Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка - Салма Кальк

И каким-то образом понимаю, что дала верный ответ. Его усмешка становится чуть мягче.

— Хорошо, слушайте, — кивнул он. — Итак, госпожа де ла Шуэтт, вы определённо маг. Это хорошо, потому что быть магом почётно и нередко приятно, но это и тяжело, потому что магическая сила накладывает на носителя определённые обязательства. Господь решил, что мне для чего-то нужно видеть детали и оттенки магической ауры человека, и у вас я вижу несомненную стихийную силу, о деталях поговорим позднее, сколько-то бытовых воздействий, и задатки отменного менталиста. И есть ещё одна странная деталь, я должен её осмыслить, пока не могу сформулировать точно. Но вы несомненно богаты, осталось только сделать так, чтобы от того богатства вы получили пользу, а не вред.

— Мне приятно этот слышать, но как-то так выходит, что на меня то и дело обрушивается какое-то богатство, и отчего-то всегда с обременением, — усмехнулась я.

— С чем, с чем? — сощурился он.

— С какими-то дополнительными условиями. Скажем, завещание моего супруга неоднозначно, — полагаю, о том завещании уже весь город говорит, это просто я не выхожу из дома и никого не знаю, вот и сижу в информационной изоляции. — И в случае с магией вроде бы тоже какой-то профит, только его не вдруг получишь.

— Не просто «не вдруг получишь», а можно вовсе не получить, — сурово сказал граф. — И более того, навредить всем окружающим. Если ваша сила вдруг прорвётся наружу и некому будет её блокировать — живых ведь не останется, вы понимаете?

— Могу вообразить, но не очень верю. Откуда она полезет, скажите, к чему я должна быть готовой?

— К тому, что не сможете совладать со своим телом. А ваше тело — проводник магической силы в мир; если оно уже ощутило нужные колебания сфер и услыхало звучание нужных струн, этот процесс не остановить. Что вы знаете о магии? — И смотрит строго, как преподаватель.

Хорошо, я села поудобнее и начала.

— Магия это… что-то сверхъестественное. Особые способности. Тот, кто владеет ими, может больше, чем обычный человек. Ну там платье погладить руками, волосы высушить. И наверное, что-то ещё, чего я пока не видела. Наверное, такому человеку повезло и он должен с вниманием отнестись к ситуации, чтобы не растратить то везение попусту?

Граф Ренар вздохнул.

— Изумительное сочетание глупостей, бытующих в среде простецов, с некоторыми упорядоченными представлениями о сущем. Понимаете, госпожа де ла Шуэтт, высушить волосы — это малость, доступная даже тем магам, кому достались крохи силы. Настоящая магия — она вовсе о другом.

— О чём же? — живо отреагировала я.

— Магическая сила есть сила природы, она существует в мире изначально, и есть небольшое количество людей, кому господом была дарована способность ощущать и преобразовывать эту силу. Величина и глубина этой способности своя у каждого одарённого человека, и даже если оба родителя маги в нескольких поколениях, никто не сможет поручиться, что дети родятся магами. Что вы помните о родителях, госпожа де ла Шуэтт? Кто из них был магом?

— Почти ничего, — качаю головой.

Я знаю о родителях Викторьенн только то, что услышала от Терезы — они были уже в годах, вероятно, Викторьенн — поздний ребёнок, и как только ей исполнилось шесть, беднягу отдали воспитываться в монастырь святой Урсулы, где она и прожила до шестнадцати. И к тому моменту их обоих уже не было в живых. Викторьенн как единственный ребёнок унаследовала небольшое владение — надо почитать бумаги, что там, а после и съездить, глянуть своими глазами.

Я излагаю известные мне факты графу, он слушает внимательно, кивает.

— И конечно, ребёнку в шесть лет никто не рассказывает о магических силах, особенно если они никак себя к тому моменту не проявили, — говорит он. — И монастырь тоже не тот, где рассказали бы о магии.

— А что, могут проявиться и в шесть лет? И нет, в монастыре магов не было, — качаю головой.

Если бы были, Тереза бы рассказала, наверное?

— Могут и с рождения, — говорит граф. — И если не проявились к шести годам, надо думать, ваши родители сочли, что уже и не проявят себя никак. Скажите, госпожа де ла Шуэтт, каков ваш характер? Страдали ли вы в детстве от излишней живости того самого характера или же нет?

Я-то очень даже страдала, меня, помню, в школе долго приучали сидеть на уроке смирно и не болтать, а мне было скучно — читать я научилась лет в пять, и пока одноклассники читали по слогам, я не знала, куда себя деть. А Викторьенн?

— Тереза говорит, я была тихоней, — пожимаю плечами. — Никуда не лезла, не встревала ни в какие шалости.

Только ночью куда-то там лазала, ну должен же ребёнок что-то такое делать, правда?

— Если вы были ребёнком тихим, спокойным и не доставляющим забот воспитателям, очень может быть, что силы ваши спали, — соглашается граф. — Но… хоть и говорят, что сила может пробудиться в человеке вплоть до двадцати пяти лет, всё же обычно это происходит в детстве. История знает случаи позднего пробуждения и мощных способностей впоследствии, но случаи эти редки. Скажем, почти двести лет назад у дочери графа де Безье, могучего мага-стихийника, способности пробудились только в восемнадцать лет, после того как она едва не отдала богу душу. И после эта дама весьма быстро развила свои исходные задатки, и Франкия получила отменного боевого мага, а после и отличного преподавателя Академии — герцогиню Анжелику де Саваж. Поэтому меня не удивляет сам факт пробуждения ваших способностей. Однако же обычно способности проявляются скачкообразно — в любом возрасте, и чем старше носитель силы, тем мощнее выброс, и тем сильнее откат после того выброса. Но я так понимаю, что ни вы, ни ваши близкие пока не столкнулись ни с выбросом, ни с последующим неминуемым откатом. На всякий случай предупреждаю: если вдруг вам захочется залить всё вокруг водой, устроить трясение земли, или, не дай господь, кого-то сжечь — немедленно посылайте за мной. Это может оказаться опасным для всех, а сдержать свою силу вы пока не умеете. И магов в вашем доме нет, кроме Валерана. Пускай он всё время будет где-то поблизости от вас, потому что вы сейчас — как бочка с порохом.

— Почему? — Нет, я не понимаю и не верю.

— Вижу, не верите. Лучше поверьте. Просто поверьте и выполняйте это предписание. Если, конечно, вам дорог этот дом и все те люди, которые населяют его.

Я смотрела на графа — и в самом деле не верила.

А он отлично это понял каким-то