Сто рассказов мудрости - Идрис Шах

было преизрядно, все должно было быть устроено на широкую ногу. Особенно нам предстояло позаботиться о прохладительных напитках: мы добыли несколько сахарных голов готовить шербет, но насчитали у себя не более тридцати больших чаш. И тогда, – продолжал Великий кади, – мне пришлось просить Первую даму, супругу градоправителя, одолжить нам еще несколько больших сосудов для этой цели, поскольку предстояло принять значительное количество народу. Для особо почетных гостей я собирался приготовить специальный прохладительный напиток из меда; и, раздумывая, что придется утолять жажду многих, я гадал, достаточно ли мы имеем на этот случай. И тут, о диво, я вижу, как в дом входит Мевляна – как будто из ниоткуда, и решает задачу, сказав, чтобы мы просто добавили воды к уже имеющемуся; и, сказав так, он "исчез"; слуги и домочадцы выбежали его искать, но его и след простыл. Поступая согласно поданному совету, мы вылили весь шербет в металлический чан в мечети и просто разбавляли и разбавляли его водой; и я приказал слугам время от времени пробовать воду и остерегаться слишком перелить воды; и случилось чудо из чудес: чем больше доливали воды, тем слаще становился шербет в чане! Мы доливали и доливали воду, пока не почувствовали, что исполнили меру, и все мы были поражены этим "чудом", сотворенным Мевляной.

Как бы там ни было, музыкальное тайнодейство справлялось с раннего вечера до полуночи, закружив гостей в невиданном экстатическом порыве, и все это время я и Мойнуддин усердно поили всех прохладительным напитком, и Мевляна изрек следующие стихи:

Любви дыхание струится теплым током,

Благоухание распространяя и даруя

Всем просвещенным разом отпущенье.

Пей Влагу жизни – Жизни вечной!

По мере того, как мистериальное пение набирало силу, и все мы отдались неистовству мистического движения, Мевляна привлек меня к себе в порыве дружбы и расцеловал в обе щеки, а затем прочитал строки из своей оды, в которых были следующие слова:

Если не знаешь меня -

Бессонные ночи мои спроси,

Лицо усталое и губы,

Что от томления спеклись,

С Возлюбленным разлучены.

Многие преклонили колени к стопам Мевляны с мольбой разрешить им стать его учениками; и мое земное добро приумножилось, и любовь моя к мистическому прозрению в высшей степени «утончилась», и душу посетили чувства, посрамляющие описание, как гласит арабская пословица: "Того, что приходит на сердце, язык порою не скажет", и, высказав это, я стал "слугой-учеником", и благословление снизошло на меня, и дверь двойного величия обоих миров открылась мне».

Чудо, явленное на свечах

Сообщают также, что однажды Мойнуддин праздновал тайнодейство слышанья и пригласил многих сановитых горожан. Все принесли большие свечи как свой взнос в праздничное освещение; и всем на удивление, Мевляна принес самую маленькую свечку, какую только можно себе представить. Никто ничего не сказал, но все недоуменно переглядывались, поскольку одни отнесли это на счет скаредности, меж тем как другие откровенно подумали, что Мевляна повредился в уме. Все это не ускользнуло от внимания Мевляны, который в конце концов заметил, что его свечка на самом деле – «живительный сок» всех свечей-великанов, принесенных другими. Дружески расположенные согласились с ним, но многие держались другого мнения; на что Мевляна сказал: «Вы не верите тому, что я говорю, – вот вам доказательство». И что слово – то и дело: о диво! весь зал утонул во мраке, поскольку Мевляна задул свою свечку. Тогда Мастер зажег свечку снова с тем результатом, что все большие свечи сами собой затеплил жизнью – к крайнему изумлению и замешательству всех собравшихся. Неверующие признали свое заблуждение, после чего тайнодейство мистических слушаний вспыхнуло с новой, силой, так что собрание длилось всю ночь – все большие свечи изошли и истаяли, а свечка Мастера продолжала гореть, как прежде, ничуть не чадя и нисколько не тая. Многие в тот день стали учениками Мевляны.

Назначение имущества

Рассказывают также, что достославный глава школы теологии в Кайсарии, муж благочестивый и знающий, приглашенный учительствовать в этом новом заведении, был одним из именитых учеников Мудреца (Мевляны). Он передает, что однажды Мастер заметил, что непозволительно творить молитвы в мистическом собрании, когда Мастер все еще прибывает в «общении». А было то, что когда Мастер находился в этом состоянии, и ученики окунались в атмосферу «божественной» эманации, некоторые, оставя круг, начинали свершать молитвы, хотя слушанье Мевляной мистической музыки и его погруженность в мистическое состояние были равносильны творению молитвы или воздержанию в месяц мусульманского поста; посему Мевляна сказал также следующее: «… владея какой-то одной йотой от сияния Пророка Мухаммада, я говорю вам, что набожность – это не что иное как быть восхищенным Божественной любовью. Я погружен в атмосферу отрешенности от вещей материальных, чтобы само мое естество озарилось экстазом и радостью не от мира сего, чтобы ученики мои могли сопричаститься со мной этому сиянию, внимая мне и соприкасаясь со мной. Посему, когда вы находите подобного человека, считайте это за особый знак счастливого жребия и заставьте свое тело и душу сиять моей близостью, и воздайте благодарность за это со-прикасание».

К тому Мевляна добавил, что не следует вовлекаться в бесполезные разговоры о том, на какое поприще правильно вступать и какого происхождения имущество; затем что главное дело в том, на что это имущество тратится. «Итак, – говорил Мевляна, – если от него ощущение, что. оно в силках материальных интересов, и за ним не стоит никакой души, тогда – как бы законно такое имущество ни обреталось – оно "неправедное", низкопробное и презренное. Ешьте ваш хлеб так, чтобы хлеб не стал вашим господином; и, как сказал Пророк о Халифе Омаре по этому поводу: "Ешьте ваш хлеб подобно Омару: народ несет ему хлеб, и он несет народу служение"», и далее, в этой связи, Мевляна изрек следующие строфы:

Добрый кусок не меньше, чем самоцвет, дорог,

Когда снедаем во служение Богу.

А когда кусок наконец переварен,

Зловонию не давай выхода.

В мерзких делах -

Лучше замкни себе рот,

А ключ потеряй!

Чей кусок замешан на благочестии -

Добрый кусок тому достается добром.

Зрящее око

Рассказывают также, что некий Шамсуддин, ученый наставник, бывало, как уставится в лицо Мевляны во время мистических песнопений, так все время на него и смотрит, и когда