Японское Аненербе. Оккультизм и супероружие на службе империи - Юми Мацутои

Однако было очевидно, что сочетание науки и оккультизма открыло двери для новых возможностей. Время от времени мы получали эффекты, которые невозможно было объяснить с научной точки зрения, и иногда погода действительно поддавалась нашему воздействию. Тем не менее, эти попытки оставляли за собой множество разрушений и жертв среди подопытных, а результаты были нестабильны и трудно прогнозируемы.

В марте 1945 года мне велели немедленно собираться и возвращаться в Японию. Мы, группа исследователей, вместе с приборами и важными документами покинули Маньчжурию. Вместе с нами поехали и подопытные, большинство из которых были корейскими пленными, используемыми для экспериментов. Многие из них, как и мы, не знали, что ждет их впереди, но их судьба была уже решена.

Этот спешный переезд был вызван не только ухудшающейся военной ситуацией, но и необходимостью скрыть результаты нашей работы от внешнего мира. В Японии уже вовсю шли бомбардировки, и мы знали, что дальнейшие исследования должны были проводиться в условиях большей секретности и подальше от глаз посторонних.

Мы переживали волнение по поводу того, что нам предстоит встретить в Японии, поскольку не все исследования были завершены, а многие из экспериментов были слишком опасными. Однако в то же время были опасения и относительно состояния самих исследований. Прямо перед отъездом мы осознали, что в случае полномасштабной потери, если бы все наши усилия были уничтожены, наша работа могла бы быть навсегда утеряна.

Так, наши работы, в том числе с погодными аномалиями и управлением природными катастрофами, остаются на грани забвения, хотя мы точно знали, что наш опыт был важным и необходимым для более глобальных планов. Все эти знания, приборы и документы стали ценным грузом, который мы должны были доставить в Японию, чтобы продолжить исследования в условиях все большего контроля и скрытности.

К лету 1945 года мы полностью эвакуировались в Японию. Мы надеялись, что наши исследования смогут продолжиться в новых условиях. Для этого были построены две секретные лаборатории: одна в горах Хоккайдо, другая – в горах Хонсю. Эти места были выбраны не только из-за удаленности, но и из-за их естественного изоляционизма, что обеспечивало высокий уровень безопасности и секретности.

Однако, несмотря на наши планы, нам не удалось возобновить работу. К тому времени ситуация в Японии становилась все более напряженной. Страна оказалась в самом центре разрушительного хода событий Второй мировой войны. Бомбардировки, внутренние проблемы и быстрое приближение конца войны означали, что вся наша работа оказалась на грани уничтожения.

Сиро Исии – глава Отряда 731

Бомбы, падавшие на японские города, приближали конец нашей программы. Исследования, которые мы с таким усердием развивали в Маньчжурии, оказались под угрозой полного исчезновения, как и все материалы и оборудование, которые мы успели привезти с собой.

Итак, несмотря на построенные лаборатории, мы не успели завершить то, что начали в полном объеме.

В то же время проект Сюсуй, позже ставший известным как Z-Project, достиг стадии, на которой он мог бы предоставить разрушительное оружие, но японское правительство по какой-то причине решило не использовать его в конце войны. Идеи, стоявшие за проектом, могли действительно стать последним шагом в эскалации конфликта, но правительство, возможно, боялось последствий применения такого оружия.

Есть несколько возможных объяснений этого решения.

Во-первых, возможно, японское руководство начало осознавать масштабы того, что было создано, и опасалось, что применение супероружия вызовет последствия, которые выйдут за пределы их контроля, не только на поле боя, но и для самой Японии.

Во-вторых, неудавшийся военный переворот, произошедший в ночь с 14 на 15 августа 1945 года, мог окончательно ослабить решимость правительства продолжать военные действия. Этот переворот, а также быстрое наступление войск США и давление, оказываемое на Японию, вероятно, сыграли ключевую роль в прекращении любого военного противостояния.

Так или иначе, несмотря на то, что супероружие могло быть применено на поле боя, решение не применять его стало поворотным моментом. Все основные исследования и разработки, связанные с проектом Сюсуй, были фактически завершены, но с окончанием войны они были скрыты и забыты, оставшись лишь в темных уголках истории.

Кэндзи Такасуги. Плазменное оружие Микадо

В межвоенный период Япония переживала настоящий технологический бум, связанный с радиотехникой и исследованиями в области электричества. В 1925 году в стране появилось первое радио (ラジオ放送, rajio hōsō), и буквально за несколько лет оно превратилось в общенациональное увлечение. Радиолюбители собирали самодельные приемники, а электротехнические клубы и научные общества росли как грибы после дождя.

Этот интерес подпитывался и научными кругами. В 1927 году профессор Токийского университета Таникава Ёсиро (谷川義郎) опубликовал статью «Электрическая природа молнии и ее возможное применение» (雷電の性質と応用可能性, Raiden no seishitsu to ōyō kanōsei), в которой утверждал, что искусственная молния может стать оружием будущего.

Вдохновленные работами Николы Теслы, японские ученые начали искать способы генерации и управления электрическими разрядами. Уже в 1931 году в Киотском университете проводились эксперименты по созданию высокочастотных разрядов в газовой среде. В 1934 году в Осаке появился закрытый исследовательский центр под руководством доктора Накадзавы Хидэтака (中沢秀高), занимавшийся «феноменами сверхвысокого напряжения» (超高電圧現象, Chōkō den’atsu genshō).

В это же время в популярной прессе начала распространяться идея, что электричество может быть использовано не только для связи, но и в военных целях. В журнале «Нихон Гэндзайкагаку» (日本現在科学, «Современная наука Японии»), выпуск за 1935 год, обсуждалась гипотеза, что мощный электрический импульс способен выводить из строя технику противника.

Одним из энтузиастов этой идеи был Кобаяси Такэдзи (小林武二), инженер из Нагойского университета. В своей книге «Электромагнитная революция будущего» (未来の電磁革命, Mirai no denji kakumei, 1936) он писал:

«Мы стоим на пороге новой эры, где электрический разряд сможет сжигать города, уничтожать самолеты и подводные лодки. Если мы научимся направлять силу молнии, никакая армия не сможет противостоять Японии».

Есть неподтвержденные сведения, что японские военные интересовались этими теориями. В архивных записях Императорского военного министерства (大本営陸軍部, Daihon’ei Rikugunbu) за 1937 год упоминаются «эксперименты с воздушной