Там леший бродит 3 - Игорь Николаевич Конычев

Этот довод не впечатлил бы меня и в прошлой жизни, а в этой и тем паче.

— Собаку учить должен хозяин, раз уж на то пошло. Что же до щенков — их и человек выкормить способен, и воспитать так, чтобы не кусались. В моём лесу все в мире живут.

— Так-то оно так, но ты же понимаешь, что чёрный змей тебе не зверюшка? — Крачун медленно поднялся на ноги. — Можешь ли ты слово дать, что он моей дочери не навредит?

Я тоже встал.

— Могу. — Мой голос звучал твёрдо и уверенно. — Коли почувствую в змеёныше зло, с которым сладить не смогу, то сделаю так, чтобы он никому вреда не причинил. Но прежде вредить ему никому не позволю.

— Говоришь ты складно, — взгляд гостя немного смягчился. — И когда же ты поймешь, чего от этого существа ждать?

— Для этого мне нужно поговорить с ним, так что как только детёныш вылупится из яйца. Если несмышленый будет, то чуть позже, когда уму разуму наберётся.

— Когда вылупится, значит, — Крачун нахмурился. — Что же, тут я смогу тебе помочь. Бери яйцо и пошли.

Несмотря на то, что покидать дом мне не хотелось, любопытство оказалось сильнее. Уже через пару минут я поговорил с Кузьмичом о том, чтобы он не распространялся о ночном госте, взял яйцо чёрного змея вышел на крыльцо своего дома, где меня дожидался Крачун.

— Готов? — спросил тот, поправляя шубу и взвешивая в руке невесть откуда взявшийся посох.

— К чему? — не успел я спросить, как один конец посоха вонзился в снег у меня под ногами.

В тот же миг вой ветра и снегопад стали просто невыносимыми, но очень быстро растворились в тишине. В ноздри мне ударил смрад Подземного мира, так что я понял, где оказался куда быстрее, чем глаза привыкли к мраку. Крачун стоял неподалёку, на берегу Пучай-реки и задумчиво глядел в её чёрные воды, где то и дело мелькали едва различимые тени. В этот раз они не пытались навредить мне, да и вели себя спокойнее, чем при Коше.

— Теперь, стало быть, я у тебя в гостях? — мой голос несколько раз отразился от каменных сводов просторной пещеры.

— Выходит, что так, — сухо улыбнулся старик, продолжая таращиться в реку.

— Вот только меня жажда не мучает, — на всякий случай предупредил его я. — Купаться тоже не собираюсь.

Улыбка Крачуна сделалась шире, и он даже издал резкий смешок, отчего по Пучай-реке пошли небольшие волны. Плывущие в ней души затрепетали, но быстро успокоились, продолжив свой бесконечный путь.

— Дай мне яйцо, — владыка Подземного мира протянул руку.

Я покачал головой.

— Нет.

Мне казалось, что отказ разгневает Крачуна, но он лишь пожал плечами.

— Тогда сам его спусти, — он указал концом посоха на Пучай-реку.

— Это ещё зачем? — я хорошо помнил последнее «купание» в этих водах и не спешил приближаться к ним повторно, так как отлично понимал, что этот раз может оказаться последним.

— Скорлупу мало чем можно разрушить, — пояснил Крачун. — Но эта вода не простая. Она ослабит защиту и позволит детёнышу быстрее появиться на свет. Давай же, просто отпусти яйцо в Пучай-реку и вместе поглядим, что за змеёныш из него вылупится.

Недоверчиво прищурившись, я покрепче обхватил яйцо Чёрного змея и посмотрел на собеседника.

— Так это и есть твоя помощь?

— Она самая, — кивнул он.

— В таком случае, уж прости, но я откажусь.

Второй раз за сегодня брови Крачуна удивлённо поползли вверх.

— Отчего же? — тихо спросил он.

— Оттого что природу нельзя торопить и неволить, — спокойно произнёс я. — Всё в ней всегда идёт своим чередом. Детёныш вылупится тогда, когда будет к этому готов.

— А ты? — узкий, похожий на шип палец Крачуна упёрся в мою грудь. Внутренности тут же обжёг могильный хлад. — Ты будешь к этому готов, леший?

Я выдержал его взгляд, не моргнув и глазом, даже несмотря на то, что сердце теперь билось через раз, но не от страха, а от сверхъестественной силы Крачуна. Да уж, Кош и близко не был ему ровней. Тем не менее, мой голос не дрогнул.

— Буду, — произнёс я, — уж не сомневайся.

Несколько мгновений Крачун задумчиво смотрел на меня, после чего отрывисто кивнул.

— Добро. Даю тебе срок до конца зимы. Ежели к этому времени детёныш не вылупится сам, то сделаем по-моему.

— Ты куда-то спешишь? — осведомился я, пытаясь понять, что тут к чему. Памятуя о том, что владыка Подземного царства не жалует тепло и предпочитает жизни смерть, мне на ум пришла догадка, что он не любит или же не может посещать поверхность летом и весной. Иначе мы бы, скорее всего, встретились куда раньше.

— Я никуда не спешу, — покачал головой Крачун. — В моем распоряжении целая вечность. Но я не хочу снова потерять свою дочь, леший.

В голосе владыки Подземного царства прозвучала истинная, неподдельная отцовская забота и печаль. Это удивило меня.

— Разве в таком случае она не окажется подле тебя? — спросил я.

— Окажется, — кивнул Крачун, глядя в пустоту. — Но это не принесёт мне радости, Белояр. Я хочу, чтобы Ягишна была не подле меня, а там, где сама захочет. Жаль, что я понял это слишком поздно.

Мне показалось, что в тёмных глазах владыки Подземного царства что-то влажно блеснуло, но в тот же миг он ударил своим посохом по земле. Над моей головой взвыл ветер и взметнулась белая стена снега. Не прошло и пары мгновений, как я оказался на пороге своего дома и увидел, как над лесом поднимается солнце.

8. Людские хлопоты

Спустя пару дней после нашей встречи с Крачуном, я мирно дремал на крыше своего дерева, как вдруг туда влетела орлица и принялась клевать меня в бок. И если у легендарного Прометея не было выбора, то я столь беспардонного отношения терпеть не стал и отпихнул наглую птицу, которая таковой вовсе не оказалась. Обратившись Забавой, она стала теребить меня за плечо и кричать прямо в ухо:

— Яр! Яр, вставай!

Я вновь предпринял попытку отмахнуться, но