонов. Стопудово здесь есть, к кому Янь обратиться. Наверняка ведь им или уже понадобились, или вскоре понадобятся работники. Раз открывают и расширяют сотрудничество. Так что, соглашайся, соглашайтесь. если конечно твоя не будет против.

— Ольга-то? Конечно не против. Лёш, а ты не мог бы тоже со своей подружкой переговорить? Всё ж, вижу, у вас совсем отношения, как у родных. Вы с ней не родственники? — пошутил.

— Как догадался⁈ — изображаю удивление, и оба смеёмся. — В моём разговоре на этот счёт нужды нет. Янь и так готова выслушать и пойти навстречу Ольге, она ж здесь пока совсем одинока. Мы оказались в нужное время в нужном месте, и Ху сейчас открыта для искренней дружбы, хотя миллиардерша, а мы голодранцы.

— Она всё ж миллиардерша? — охнул приятель.

— Ну, не сама, но папа совладелец одного из топовых — то ли