Укротитель Драконов V - Ярослав Мечников

[Проходимость канала: 62 %]

[ВНИМАНИЕ: КАНАЛ ОТКРЫТ В ОБЕ СТОРОНЫ]

[Тренировка метода: АКТИВНА]

[Рекомендация: стабилизировать дыхательный ритм]

[Удерживать образ приёмника]

Сухарь.

Я собрал его внутри целиком: худое тело, восстановленное крыло, радость первого полёта, снег на морде. Вспомнил, как он чихал после того, как зарылся носом в сугроб, и как копировал рык Шаэ-Рааха. Нить отозвалась.

[Резонанс пустоты: 12 % → 17 %]

[Деградация контура: ЗАМЕДЛЕНА]

Дышать становилось труднее. На вдохе воздух доходил лишь до середины груди, а дальше встречал холодную преграду. Я продолжал. Вдох. Задержка.

Я здесь.

Выдох.

Пелена клубилась уже внутри меня. В ней двигались тени, сперва похожие на сгустки дыма. Одна пронеслась вдоль рёбер и исчезла возле сердца. Следом прошла другая. Потом ещё одна, гораздо дальше, словно внутреннее пространство внезапно стало огромным.

Я держал Сухаря.

[Резонанс пустоты: 21 % → 28 %]

[Состояние приёмника: СТАБИЛИЗАЦИЯ]

И тогда кто-то повернул голову.

Голоса не было. Морок тоже не пришёл. Просто очень далеко существовало нечто, занятое своим движением или сном, и на одно короткое мгновение оно словно почувствовало открытый канал. Расстояние там ничего не значило. Это напоминало Тэр-Ашт, хотя белого света рядом не оказалось. Здесь лежало серое поле, глубокое и протянувшееся сквозь горы. Чужое внимание нашло меня сразу.

[ВНИМАНИЕ]

[ОБНАРУЖЕНО СТОРОННЕЕ ВНИМАНИЕ]

[КЛАССИФИКАЦИЯ: НЕОПОЗНАНО]

[НАПРАВЛЕНИЕ: НЕ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ]

Сердце окаменело. Ужас пришёл волной, холодной и такой сильной, что я перестал чувствовать ноги. Чужой взгляд задержался. Он словно видел меня изнутри канала, вместе со всеми тремя нитями и тем сквозняком, который нашла Пряха.

Я здесь.

Фраза рассыпалась.

Я попытался вдохнуть и не смог. Пальцы сами разжались. Левая рука соскользнула с морды Шаата, правая сорвалась с Сухаря, и мир перевернулся.

Щекой я ударился в снег.

Некоторое время вокруг оставалась фиолетовая тьма. Она пульсировала в такт сердцу, потом сквозь неё пробился холод под лицом. Я услышал шаги и тяжёлое дыхание драконов. Кто-то взял меня под мышки, приподнял и усадил.

— Спиной к каменному, — сказала Пряха. — Сиди с ним. Он тебя соберёт.

За лопатками оказалась горячая грудь Кар-Роха. Нить каменного встретила меня плотным теплом. Я откинул голову ему на чешую и несколько раз вдохнул. Воздух снова прошёл глубже. Сердце колотилось, а обруч понемногу отпускал.

Пряха сидела передо мной на корточках. Лицо сохраняло обычное спокойствие, только губы были сжаты чуть плотнее.

— Хорошо, — сказала она. — Ты смог.

Я медленно повернул голову к кладке.

Сухарь стоял.

Лапы ещё дрожали, зато он держал голову поднятой и хлопал крыльями, разбрасывая снег. Лиловый отсвет собрался в глазах яркой точкой. Подросток оглядел Шаата, Кар-Роха, замер на грозовом и радостно пискнул, словно вернулся после долгого пути и обнаружил, что все остались на месте.

Потом увидел меня.

[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Теневой — Подросток]

[Резонанс пустоты: 41 % — ВЫШЕ ПОДДЕРЖИВАЮЩЕГО ПОРОГА]

[Деградация контура: ОСТАНОВЛЕНА]

[Ориентация: ВОССТАНОВЛЕНА]

[Распознавание связанных существ: ВОССТАНОВЛЕНО]

[Следующий необходимый насыщенный контакт: 26–34 часа]

[Искра Связи: 30 % → 37 %]

[Примечание: канал укреплён критической нагрузкой]

Сухарь бросился ко мне. Кар-Рох успел чуть отвести лапу, и подросток сунул холодный нос мне за воротник, ткнулся в шею, заскулил, потом полез мордой к лицу. Теперь он явно скулил от радости, а не от боли. Нить под рёбрами вспыхнула тёплым узнаваемым пятном.

