Ретро Бит. Акт 2 - Seva Soth

И как только я доехал до прачечной, не закемарив прямо на велике? В заведении Ковальски меня ждал сюрприз – Фроггер. Жадный бобр не смог дотерпеть до официального открытия аркадного зала и втиснул лягушачий автомат в прачечной.

– Ненавижу эту игру! – поведала Мария, пытавшаяся перевести лягушку. – Она слишком сложная! Почему нельзя делать игры простыми, чтобы и нормальные люди имели шансы их проходить?

Мигель от кассы сказал ей что-то на испанском и ребята синхронно рассмеялись. Никакой ревности с моей стороны! Даже наоборот, пусть сходятся и живут долго и счастливо!

А ответ на озвученный девушкой вопрос в том, что контента в игру пока что вмещается самый мизер, так как память дорогая. И чтобы удерживать игроков, приходится задирать кривую сложности. Лишь СуперМарио, что выйдет через несколько лет, сломает тенденцию умещать весь контент в одном экране.

– Кристобаль, ты выглядишь так, будто не спал неделю, – заметила меня Машенька.

– Всего пару ночей. Простирните мне спортивную форму, пожалуйста. Я в бар.

Залез внутрь Галаги, измерил выходное напряжение на БП – 4 вольта. Мистер Феликс, вы настоящий “тыж”, а я так, ваш жалкий подражатель. Привет, сто долларов! Нашел винтик, отвечающий за регулировку, подкрутил, померил, еще подкрутил, пока не получил на мультиметре ровно 5. Включаю, громкий, но мелодичный писк – звуки восьмибитной музыки при включении игры.

– Адмирал Ковальски, сэр, докладывает энсин Колон из инженерного. Шесть из семи новых кораблей вашего флота в строю, – выдал вслух рапорт, не вылезая из автомата.

– Починил-таки, сынок, – я чуть головой о плату не стукнулся от неожиданности. Поляк, оказывается, ниндзя или умеет становиться невидимым, как Дракс Разрушитель.

– Да, сэр. Для ремонта седьмого нужна новая плата за пятьсот долларов. Ее я заказать не могу, так как нет денег на предоплату.

– Подождем с этим, я и так много денег в ремонт вложил. Еще не факт, что автомат отобьет затраты. Но ты молодец, Колон. Рад, что не ошибался в тебе.

– Сэр, мне нужна ваша помощь. Купите мне бутылку бурбона.

– Сынок, я знаю, что тебе нелегко, пришлось. Брат арестован, перспектива оказаться в приемной семье. Но пьянство – это…

Хороший ты мужик, бобр Ковальски. Но не угадал.

– Мне не для того, чтобы пить, это в оплату за услуги одного полезного пьяницы. Я могу вам хоть на библии поклясться, что не сделаю ни глотка из той бутылки.

Поляки – католики, как и латиноамериканцы, клятва на святом питании для них что-то да значит. Хотя, если честно, и не планировал обманывать. Я не трезвенник и в конвульсиях от капли C2H5OH не бьюсь, скорее, равнодушен к алкоголю и не нахожу в нем удовольствия.

– Хорошо, пацан. Я тебе поверю, но если узнаю, что обманул, а Джон Ковальски всегда узнаёт, разочаруюсь в тебе… и стану платить меньше.

– Не уволите, сэр?

– И где ещё я найду дешевого механика аркадных автоматов? Наведи тут порядок. Расставь игры… как их положено ставить, протяни к каждому ящику провода, вынеси мусор и получишь свой бурбон. Но не сегодня, спешить некуда, лицензия на зал оформляется долго. А сегодня свободен, тебе нужно выспаться.

– Спасибо, сэр, – я чуть не выразил ему благодарность от лица командования Звездного Флота, но даже слегка затуманенным сознанием сообразил, что бобр не в теме Звездного Пути и как бы не заподозрил меня в том, что уже под мухой или чего похуже. Смолчал.

Сотня баксов! Космические деньги для подростка. Жалкие гроши для мужчины, какому надо обеспечивать семью. Заехал в супермаркет и нагрузился в очередной раз борщевым набором овощей, потратив десятку. Хочу, блин, машину! Набитый продуктами рюкзак уже стал слишком тяжелым. Но к пятничному визиту из службы опеки стоит подготовиться, не Елене же ответственную миссию доверять.

Выгрузив покупки в холодильник, понял, что сил не осталось. А потому взял Дюке, чтобы побегал, и пошел гонять с пацанами в футбол. Играл плохо, постоянно тупил, но не заснул и то уже хорошо.

Заработанные деньги спрятал в системнике – устроил тайник за платой бывшего телевизора, какую поленился демонтировать.

Ночь, она… нет. Едва дотерпев до ужина, забрался на верхнюю полку и вырубился до звонка будильника. Во сне Мисс Июль громила меня в шахматы с лёгкостью гроссмейстера, обещая снять купальник, если выиграю. Без шансов!

Сон не сон, но идея шикарная. В девяностых мы играли с компьютером в порношашки. Обыгрываешь алгоритм – и девушка снимает с себя вещь, вплоть до полного разоблачения. Шашки закодить несложно, но проблема, внезапно для современного человека, в картинках с раздетыми девушками. Не в каких-то моральных нормах, забери их Слаанеш. У убогих компов начала восьмидесятых попросту нет столько памяти, чтобы держать порнографию высокого разрешения.

Всю дорогу до школы я думал о том, как порадовать молодое поколение шашистов нарисованными чичис. Ну и стрип-покер заодно на том же движке стоит запилить. Алгоритмы сжатия мне в помощь? Я, признаться, не настолько хорош, чтобы помнить наизусть детали реализации того же джипега. Но пусть им умные люди в очках и лысинах занимаются. Всё равно процессор в один мегагерц ни сжатие, ни распаковку в приличном качестве не осилит. Что потяну, пожалуй, так перевод картинок в векторный формат. Изначально рисовать арты на черном фоне линиями, легко кодирующимися через “нарисуй линию от сих до сих”. И, пожалуй, алгоритм, упаковывающий в вектор любую картинку.

Есть смутное чувство, что изобретаю даже не велосипед, а колесо, что всё уже придумано до нас. Но и пофиг. Меня от самого процесса создания алгоритма штырит так, что никакой алкоголь не нужен. Отрешаюсь от всего.

И как удачно, что совсем недавно я видел в журнале статью о создании самодельного графического сканера. Найти бы еще талантливого художника, способного создать из одних простых по форме линий соблазнительную прелестницу. Оригинальный Крис рисовал в тетрадке отличные груди, но я его талантами не наделен. Может быть, кто-то из парикмахерш втайне рисует? Линда? Мария? Да что я гадаю? В политехнической школе наверняка существует класс искусств, где обучают рисованию.

– Мистер Колон, задержитесь на минуту, пожалуйста, – попросила миссис Уайт после английского и аккуратно поправила свои большие очки.

– Да, мэм?

– Кристобаль... я прочитала то, что вы мне вчера оставили. Просто поразительно! Рада, что не ошиблась в оценке таланта. “Ночь... она зовёт меня”.