Развод. Счастье любит тишину - Анна Барс

— Ты сама не устала от своих психов? А? Вот я устал. Наташа тоже устала. Может, тебе успокоительных попить?

— Ты совсем обалдел, Можайский? Будешь со своей потаскухой так разговаривать, не со мной.

— Ты не борзей сама, Алис. Я и так на многое глаза закрываю. Но моё терпение не вечное. Психанутых баб с яйцами мужики долго не терпят. Показала характер — молодец. Хватит. Давай дальше думать конструктивно.

— Какой же ты мужлан, Можайский! Вы с Дианой идеальная пара. Два неотесанных…

Он меня перебивает:

— Всё. Хватит. Завтра поговорим, как раз успокоишься. Спокойной ночи, — с этими словами он бросает трубку.

Какая наглость. Меня просто разрывает от злости. Хочется высказать ему всё — прямо здесь и сейчас.

На следующий день после работы я еду к месту нашей с Богданом встречи.

Подхожу к парку. Он уже сидит на скамейке, в том самом пальто, которое я когда-то сама ему купила.

Вид слегка усталый, но как всегда — при параде. Это пальто я дарила ему на день рождения, знала, что будет дико хорошо на нём смотреться. Но сейчас смотрю на него как на противного бабника в пальто.

Не больше, не меньше.

Убеждаю себя, что он меня больше не привлекает. Как мужчина — точно нет.

Подхожу сзади и тихо сажусь рядом. Он поворачивается, улыбается широкой белозубой улыбкой. Не знаю, чему он так радуется.

Перехожу сразу к делу:

— Я не хочу, чтобы Наташа росла в этом фарсе. Ты врёшь ей. Ты позволяешь Диане не только лезть в нашу семью, которой уже не существует, но и имеешь наглость позволять ей звонить мне и выводить меня на разговор.

— И тебе привет, жена.

— Не перебивай меня, пожалуйста, Богдан. Послушай. Я не собираюсь возвращаться. Ни сейчас, ни потом. Я не прощу предательство. Всё.

Он смотрит удивлённо:

— Она тебе звонила?

— Да, Богдан. Представь себе, звонила. Сказала, что ты инициатор всего, что было и есть между вами. Что она тебя не держит.

Богдан выпрямляется.

— Это бред, Алис. Я тебе уже всё сказал. Что ещё ты хочешь? Да, помогал, да, были разговоры, но я с ней встреч не искал.

— Мне всё равно. Мне не нужны твои объяснения. Я уже миллион раз тебе это говорила. Тот факт, что она мне позвонила, доказывает, что при тебе она чувствует вседозволенность.

— Я ничего ей не позволял. Она делает это за моей спиной. Я с ней поговорю и скажу, чтобы нос свой больше ни при каких обстоятельствах не совала в нашу семью.

— Поздно, Богдан. Уже не во что совать нос. Нет нас. Нет семьи. Всё, о чём я тебя прошу — оставить меня в покое. С Наташей ты можешь видеться, я мешать не буду. Завтра я подаю на развод.

Глава 24. Богдан Можайский

— Ваша бывшая жена юрист по образованию? — заданный вопрос звучит белым шумом.

Башка гудит и раскалывается.

Сижу в кожаном кресле и раздражённо потираю виски, чувствуя себя полным дерьмом в не менее дерьмовой ситуации.

— Что? — бросаю адвокату, что сидит за рабочим столом напротив, активно штудируя бумаги.

— Я спрашиваю: ваша бывшая жена по образованию юрист?

— Во-первых, — мой голос фонит яростью, — она моя супруга, и бывшей никогда не будет. Перебесится со своим желанием развестись. Во-вторых: нет, конечно. Что за дебильный вопрос? — чувствую, что завожусь не на шутку. — Она не юрист.

— Просто составленный ею иск, как я понимаю — самостоятельно, — говорит либо о том, что она скрывала от вас юридическое образование. Хочу отметить, блестящее. Либо… — тут адвокат прикусывает язык и нервно поправляет очки на переносице.

Понимает, что сболтнул лишнего, а деваться некуда.

— Либо? — хочется вскочить и хорошенько потрясти его, как боксёрскую грушу, чтобы перестал мямлить.

Останавливаю себя только потому, что понимаю, злиться за то, что Алиса наконец-то подала на развод, нужно только на себя.

Переоценил свои силы. Доигрался и получил, чего хотел. Думал, что она как все бабы пугает, а нет.

Вопрос в том, как блин, ей удалось составить иск, от которого под впечатлением юрист, у которого больше двадцати лет практики?

Охренеть можно.

— Либо вы сильно её обидели, — тараторит адвокат.

— Откуда такой вывод? — подаюсь к столу, на котором разложен составленный Алисой иск.

Бесит так, что мне остается хрустеть зубами.

— Она требует от вас половину всего имущества, включая бизнес, — произнося это, адвокат испытывает сильную неловкость.

И я понимаю почему.

— Какую, нахрен, половину?! — поднимаясь на ноги, начинаю поочерёдно хватать листы бумаги со стола. — Алиса что, совсем обалдела? Какой, нахрен, бизнес? Она о нём знает только из моих разговоров за ужином.

— Тем не менее, по закону она может требовать что угодно, пока мы это не оспорим.

— Домохозяйка может законно требовать бизнес? Это же глупо, если не сказать нелепо.

— И всё-таки, — разводит руками он, — совместно нажитое имущество при разводе делится.

— Не дурак, — бросаю бумаги обратно ему на стол. — Знаю, как это работает.

Знаю, но когда мне прилетел иск о разводе от жены, рациональная часть моего мозга как по щелчку отрубилась.

Сначала я не поверил. Потом обалдел. А уже позже просто осатанел от гнева.

Всю ночь не спал, сутки не жрал, и когда я выезжал к адвокату из отражения в зеркале на меня смотрел натуральный псих.

Ещё и Алиса на дно залегла. На звонки не отвечает. Игнорит меня по полной.

Надо пробить её адрес и наведаться в гости. Перетереть пару моментов. Уговорить вернуться, в конце концов.

Что за дурдом? Какой, в задницу, развод, ещё и с распилом пятьдесят на пятьдесят?

— Богдан Александрович? — зовёт меня адвокат, пока я нарезаю круги по кабинету, утопая в мыслях о жене, которой не терпится стать мне бывшей. — У нас проблема.

— Да ладно? — зло отзываюсь я. — Удиви меня.

— К иску ваша супруга приложила некоторые распечатки.

— И? Что за распечатки? Нормально можешь говорить или мне из тебя каждое слово тянуть?!

— Это скриншоты из социальных сетей женщины, которую ваша жена называет… вашей любовницей. На снимках различные, по её мнению, доказательства вашей неверности.

— И суд примет это дерьмо во внимание? Это не доказательства, а распечатки. Ни на одной нет меня!

— Уже принял. Эти распечатки являются частью иска.

— Вот как, — скрипя зубами, отвечаю. — Значит, Алиса решила меня опозорить. Хорошо.

— Нам нужно обсудить стратегию, Богдан Александрович. С разводом мы соглашаемся? Если да, то какие у нас условия? Какое предложение мы можем сделать вашей жене,