Следы на воде - Роман Евгеньевич Суржиков

имеются умывальники, подключенные к водопроводу. Это никого не удивляет, поскольку соответствует законам физики... – Альваро открыл кран рукомойника, и вода полилась на тающие кубики льда. – Но объясни мне, будь добр: откуда вода берется здесь, в замке?! Мы на полсотни ярдов выше водонапорной башни!

Фернан не успел ответить, поскольку внимание друзей привлек шум. Со двора донеслись звуки, похожие на рокот двигателя, а потом крик одного из генеральских агентов:

- Маэстро, вы здесь? Мы поймали шпиона!

Альваро нахмурился, ибо три часа назад, после исповеди доньи Изабель, пришел к выводу: никакого шпиона не существует.

- Идем глянем, кого они поймали...

- Слава Древним! – выкрикнул Фернан и умчался, будто ветром унесенный.

Альваро поспешил за другом.

В замковом дворе уже стояли потемки. Последние красные лучи солнца проникали сквозь бреши крепостных стен, и казалось, там, за стенами, угасает пожар. Посреди двора стояла машина, выпуская густые облака пара, словно котел был перегрет от долгой езды. В кабине, под охраной людей генерала, сидела рыжеволосая девица.

- Вот шпионка! – с торжеством объявил старший агент.

- Здравствуйте, маэстро, - сказала Золотое Перо. – Будьте добры: объясните стражам, кто я такая.

Альваро сощурился:

- Что-то не могу разглядеть. Сеньоры, подведите ее поближе.

Агенты вывели Беатрис из машины и поставили пред ясны очи маэстро.

- Ага, теперь припоминаю! Эта девица следила за мной по всей Лаэрте. Шагу не мог ступить без ее наблюдения.

- Она продолжила свое дело и здесь, - доложил старший агент. - Приехав в город, начала собирать сведения о вас. Хавьер Салам за пару монет доложил ей, что вы пошли в замок. Мы устроили засаду на дороге. Едва она сунулась сюда, попала к нам в руки.

- Хорошо говорит по-нашему, - добавил младший агент. – Но волосы выдают ее с головой. Не бывает рыжих лаэртянок.

Беатрис подбоченилась для уверенности и потребовала:

- Маэстро, скажите им: я не шпионка!

Альваро поймал себя на том, что успел соскучиться по этой семейке.

- Сеньорита, как будущая писательница, вы должны уважать строгий смысл слов. Есть люди, которые говорят одно, а имеют в виду совсем другое. Не уподобляйтесь им, выражайтесь метко и точно. А если говорить с точностью, то в данный момент вы – именно шпионка. Вы же приехали следить за мной и Фернаном.

- Так вы ее знаете? – нахмурился агент.

- Да. Это Уноко, пьяница и распутница.

- Не слушайте его! – вскричала Беатрис. – И вообще, я не следила за вами! Если хотите знать, я в Трес Молинос по своим важным делам.

- По каким же?

- По важным! Мать велела: никогда, ни в коем случае, не суйся в поместье ван Хальма!

Альваро согласился:

- Уважительная причина. Сеньоры, будьте добры, отпустите ее. И займите посты: вдруг появится настоящий шпион.

- Сперва мы заглянем в дом, поищем теплую одежду. Больно холодно становится.

- Я бы не советовал. Дом проклят.

- Мы разберемся.

Агенты двинулись к дому, игнорируя предупреждение.

- Хотя бы не выходите за ленточки... – посоветовал Альваро. – Нет, постойте. Зачем вы явились сюда? Тем более, вдвоем?

- Мы схватили шпионку.

- Одного хватило бы, чтобы стеречь девицу. Зачем оба?.. Скажите по правде: что именно вам приказал Дезерей?

И в этот миг раздался звук. Весьма похожий на выстрел, но звонче, с металлическим отливом. Данг! Старший агент генерала уставился на свою грудь, посреди которой возникло красное пятно. Потом осел на колени и рухнул лицом вниз.

- Прячьтесь! – выкрикнул второй агент.

Все четверо кинулись врассыпную. Альваро метнулся к дверям дома, на ходу хватая Беатрис. Она выбрала другое укрытие и побежала к машине, выскользнув из рук писателя. Фернан упал за кучу камней, что когда-то были верандой. А агент бросился к конюшне, на ходу доставая пистолет.

Данг!

Пуля подсекла агента на бегу. Он упал, перекатился на бок, выстрелил наобум – раз, второй, третий. Он не видел нападавшего. Никто не видел. Эхо от каменных стен не давало даже по звуку понять направление.

Данг!

Агент дернулся и обмяк на земле. Убийца позволил ему пострелять в пустоту, и лишь потом добил пулей в голову. Эхо отдалось от стен, как колокольный звон.

Альваро уже сидел в холле, прижавшись к стене, с револьвером наготове. На пол-глаза высунувшись в дверной проем, пытался высмотреть врага. Безнадежное дело! Весь двор в густой тени, зато вход в дом на виду: Беатрис не погасила фары. Друзья будут убиты, едва высунутся из укрытий, а стрелок так и останется невидим.

Эхо угасло, повисла тишина. Альваро осознал положение. Убийца, вероятно, засел где-то на стене: оттуда легко простреливать весь двор. А да Силва в доме, и дом велик. Можно подняться на второй этаж, выглянуть в разные окна, высмотреть стрелка. Но Фернан и Беатрис во дворе: он прячется за кучей камней, она – за дверцей своей машины. Оба безоружны. Если их не прикрывать, убийца просто подойдет и застрелит обоих.

“Бегите ко мне!” – хотел сказать Альваро, но прикусил язык. Стрелок уложил агента на бегу и в тени. Он слишком хорош. Друзья не добегут до дома живыми.

И тихо-то как! Жуткая, студящая кровь тишина. Нельзя не подумать: убийца крадется на новую позицию. Заходит в спину.

- Псс!.. Маэстро!..

Беатрис приоткрыла дверцу и собиралась залезть в кабину. Пар еще есть, можно сразу рвануть с места. Но при этом голова покажется над бортом машины. Рыжая голова – как яблочко мишени.

- Нет, нет! Не высовывайся!

Данг!

Выстрел – колоколом по ушам. Альваро аж подпрыгнул на месте, Беатрис прижалась к колесу. А Фернан завопил от боли. Его нога показалась из-за камней – и пуля пробила ее насквозь.

- Ааа, умираю! Мне не жить!

Фернан кричал и корчился, хватаясь за ногу. Зато Альваро кое-что понял: стреляли сверху и справа, с других направлений нельзя было попасть. Там, справа от въездных ворот, стояла сторожевая башня. И, кажется, кто-то шевельнулся в просвете бойницы.

Альваро дважды пальнул туда. Пули вжикнули, срикошетив от камня. А он вскочил и побежал в глубь дома, вверх по лестнице, в зал второго этажа. Подскочил к окну, услышал “данг!” – и крик Фернана: “Еще жив!” Стрелок промазал – в первый раз за все время. А да Силва впервые заметил его: темный нарост на верхушке башни, лишний зубец. Писатель распахнул окно, взял револьвер обеими руками и выстрелил четырежды