— Сухарь, малыш, — выговорил я сипло. — Ну куда ты лезешь? Я здесь. Всё, всё.

Он лизнул меня в губы.

— Язык горький, — сообщил я и засмеялся.

Смех сразу оборвался кашлем. Грудь пронзило, я согнулся, уперевшись ладонью в снег. Сухарь отскочил на полшага и тревожно застрекотал. Кар-Рох загудел за спиной.

— Нормально, — выдохнул я. — Просто твой завтрак мне поперёк горла встал.

СКазал я не глядя на Пряху. Кашель отступил. Я попытался подняться, и Молчун оказался рядом — подхватил меня за локоть, помог выпрямиться, затем замер. Его взгляд опустился к моей руке. Он схватил меня за запястье и завернул рукав.

Под кожей от кисти к локтю тянулись тонкие серые жилы. Они ветвились вокруг обычных сосудов, будто кто-то рисовал углём с внутренней стороны. В первые мгновения линии едва заметно пульсировали. Потом движение стихло, а цвет остался.

Молчун показал пальцем на мою шею, за ухо. Я потрогал кожу. Там тоже проходила тонкая холодная нить. Ещё одна пряталась под воротом возле ключицы.

Система вывела итог.

[АШШ-НАРРА: ПРАКТИЧЕСКОЕ ОСВОЕНИЕ — 10 %]

[ОПЕРАТОР]

[Оседание резонанса пустоты: 3 % — НЕОБРАТИМО]

[Внешние проявления: пигментация сосудистого рисунка]

[Локализация: предплечья / шея / верхняя часть грудной клетки]

[При достижении 20 %: изменения затронут дыхание и зрение]

[Рекомендованный интервал до повторного переноса: НЕ МЕНЕЕ 48 ЧАСОВ]

Я поднял глаза на Пряху.

— Значит, это уже не уйдёт?

— Останется, — ответила она. — След того, что ты сделал для малого.

Пряха подошла ближе. На этот раз в её лице исчезла привычная насмешка. Она посмотрела на Сухаря, который снова прижался ко мне боком, и заговорила тихо:

— Он этого не забудет. В этом можешь мне верить.

— А в другом?

Она улыбнулась краем рта.

— В другом проверяй.

Потом взяла меня за запястье и ещё раз осмотрела серые линии. Палец прошёл вдоль одной жилы, задержался на сгибе локтя.

— Быстро принял, — произнесла она. — Слишком быстро. У обычного человека серое так глубоко за один перенос не садится.

Пряха отпустила руку и отвернулась к Шаату. Похвалой её слова не звучали. Получилось будто хуже: она возможно увидела ещё одну странность и положила её рядом с тремя нитями и сквозняком.

Шаат поднялся по движению её ладони. Огромное тело заслонило часть склона, снег пополз с крыши навеса. Пряха что-то передала ему через нить, потом тоже замерла.

От ограды к нам шёл дед.

Караульные расступились перед ним. Старик двигался через снег медленно, посох мерно стучал по камню, костяная кисть лежала поверх рукояти. Он осмотрел Шаата, задержался на живом Сухаре, потом перевёл взгляд на меня и лицо старика стало тяжелее.

Пряха продолжала ждать. Видимо, даже Серая Печать понимала, когда на чужом уступе лучше дать хозяину подойти первым.

Дед остановился рядом и долго смотрел мне в глаза. Потом заметил серую линию за ухом. Подошёл почти вплотную, взял за подбородок и повернул голову к свету. Его большой палец прошёл вдоль жилы.

— До Совета никому не показывай, — сказал он. — Ни Ясеню. Ни отцу. Руки и ворот держи закрытыми. Дракона ты хотел спасти, это я понимаю. А вот это людям видеть нельзя.

Он поднял на меня взгляд и ждал.

Я кивнул.

Дед отпустил подбородок. Пряха тем временем повела Шаата к тропе. Штурмовой развернулся осторожно, переставляя лапы возле стены,