Рассветы новой Земли 3. Последний рубеж - Инна Ласточка (Ness Quik)

— Что? — у Нины пересохло в горле.

— Ах, опять! — женщина всплеснула руками и переступила порог спальни. Нина смотрела на неё во все глаза. Мимические морщины выдавали возраст, но всё ещё не могли подсказать, кто это, только сердце нещадно билось в грудь и не давало ответа.

— Что опять? — испугалась Нина.

— Эти сны, — улыбнулась женщина, обняла её за плечи и повела через коридор в маленькую кухню, где и усадила за стол. Всё здесь дышало чистотой, уютом и любовью, какой Нина не чувствовала очень давно. Сердце болезненно сжалось… со смерти Джона Фармера. Нина украдкой провела по краю стола, но заподозрить эту реальность в нереальности было нельзя, ничто не давало подсказок и ничто не опровергало мысль, что всё это по-настоящему.

— Какие сны? Где я? — Нина смотрела, как женщина легко и беззаботно ставит на стол блюдца, насыпает в вазочку свежие ягоды, открывает сметану, выкладывает сырники и заваривает кофе, посыпая его корицей ровно в тех пропорциях, в которых любила Нина.

Женщина вздохнула и села рядом.

— Тебе снится, будто Земля погибла, человечество пытается выжить в космосе, а всё сосредоточено на тебе и каком-то мужчине, которого ты ненавидишь. Ты могла бы написать прекрасный фантастический роман, и я не против, если бы отец не хотел сначала, чтобы ты получила диплом.

— Диплом… — перед взглядом Нины проплыли чьи-то портреты, на одном из которых была и сидящая перед ней женщина, но она почему-то не смогла вспомнить, где именно видела эту вереницу портретов. И что это за женщина.

— Ешь, я тебе всё позже расскажу. Как раз, пока отец своим садом занимается, а потом пойдём на пляж, погода замечательная.

Нина потянулась за чашкой с кофе и тут же отдёрнула руку, вскинув взгляд на женщину.

— Это Земля?

— Да, доченька… — женщина отвернулась и прошептала, будто говорила сама с собой. — За что нам это? Почему именно ты? — она смахнула слёзы с ресниц и снова улыбнулась. — Ешь. Ты скоро всё вспомнишь. Земля никогда не погибала, мы никогда не выходили так далеко в космос, как ты рассказывала, и технологий, о которых ты рассказываешь, тоже нет, как и межгалактической конфедерации. И никогда не было. Ты выросла здесь, в нашем городке у моря. Отучилась в школе, потом поступила в университет, отец занимается садом и продаёт цветы, я вот шью и занимаюсь музыкой… — она сцепила руки на коленях и склонила голову. — Беда с этими твоими снами. Каждый раз всё заново. А я так переживаю, так боюсь, что эти иллюзии станут сильнее реальности. У тебя впереди целая жизнь, не понимаю, что могло случиться. Что так сильно мучает тебя такими странными метафорами…

Нина ничего не ответила, просто встала из-за стола, прихватив чашку с кофе и горсть ягод, подошла к окну, коснулась тыльной стороной ладони деревянной рамы, затем белой тюли, которая висела и тут, и втянула носом воздух. Волшебный мир, чудесный мир, который не может быть правдой. Это просто невозможно. Нина прикрыла глаза, пытаясь вызвать в воспоминаниях лицо Антона. Но не смогла. Глубоко в сердце залегло смутное беспокойство, только прекрасные ощущения этого места оказались сильнее, будто бы каждая её мысль, каждая её проверка этой реальности на подлинность лишь усиливала всё хорошее, яркое и светлое, что её окружало в этот момент. Беспокойство сменилось лёгким сомнением, а после и вовсе исчезло, утонув в аромате цветов и запахе самого вкусного кофе в жизни Нины. Она сделала глоток, закинула в рот пару ягод и улыбнулась, заметив рыжую голову мужчины в кустах у невысокого деревянного заборчика. По небу плыли облака, пели птицы, солнечные лучи косо ложились на траву и отражались на камнях — как хорошо было ни о чём не переживать, ни о чём не тревожиться. Как хорошо было знать, что жизнь может быть такой необыкновенной, безопасной и счастливой.

— Состояние стабильно, скоро можно выписывать, пусть поспит, — тихий голос почти сливался с пикающим устройством где-то над ухом, пахло лекарствами и стиральным порошком. Тело затекло, на внутренней стороне правого локтя что-то кололо. Катетер?

Антон заставил себя приоткрыть глаза и обнаружил, что лежит на больничной койке. Палата была похожа на палату медицинского сектора на «Авроре», но явно ей не являлась — у этой были квадратные окна с деревянными рамами, сквозь стекло пробивался белый свет, источника которого Антон не видел, длинные тонкие лучи пронизывали помещение, подсвечивая пыль, летавшую в воздухе.

— Где я? — Антон резко приподнялся и тут же ощутил мягкое, но уверенное прикосновение к груди. Кто-то аккуратно опустил его назад.

— Оп-па, тих-тих, без резких движений, сынок, — над ним склонилось лицо сурового офицера в форме, опознавательные знаки на его погонах не использовались уже лет двести, и всё же без сомнения были настоящими. Синяя плетённая ткань, распахнутые крылья из серебра, три большие звезды и две золотых полосы. — Костюм вот тебе принёс, Антон Палыч, — усмехнулся офицер и похлопал по чему-то рядом. Антон с трудом повернул голову. На стуле лежала такая же синяя форма, а поверх неё погоны с крыльями, полосками и одной большой звездой. — Да ты не удивляйся, — тепло произнёс офицер, — большое дело ведь сделал. Майора дали. Теперь полетишь в увольнение, к семье, у тебя там море как раз рядом. Отдохнёшь. Потом дальше работать будем.

— К семье? — Антон ничего не понимал, не знал, где находится, и что за человек говорит с ним. — У меня нет семьи…

Офицер изменился в лице, но тут ему на помощь подоспел другой, в белом халате — высокий, худой, но тем не менее тоже скрывающий под верхней одеждой военную форму.

— Я же сказал, после пробуждения может быть лёгкая амнезия. Оставьте его, потом поговорите.

— Ладно, — офицер по-дружески сжал плечо Антона. — Увидимся ещё перед твоим отъездом, выздоравливай.

Маленький кораблик Юмаради пронёсся совсем рядом с яркой вспышкой, из которой появился крейсер, выданный Гидеону и До Хань Линю ригелианцами. Система «Новой Земли» отследила кораблик, сработала защита, и торпеда, стремительно покинувшая место своего пребывания, в мгновение ока разнесла кораблик в щепки. Взрывная волна ударилась в щиты ригелианского крейсера и зацепила щиты крейсеров, выходящих из экзо-пространства — операция спасения «Новой Земли» началась.

Вокруг КРИ творился настоящий хаос: её оборонную систему методично сбивали маленькие истребители, несколько крейсеров вели