Ретро Бит. Акт 2 - Seva Soth

– Наплевательское отношение к организму приведет к тому, что вы не доживете до пятидесяти, – математик вроде как даже заботу проявил. На удивление близко к истине попал. Я ведь и не дожил с первой попытки. Но ничего, у меня новая игра плюс пошла, за другого персонажа, с повышенной сложностью, но и нефиговыми стартовыми бонусами.

Когда вышел за территорию школы, меня уже ожидала знакомая малолитражка трех веселых парикмахерш. Точнее, совсем не веселых. Елена на заднем сиденье и вовсе вся заплаканная, даже тушь потекла.

– Что случилось, кто обидел? – спросил как можно более уверенным тоном.

– Ох, Тобалито! – “старшая сестра” разрыдалась у меня на плече. – Звонил бесплатный адвокат. Сначала в контору дона Игнасио, а затем я дала ему наш номер. Мистер Дэвид Голдблум – он вообще никакой! Постоянно запинается, говорить нормально не умеет! Адвокаты из телешоу не такие! Гектора переводят в окружную тюрьму. И еще из службы опеки тоже набрали, в пятницу к нам придет инспектор по делам несовершеннолетних. Я боюсь, что тебя заберут и я останусь одна!

Ох, как же жалко ее. Молодая совсем, глупая.

– Да никто тебя одну не бросит! Какой раз уже говорю! – в раздражении выдала сидящая за рулем Глория.

– А ну прекратили истерику! – гаркнул я, постаравшись звучать по-взрослому. – Обе новости хорошие. В окружной тюрьме Гектору безопаснее и туда можно сходить к нему на свидание. Елена, позвони адвокату и узнай, когда приходить. А с проверкой – чем быстрее разделаемся, тем скорее прекратим нервничать. Мы же к ней готовы. Не хватает лишь брокколи в холодильнике и новой одежды.

Не уверен, что прав насчет безопасности в тюрьме, но дамам про то знать необязательно.

– Лучше порадуйтесь за меня – я участвую в конкурсе юных поэтов и если выиграю, получу грант в университет, – так себе способ переключить тему, но сработал.

– Ты пишешь стихи? – удивилась Трейси. – Ну-ка прочитай.

Я и прочел, точнее, напел. “Ночь” от Аурелио Вольтера, как раз ее сегодня вспоминал. “Ночь... она зовёт меня”. Быть Вольтеру неминуемо композитором для моих игр. Так и сочтемся.

– Вау! Кристобаль, ты такой крутой! Может быть, и на гитаре играть умеешь!? – воскликнула Трейси, – я-то думала, ты просто младший непоседливый братишка Гектора.

– Умею, но совсем немного и плохо, тебе не понравится, – так как наиграть я способен один лишь “Сектор Газа”, а ни “Пора домой”, ни “Колхозный панк” калифорнийские красотки не оценят.

– Трейси, пута гранде, ему всего шестнадцать, не смей! – вступилась на мою защиту Елена.

– Ой, да ладно, и пошутить нельзя уже! А стихи мне в самом деле понравились. Тебе надо собрать свою группу и выступать. Голос у тебя, как у рок-звезды, я понимаю. Уже… не помню точно, со сколькими музыкантами встречалась.

Голос у нас с Крисом самый обычный. Акцент разве что нетипичный, но на нем звездой сцены не стать. И, кажется, я начал жалеть Глорию, что существует в данном аду 24/7. То-то же у нее вечно мешки под глазами.

Итак, Зонко. Название магазина мне заранее ничего не говорило, но формат оказался знаком. Крупный дискаунтер вывешивает в одном большом помещении кучу одежды по привлекательным ценам – ходи, примеряй, выбирай. Иногда есть шансы найти приличную вещь дешево, а временами и вовсе почти за так, если она последняя или из старой коллекции. Качество – ниже среднего, но это если придираться.

Значимая часть вещей пошита на Тайване или в Южной Корее, реже встречаются Мексика и местные, со “Сделано в США” на ярлыке. И совсем-совсем ничего нет из Китая, пока что только идущего семимильными шагами по пути становления мировой фабрикой.

От фасонов и расцветок глаза разбегаются. Но выбрать нечего. Девушки, как настоящие сороки, принялись бросаться на всё цветное и яркое и тащить, тащить, тащить, чтобы я примерил. Терпеть не могу выбирать одежду! Думаю, многие мужчины меня поймут. Вот зачем мне ее столько? С обувью тоже самое – зачем забивать ей весь шкаф, когда одной пары приличных кроссовок хватает на несколько лет.

Может быть, я все же умер в питерской подворотне и попал в персональную преисподнюю. Где единственный брат в тюрьме, а я стал игрушкой его жены, не наигравшейся в детстве в куклы? Ощущения один-в-один как в середине девяностых, когда я был ребенком. Взрослые тащили меня на рынок и заставляли применять штаны за штанами, уверяя, что продавщице мои труселя ни капли не интересны и стесняться совершенно нечего. А полная, но обаятельная тетенька, торгующая джинсами, бегала к соседке за нужным размером, какой уж точно на меня подойдет и получится “жаних”. Внезапно теплые, несмотря на их расплывчатость, воспоминания.

Миллиард примерок и тысячу лет спустя, стойко выдержав все испытания и не проронив ни единой жалобы, я расстался с пятьюдесятью баксами, за которые получил: бежевые брюки в чоло-стиле, несколько клетчатых хлопковых рубашек, нормальные на вид белые кроссовки из натуральной кожи, замшевые туфли-мокасины, теплый и приятный на ощупь полосатый пуловер, легкую по российским метрам ветровку из непромокаемой ткани, пяток белых футболок и столько же трусов, большую упаковку носков. Запоздалый подарок на 23 февраля, да еще и купленный на мои же деньги.

Финансы начинали петь не просто романсы, а целые рок-баллады. Но вещи достались неплохие и выбранные с любовью. Спасибо тебе, теть Лен, мужа хорошего желать не буду, уже есть. Пожелаю, чтобы он из тюрьмы поскорее выбрался и домой вернулся.

– Глория, а сколько стоит такая машина, хочу себе купить, – поинтересовался я по пути – больше чтобы удерживать внимание подальше от грустных тем, чем из реального интереса. Денег все равно нет.

– Шестьсот долларов. Мы с девочками брали вскладчину, – рассказала водитель.

– Есть ржавый хлам за три сотни, но Гектор запретил даже смотреть в его сторону… Гектор… Гектор… – Елена снова начала шмыгать носом. Отчасти ее понимаю, жалко неплохого парня.

– А ну соберись, миссис Колон, – взял ее за плечи и встряхнул слегка. Помогло.

– Кристобаль, ты сейчас такой взрослый и серьезный, – ехидно заметила Трейси и облизала пухлые губки. Хороша, чертовка! С ее внешностью, помноженной на бесстыдство, на обложке мужского журнала самое место. Какая-нибудь мисс Октябрь. И нет, она ко мне не подкатывает, а собирается засмущать, подняв тем самым всем настроение, очевидно же. Обойдется.