Лазурная книга. Истории ясного неба для души, чтобы замедлиться, вдохновиться и услышать себя - Анна Валентиновна Кирьянова

Но все равно было немного грустно: девушка так и продолжала восхищенно и робко глядеть на прекрасного юношу. А он – на себя. Она работала, а красавец стоял как статуя. Как памятник самому себе.

Но, знаете, он и правда был так хорош, что глаз не отвести. Может, красивые люди и созданы для любования? Но любить их иногда больно. Если они смотрят только на свое отражение и не замечают любви.

О широких жестах

На кассе замешкалась элегантная дама средних лет. Такое пальто великолепное, такие сапожки! И кольцо с бриллиантом сверкает на изящной ухоженной руке. Духами благоухает! А карточку скидочную найти не может, стоит, всех задерживает и копается в маленьком ридикюле. А в корзине и нарезка мясная, и сыр наилучший, икра, шоколад дорогой… Прекрасные вкусные продукты! А за дамой стоял мужичок в шапочке, как у грабителя. И пахло от него не духами отнюдь. Сам он грязноватый, драная куртка нараспашку. И покупка одна. Решительная. На ленте стоит бутылка и все. И мужичок так разозлился, что дама замешкалась. А может, неприятно ему было видеть все эти роскошные покупки. И как закричит грубо: «Нельзя ли побыстрее!» Дама аж вздрогнула и кротко растерянно спросила: «Извините, у вас нет скидочной карты? Я свою найти не могу…»

Он сказала это тихо и кротко, как ребенок. И посмотрела на мужичка грустно и с надеждой. И мужичок смутился. Немедленно достал карточку из кармана и кассиру протянул. А даме сказал: «Конечно, есть! Секундочку, сейчас все будет в лучшем виде!» А когда дама поблагодарила сердечно, мужичок покраснел. И уже в спину уходящей даме сказал с чувством: «Женщина, вы это, извините меня. Я не хотел грубить, как-то нехорошо получилось!» И на спину дамы он смотрел добродушно. Теперь это была не чужая дама, а как бы немного его, понимаете? Ведь дама уносила частично оплаченные им деликатесы.

Бенджамин Франклин советовал попросить у враждебного человека какой-нибудь пустяк. Что-нибудь простое, доступное. И если враждебный человек нам окажет крохотную услугу, он лучше будет к нам относиться. Вот как мужичок к даме.

А почему? Да потому, что человек дал нам немного своей энергии, поделился. Взял из того, что у него есть, да и дал нам крошечку времени и внимания. Свою крошечку. Своего светлячка. Нате! Было наше, стало ваше. Берите! Теперь и вы сияете его отраженным светом. И вы стали немного его. Себя же он ценит высоко. А теперь он дал и вам немного себя, своей энергии. И конечно, вы стали симпатичнее сразу.

И еще важный момент: человек поступил благородно, совершил хороший поступок. Ради вас, заметьте. Он вырос в своих глазах. Его самооценка повысилась. И на душе хорошо стало: видите, какой он добрый и великодушный? Он хороший.

И он действительно становится лучше. И испытывает благодарность к тому, кто помог ему показать свое великодушие и доброту! Вот так все устроено.

Конфликта не было. А была красивая ситуация, когда мужчина помог даме оплатить дорогие покупки. Это красиво, правда? А орать на даму – некрасиво. Но это забыто и стерто прекрасным поступком! Мужичок посмотрел вокруг: все ли видели его добрый жест? И громко сказал: «Женщина первый класс. А копается – так они все копаются. Надо им помогать!»

Это был красивый и широкий жест – с карточкой. И настроение у всех в очереди стало гораздо лучше. Надо помогать, это точно. Чем можешь. Особенно дамам…

Ранимое сердце

У поэта Тютчева была жена Элеонора. Такая хрупкая, бледная, чувствительная, романтичная, в шляпке, с локонами завитыми, в кисее и ленточках. Типичная дама тех времен. Наверное, и флакон с нюхательной солью носила на поясе изящного платья. На случай нервного припадка и обморока. Тогда многие дамы носили такой необходимый флакон. И слезницу для собирания слез.

Она вела все хозяйство, родила трех дочерей в браке с Тютчевым. Очень любила мужа. И от его измены страдала сильно. Узнала про связь с баронессой, расплакалась и хотела заколоть себя кинжалом. Маскарадным. Игрушечным. Конечно, ничего не получилось. Выбежала на улицу, упала без чувств… Театральная и нелепая сцена. Истеричная кисейная барышня, так некоторые скажут.

А потом корабль, на котором плыла Элеонора с детьми, загорелся. Капитан принял решение посадить корабль на мель. И посадил на скалы охваченное пламенем судно! Была паника, люди в дыму и копоти искали спасения. А хрупкая ранимая Элеонора спасла своих детей, показав удивительное мужество и силу духа. «Можно сказать по всей справедливости, что дети дважды были обязаны жизнью матери, которая ценою последних оставшихся у нее сил смогла пронести их сквозь пламя и вырвать у смерти» – так сам Тютчев написал о поведении жены. Вот вам и «кисейная барышня». Которая после потрясения заболела и умерла. Она же была чувствительная и ранимая.

Вот так и бывает: хлипкий и внешне слабый человек, который льет слезы, истерики закатывает, дрожит от переживаний и тревожится, может проявить в момент настоящей опасности огромное самообладание и смелость, чтобы спасти своих.

Может, не надо ранить его сердце обманом и изменами? Тютчев рыдал над гробом жены. И поседел за одну ночь. И до конца жизни посвящал ей стихи, любил…

Экзистенциалисты говорят: человек показывает себя в минуту опасности. Он может стать трусом, а может – героем. Никогда нельзя заранее знать силу духа человека. И свою тоже.

Слабая женщина спасает своих. Хрупкий нервный человек проявляет стойкость и отвагу в угрожающих обстоятельствах. Так часто бывает. И нельзя насмехаться над чувствительностью и ранимостью. Надо щадить сердце ранимого человека.

Правда с умыслом

Человек говорит ранящие, жестокие и унизительные слова. Но это же правда! Он говорит правду. А вам эта правда глаза колет, так? Вы не хотите слушать и знать правду. Обижаетесь, вон, слезки на колесках появились. Или покраснели, разгневались – не нравится правда! Вам просто честно сказали, кто вы, какой вы, чего заслуживаете…

Но это не правда. Это злость и зависть, завернутые в белые одежды правды. И это вовсе не честность. «Иногда честность – рационализированная агрессия» – написал психоаналитик и философ Отто Кернберг. Это способ безнаказанно уязвить вас и разрушить вашу жизнь.

«Ты такая толстая! Тебе не идет это платье!» – так сказала при всех родственница одной женщине. А когда женщина замигала растерянно глазами и чуть не расплакалась, родственница добавила, что надо принимать