Блог «Серп и молот» 2025 - Петр Григорьевич Балаев

того, что ты нафантазировал сам себе в своем сознании и принимаешь это за реальность. Мои соседи нафантазированный ими под влиянием информации от знакомых Израиль принимали за реальный Израиль. И хорошо еще, что им было куда сбегать от той реальности, которая не совпала с нафантазированной.

А почему их знакомые обманывали, рассказывали красивые байки про «родину предков», хотя там реальность совершенно другой была? Знакомые видели другую картину? Нет, не другую. Просто тем знакомым некуда было возвращаться, у них в СССР не осталось жилья, они обрубили все концы, а признаваться в том, что сглупили, что купились на красивые сказки, на обман, было стыдно.

Это тоже нужно понимать, идеализм — всегда лжив, всегда лживы и идеалисты. Если вы им скажете, что их придуманный мир не похож на реальный, то они, даже видя эту непохожесть своими глазами, именно вас и будут обвинять в обмане. Так случилось и с теми моими соседями, их израильские знакомые начали не только в обмане обвинять потом, мол, они прекрасный Израиль охаяли, но еще покатили бочку — ленивые, неумелые, совки.

Будем подходить ближе к теме. От Израиля к нашим палестинам. Есть у нас такой известный в мраксистских кругах профессор философии, как Михаил Васильевич Попов. Он еще и один из создателей Рабочей Партии России. И гегелевскую философию в университете преподает. Ага, марксистом себя называет. И профессор Попов утверждает, что в СССР контрреволюционный переворот произошел в 1991 году. А до того СССР был социалистическим государством. И как-то какой-то лысый человек задал Попову вопрос: Балаев и «антипартийцы» говорят, что контрреволюционный переворот произошел в 1953 году и СССР уже после 1953 года не был социалистическим. На ютубе можно найти этот ролик, как лысый спрашивает у Попова.

Что ответил Попов? А он начал бубнить, что когда Сталин отказался от выборов депутатов в Советы на заводах и фабриках, когда депутатов весь народ начал выбирать, то диктатура пролетариата слабела и слабела, а когда на 22-м съезде КПСС от нее совсем отказались, то она совсем ослабла и постепенно наступила диктатура буржуазии. Но пока диктатура пролетариата слабела, СССР оставался социалистическим государством. Со слабеющей диктатурой пролетариата, ага. Человек хвастается, что ПСС Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина прочитал. Ага. Правящая партия в государстве отказывается от диктатуры пролетариата, но у прочитавшего ПСС всех классиков это государство остается социалистическим.

Какой таракан поселился в голове профессора Попова, родивший у него настолько безумные мысли? Да таракан простой — идеалистический взгляд на СССР. Он в СССР уже был состоявшимся человеком, уважаемым преподавателем мраксизма в университете, ходил важным и с портфелем, а в нагрудном кармане носил билет члена КПСС. Понаписал работ про успехи социализма в СССР полный портфель. И тут вы ему говорите — достань из своего портфеля свои работы, сверни их в трубочку и найди куда эту трубочку себе вставить, потому что нет социализма без диктатуры пролетариата и та пария, в которой ты состоял, была коммунистической только по названию, как и СССР социалистическим только по названию. Какой реакции вы ждали от профессора? Вы же ему лучшие годы жизни перечеркиваете!

Вот этот абсолютно идеалистический взгляд на СССР мешает целому легиону историков-исследователей увидеть то, что на самом деле происходило со страной, что привело ее к катастрофе. Они исследуют не реальный СССР, а тот, который сформировало их сознание. Фантазию исследуют. Я написал — увидеть? Да мы же им уже и показали, они уже увидели, но куда деть «лучшие годы жизни», как от них отказаться?

Общественные науки в нашем нынешнем богоспасаемом пропитаны идеализмом напрочь. Насквозь. Даже у представителей этих наук, которые себя марксистами называют. Тот же Попов — гегельянец. Он преподает Гегеля в университете. Представляете? Нет. Вы себе плохо представляете это. Преподавать Гегеля в современной философии, это всё равно, что преподавать студентам-химикам алхимию. До Маркса и Энгельса в философии были гегели, до Менделеева в химии были алхимики. Преподавать классический немецкий идеализм и называть себя марксистом!

А мы же здесь об историческом вопросе. Так вот, наша российская историческая наука — утонула в идеализме с головой. Как пример, Е. Ю. Спицын, один из любимцев левой публики. Себя даже большевиком называет. «Спалю» я его сейчас. Спросите у Спицына насчет его покойного друга Пыжикова, кем он его считает. Да Спицын уже и отвечал, что Пыжиков — очень ученый, совсем сильно ученый. Уважает он Пыжикова, как ученого-историка. Но ведь «ученый» взгляд Пыжикова на русскую революцию очень сильно, мягко говоря, отличается от взгляда Спицына на революцию, так почему же Спицын считает Пыжикова ученым?

Да потому, уважаемые читатели, что это идеалисты допускают отражение созданного их сознанием «Израиля» на окружающую реальность. Революция у Спицына и революция у Пыжикова — это два разных «Израиля». У материалиста история революции может быть только одна, настоящая история, та, которая существовала в реальности. В ней могут быть неисследованные вопросы, темные пятна, но она — одна, потому что она происходила в одной стране, в одно время, на одной и той же Планете. А идеализм допускает разные исторические версии, но ведь две–три–четыре революции в разных версиях не могли происходить одновременно в одном месте? Но зато могли происходить в сознании, головах историков. Поэтому, если вы посмотрите на состав сотрудников Института истории РАН, то какой только разномастной швали там не обнаружите, если касаемо новейшей истории, то там спокойно уживаются и монархисты, и либералы, и разные коммуниздвующие. Каждый же имеет право на свой научный взгляд, правда? Ага, у каждого свои собственные тараканы, свои собственные галлюцинации.

А историография Великой Отечественной войны — это наша новейшая история. Так и она, закономерно, полностью идеалистична. Она выстроена на абсолютно идеалистичных представлениях, фундамент которых заложен 20-м съездом, о настолько могущем Советском Союзе, что он смог победить в одиночку фашизм…

* * *

То, что доныне всё появляются новые исследования со свежими, как протухшая осетрина, открытиями, что Советский Союз не смог бы победить Германию без помощи союзников — это другой вопрос. Хотя, не другой, а оборотная сторона медали, отлитой Хрущевым — у нас всё было для того, чтобы разгромить вермахт у стен Брестской крепости и только веривший Гитлеру Сталин вовремя не дал команду развернуть производство нужного для победы оружия. Так потом и закрепилось в советской историографии — всё было, и были накоплены необходимые мобилизационные запасы.

Но, если брать авиационную промышленность, то к 1941 году СССР имел всего 139 авиационных предприятий (Симонов Н.