Танец желаний. Дракон в подарок - Ирина Алексеева

ментального барьера ничего мне не дало. Дракон прожигал меня таким яростным взглядом, что было откровенно не по себе. Глядя на него в ответ, я медленно покачала головой. Не надо вмешиваться в мои дела. Не надо помогать. И он, казалось бы, понял. Но точно не смирился. Меньше всего мне было нужно, чтобы в академии обо мне поползли слухи. Я не хотела, чтобы айс Рейнард вдруг вмешался и встал на мою защиту, но не знала, как его убедить остаться в стороне.

Одновременно с испытанием закончилась и метель. Небо над куполом прояснилось, и я некоторое время просто всматривалась в глубокую синеву, что раскинулась над Солнечной Долиной. Внутренности стянулись в тугой узел, и я сама не могла определить, из-за чего переживала сильнее. Мне не страшно было проиграть дуэль. Это не позор – уступить более сильному противнику. Победа Эштона даже могла выйти ему боком, потому что до недавнего времени я считалась бездарностью. А много ли чести размазать по полигону заведомо более слабого противника?

Однако после испытания многое изменилось. Я показала, что в состоянии за себя постоять, и свидетелей, желающих посмотреть представление, собралось немало. Почти все трибуны заполнились адептами, невесть как узнавшими новости.

Дуэли не были запрещены в академии. Наоборот, в какой-то мере они поощрялись. Лесс Элланд иногда на своих занятиях с ностальгией вспоминал времена собственной учебы и говорил, что с тех пор почти ничего не изменилось.

Вопреки ожиданиям, декан Рейнард покинул полигон сразу после оглашения результатов испытания. Адепты, с которыми нам предстояло попрощаться, пошли в администрацию заполнять бумаги на свой перевод. Или на отчисление. Не все готовы были просто взять и перевестись на факультет бытовой магии после того, как уже видели себя боевиками.

Перед дуэлью Эштон благородно дал мне время на подготовку, и я скрылась в раздевалке, чтобы привести мысли в порядок. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Кажется, я догадалась, почему Дракон никак не вмешался в то, что должно было произойти. У него была целая ночь на то, чтобы обо всем хорошенько подумать. Скорее всего, он уже пожалел об опрометчиво данном мне обещании. Жестокая судьба связала его со злейшим врагом его расы – темной эльфийкой. Инстинкт приказывал айсу Рейнарду беречь мою жизнь. Но некоторые вещи были сильнее инстинктов. Например, эмоции и принципы. Вероятно, Дракон ненавидел меня так сильно, что все же сделал свой выбор не в мою пользу. Ему проще было дать мне погибнуть и просто дождаться возвращения своего зверя, чем провести остаток жизни с той, кого всем сердцем ненавидел.

– Волнуешься? – Эми вола в раздевалку и остановилась рядом со мной. Я сидела прямо на полу, прислонившись спиной к своему шкафчику и глядя в одну точку. Очевидно, весь мой вид кричал о том, что со мной не все было в порядке.

– Нет, – качнула головой я. То, что я чувствовала, сложно было назвать волнением. Скорее разочарованием. Впервые в жизни у меня появился кто-то, кто готов был за меня сражаться. Родители не в счет. Для них я была всего лишь обузой, слабо одаренной дочерью, которую даже замуж выгодно не спихнуть.

– Тебе надо было взять с собой Тревора, – с серьезным видом заявила Эми. – Он бы точно принес тебе удачу.

– Может, стоило еще надеть счастливые туфли от Лавиньяка? – ехидно спросила я, но подруга не расслышала сарказм в моем вопросе.

– Конечно. Странно, почему ты не в них.

Я представила себе лицо Эштона, если бы вышла на полигон в ядовито зеленых лодочках и с сумеречной фиалкой наперевес. Возможно, это действительно принесло бы мне победу, если бы эльф надорвал живот от смеха.

– Я будущий боевой маг, – посмотрев на Эми, напомнила я. Скорее себе, чем ей. – Но даже подумать не могу, чтобы мне пришлось с кем-то драться. Это моя первая дуэль. Я боюсь, что когда придет время нанести удар, я просто не смогу. Рука не поднимется. Эштон Гор не тренировочный манекен. Он живой и…

– И у него ничего не дрогнет, – криво усмехнулась Эми, внезапно показавшись мне старше и мудрее. – Поэтому лучше ты его, чем он тебя. Не жалей. Не сомневайся. Я не знаю, как это произошло, но задета его гордость, поэтому он не отступит. Тебе придется сражаться в полную силу.

А силы этой у меня хоть отбавляй.

– Катар! – дверь в раздевалку распахнулась, и в проеме показалось голова одного из старшекурсников. – Твой выход.

Глава 12

Глава 12

Селия Катар

На поле я вышла гораздо более спокойная и собранная, чем была до этого. Некстати вспомнилось, что это не Эштон вызвал меня на дуэль, а я его. Он всего лишь согласился, хотя прекрасно понимал, что я была под воздействием вериты. В моих силах было отменить этот фарс, но я не сомневалась, что это будет расценено как проявление слабости. Поэтому все, что мне оставалось, это стараться удержать лицо и доказать, что у темных эльфов тоже есть понятие о чести, несмотря на распространенное мнение.

– А вот и ты, – Эштон Гор стоял в самом центре полигона, одетый в простую белую рубашку и штаны. Его золотистые волосы были заплетены в аккуратную косу. Он выглядел как никогда безупречно, в отличие от меня. Не то чтобы у меня были какие-то проблемы с гардеробом, но я предпочитала носить удобную и лаконичную форму академии. Вот и на дуэль явилась в тренировочном костюме, состоящем из простой туники без рукавов и коротких обтягивающих штанов.

Эльф окинул меня заинтересованным взглядом, и мне почему-то припомнилась наша совместная тренировка. Аромат его разгоряченного тела, темный блеск в красивых глазах. Я с трудом сглотнула образовавшийся в горле комок.

– Послушай, – я подошла ближе. – Возможно, вызвать тебя на тренировочную арену было очень опрометчиво с моей стороны.

Я протяжно выдохнула. Попытка уладить дело миром далось мне непросто. Сердце колотилось в груди, ладошки намокли.

Но Эштон лишь кривил губы в язвительной усмешке. Ответ был очевиден еще до того, как он начал говорить.

– Ты могла бы потанцевать со мной, Катар, – тихо сказал эльф. – Но ты упустила и этот шанс тоже. Все свои шансы.

Как будто они у меня вообще были.

– Что ж, – я отошла от противника на положенные десять шагов и призвала магию. На трибуны даже смотреть было страшно. Я чувствовала, что декан