Случайная мама для сына магната - Анастасия Владимировна Иванова

Нет.

Ещё ничего не закончилось. Никогда нельзя сдаваться.

Сосредотачиваюсь на дороге, пытаюсь запомнить, куда меня везут. Выжду удачный момент, когда никого не будет рядом, и позвоню в полицию. Сообщу о похищении, главное — сейчас запомнить как можно больше деталей.

Водитель едет быстро, будто мы куда-то опаздываем. Картинка сменяется так быстро, что я не всегда успеваю понять, где именно мы едем. Лишь замечаю, как выезжаем за МКАД и с ещё большей скоростью мчимся в неизвестном мне направлении.

В какой-то момент я перестаю следить за дорогой, становится неважно, куда меня увозят. Просто молюсь, чтобы всё поскорее закончилось.

Словно услышав мои молитвы, водитель сбавляет скорость. Мы въезжаем в коттеджный посёлок с высокими дорогими заборами, за которыми виднеются фешенебельные дома.

Почему-то вспомнились мамины слова про то, что богатым всё прощается и на них нет никакой управы.

Подъезжаем к дальнему участку с изысканными коваными воротами, которые тут же автоматически распахиваются, впуская нас внутрь. Машина тормозит возле широкой парадной лестницы. Мой сопровождающий выпрыгивает из машины и тут же распахивает мою дверь.

— Пошли.

Интуитивно пытаюсь отодвинуться назад, но не успеваю. Меня хватают за руку и выдёргивают из машины.

Я не сопротивляюсь, послушно поднимаюсь по лестнице. Добровольно подхожу к большим добротным дверям, больше подходящим для замка. Хотя чем этот дом не замок?

Мужчина открывает дверь, подталкивает меня внутрь. Оглядываюсь. Нервный смешок вылетает из меня: будто в попала. Меня провожают в ближайшую комнату. Тёмная. С высокими книжными стеллажами, двумя небольшими диванами с шёлковой обивкой и небольшим кофейным столиком.

— Жди, — звучит очередной приказ.

И дверь за моей спиной запирается.

Убедившись, что я осталась в комнате одна, сразу лезу в свой маленький рюкзачок в поисках телефона. Пальцы дрожат, готовые в любой момент выронить телефон. Отпечаток пальца не срабатывает.

Чувствую будто всё против меня.

А когда блокировка, наконец, снимается, отчаяние затапливает меня. Сети нет. И даже экстренный вызов не проходит. Стараюсь успокоиться. Не накручивать себе. Но как же страшно!

Я не слышала, как открылась дверь, но давящую ауру мужчины почувствовала сразу. Ещё не обернувшись, знала кого увижу — отца того самого мальчика.

Резко оборачиваюсь и начинаю нервно тараторить в желании оправдаться:

— Выслушайте меня! Произошла какая-то ошибка. Мальчик сам подбежал ко мне.

Меня останавливают одним лишь взмахом руки.

— Светлана.

Становится жутко оттого, что он знает моё имя, которое я не называла.

— Хочу, чтобы вы стали матерью для моего сына.

Глава 2

— Простите?

Во рту всё пересохло, из-за чего голос звучит слишком тихо.

Мужчина проходит вперёд. Размещается на одном из диванчиков, жестом приглашает присесть и меня, но я лишь слегка мотаю головой. Сейчас я не способна сделать ни одного шага. Ноги свинцовые и не слушаются.

— Чай или кофе? — Он продолжает строить из себя гостеприимного хозяина, забывая о том, что меня силой сюда привели.

— Ничего не нужно. Просто отпустите меня домой.

— Отпущу, как только мы поговорим. — Мужчина достаёт из внутреннего кармана пиджака телефон, сразу кого-то набирает и отдаёт короткое распоряжение: — Два кофе.

Отбрасывает телефон на кофейный столик, хозяин дома лениво откидывается на спинку дивана и начинает изучающе разглядывать меня. Под его взглядом становится не по себе, словно я экспериментальный зверёк, попавший в руки к любознательному учёному. От этого взгляда хочется спрятаться, закрыться. Но я в западне, и мне некуда деться.

Меня бросает то в холод, то в жар. Начинаю всё чаще поглядывать в сторону двери.

— Сбежать не получится. Лучше присядь и попробуй расслабиться.

— Вы ещё скажите, получай удовольствие. — От нервов я начинаю глупо шутить.

— Почему бы и нет?

Дверь открывается, и для меня это словно спасительный глоток свежего воздуха. Не хочу оставаться наедине с этим мужчиной. В комнату входит женщина среднего возраста и неприметной внешности. На ней строгое серое платье, отчего и она кажется серой. Тенью.

Женщина размещает на столике поднос с двумя кружками кофе, вазочку с цукатами и ещё одну с различными шоколадными конфетами. После чего, едва заметно поклонившись, выскальзывает за дверь.

— Всё-таки я бы хотел, чтобы ты присела. — Это не просьба. Приказ.

И ослушаться я не осмеливаюсь. Сажусь напротив мужчины, а руки автоматически складываю на коленях. Наверное, со стороны выгляжу как прилежная школьница. Судя по едва заметной ухмылке, хозяину дома тоже приходит эта ассоциация в голову.

— Скажи, Света, ты меня узнала или мне следует представиться?

— Я не знаю ВАС, чтобы узнавать.

Уголки губ мужчины дёргаются в снисходительной улыбке, словно он несмышлёному ребёнку прощает сказанную глупость.

— Лев Борисович Макаров.

Он выжидающе смотрит на меня, но мне его имя ни о чём не говорит.

— Я только военачальника Макарова знаю. Но вы лет на сто его моложе, и имя не совпадает.

Хмыкнув, мужчина замечает:

— Похвально, что интересуешься историей. Это лишь доказывает правильность моего выбора.

Подобие улыбки так же быстро слетает с его лица, как и появилось. Снова слишком внимательный взгляд, от которого ёжусь.

Как же мне хочется оказаться подальше от этого мужчины.

— Так получилось, что у моего сына нет матери. Я планирую это исправить. Сегодня ты доказала, что достойна ею быть.

— Я никому ничего не доказывала!

Лев Борисович слегка приподнимает ладонь, и я тут же замолкаю. Не рискую спорить с этим хозяином жизни.

— Дослушай. Мы заключаем договор. Ты будешь матерью для моего сына и моей фиктивной женой, а взамен получишь всё, о чём мечтаешь.

С недоверием мотаю головой. Этот человек не может говорить серьёзно! Разве можно просто взять и выбрать маму для сына?!

— Можно.

Видимо, от шока последний вопрос я всё-таки произнесла вслух.

— И я выбрал тебя.

— Я не согласна!

Вскакиваю с дивана и начинаю мерить комнату шагами.

— Вы же должны понимать, что это ненормально! Так не делается!

Лев Борисович склоняет голову слегка набок и с интересом рассматривает меня.

— Почему же? — наконец, отвечает он. — К сожалению, не все женщины, что произвели на свет ребёнка, становятся хорошими матерями. Я для сына выбираю лучший из возможных вариантов.

Замираю на месте. Пытаюсь переварить услышанное. Становится мерзко от каждого слова, что пропитано цинизмом.

— С чего вы взяли, что я лучшая?! Вы меня даже не знаете!

— Мне достаточно того, что успели узнать.

— Да и вообще нельзя купить чувства. Невозможно навязать ребёнку кого-то в матери.

— Дорогая Светлана, мне нравится твоя наивность и жаль её разрушать. Но всё же ты уже взрослая девочка, и пора снимать розовые очки. В этой жизни продаётся и