8 секунд - Ася Федотова

Но мир ужасно тесен. И жесток.

В бизнес-зале аэропорта, в ожидании рейса мы наткнулись на веселую компанию.

Беккер, Керимов, Грифонов, две незнакомые мне девушки и еще одна знакомая. Есения, что была с Керимовым.

Отношения у этой парочки весьма странные. Свободные. Ни к чему не обязывающие. Вроде как дружба с "привилегиями". Денис мог, с кем хотел, и Есения тоже. И парня это более чем устраивало, но по прячущемуся тоскливому взгляду Еси я чувствовала, что эта игра была ей больше не по силам. Она хотела большего, но, видимо, из-за боязни потерять Керимова насовсем играла свою роль мастерски.

И не мне их осуждать. У самой все намного запутанней и грязнее.

Я перепугалась не на шутку, когда увидела с каким дерзким, колким и полыхающим злобой взглядом смотрел на нас с мужем Руслан. И сбежала в туалет, чтобы хоть немного перевести дух и унять грохочущее по ребрам сердце.

Еся появилась спустя минут пять.

— Привет, — встала рядом со мной перед зеркалом и достала из сумочки помаду с карандашом.

— Привет.

Я поправила волосы и собралась уходить.

— Рядом с тобой тот самый муж? — остановила меня своим вопросом.

— Тот самый.

— Красивый... Не бойся, Ник. Ему не дадут сорваться. Дэн с Грифом Руса чуть ли не на привязи держат. Никому здесь проблемы не нужны.

— Надеюсь, — кинула напоследок.

Их было слышно. Они веселились, смеялись, заливаясь дорогим алкоголем. Его голос я жадно вычленяла из общего гомона.

Костя хмурился. Но мне то что делать? Даже глаза поднять было страшно.

Объявление на рейс стало спасением.

Но настроение было уже не то. Я честно пыталась расслабиться и получить удовольствие от поездки. Костя старался, как мог. Но все катилось коту под хвост.

По возвращении домой муж снова с головой окунулся в работу, а я сдавала сессию. После улетела к маме, где все закрутилось по наезженному сценарию. А потом начался очередной семестр.

Мы сидели с Лерой на первом ряду в ожидании лекции. Лера всегда занимала только первый ряд и меня приучила. Объясняла, чем чаще мелькать перед носом у преподавателей, тем больше вероятность получить на экзамене автомат.

Подруга призналась, что заключила с Керимовым сделку. Она должна была уговорить свою бабушку, бывшую преподавательницу в техническом ВУЗе стать репетитором Дениса по терверу, которую у нас вел Дронов, мега принципиальный препод. Он за прогулы еще в прошлом году уже нацелился завалить Керимова. Но не сработало, потому как уехал на конференцию, а вместо него экзамен принимал другой, жадный на руку доцент. Вариант был рабочий, поскольку бабуля Леры в свое время учила того самого Дронова.

Керимов же в благодарность должен был помочь Лере привести фигуру в порядок и позаниматься с той в спортзале, дабы привлечь внимание ее «ван лав намбер ван» — Дымникова Димы, нашего куратора.

— И что? Будешь с ним заниматься? — спросила подругу. Мне вся эта затея не нравилась.

— Куда уж теперь. С бабулей я договорилась. У них сегодня первое занятие. Теперь очередь Керимова сделку отрабатывать.

— Я бы с ним не связывалась, — предупредила подругу и отпила кофе из стаканчика, после чего вернула его на парту.

— Убери — прольешь, — кивнула на стаканчик Лера.

Юшкина была помешана на порядке. И не терпела на столе ничего лишнего. У нее даже ручки с маркерами были разложены, точно по линейке. А почерк, как у учительницы начальной школы, не меньше.

Ничего не предвещало беды. Но тут в аудитории появилась троица: Беккер, Керимов и Грифонов.

Я по обычаю сделала непробиваемое лицо и уткнулась в телефон. Но все же уловила, как Руслан отделился от парней и вальяжной походкой направился вдоль первого ряда.

Пара секунд, и кофе разлилось грязным пятном по моей блузе. Я отбросила гаджет и вскочила на ноги.

— Пардон, — хмыкнул Беккер и уже собрался свалить, но я подхватила полупустой стакан, валяющийся на лавке для верности сняла крышку и запустила остатки напитка в парня. Прямо в лицо.

— Офонарела? — взвился Руслан и вытер стекающие капли.

На одежду ему тоже попало. На вороте рубашки и светлом свитшоте расплывались брызги.

— Ты первый начал, — вступилась Лера.

— Мудак! — я брезгливо выплюнула и принялась судорожно собирать вещи в сумку, после чего протиснулась между сидящими студентами и партой и двинулась к выходу.

— Овца! Салфетки дай! — крикнула Руслан.

— Обойдешься!

В дверях столкнулась с преподавателем.

— Стрельцова, ты куда намылилась?

— Извините, Сергей Павлович, я кофе облилась, мне в туалет нужно — ответила и выскочила из аудитории.

Кинулась в ближайший женский туалет. Пульс бешено стучал.

Перед зеркалом там красились две девчонки. И только я появилась, резко умолкли разглядывая меня, взбешенную и всклокоченную, с огромным пятном на блузке.

Успела открыть кран с водой, как в туалет влетел Руслан, ботнув дверью об стену.

— Свалили быстро, — рыкнул на девчонок, отчего те быстро запихали в сумочки косметику.

— Больной! — пробурчала одна из них себе под нос прежде, чем покинуть туалет, прикрыв за собой дверь.

Беккер тут же защелкнул щеколду.

— Выйди отсюда! — зарычала на него. — Ненавижу тебя, понял? Ненавижу просто! Отстать от меня! Отвали уже, наконец! Что вот ты сделал? Как мне теперь на пары возвращаться, подумал? — разъяренно покопалась в сумке и ткнула ему в лицо пачкой влажных салфеток. — Оттирай теперь сам.

Последнее вылетело самой собой. И я моментально стушевалась, когда поняла, что ему предложила.

Но Беккер лишь удивленно выгнул бровь, перехватил пачку, достал салфетку.

— Забыла уже, что сама меня кофе окатила в буфете? Тоже, наверное, не думала, как мне потом на пары возвращаться.

— Ты мстишь что ли? Простить не можешь никак?

— Не могу, — признался Руслан. — Но не это.

Не раздумывая парень принялся водить салфеткой по мокрому пятну на блузе.

И был так близко. Опасно близко. Вновь его запах, его сила, его руки — все это дурманило до ватных ног и дрожащих коленей. До учащенного дыхания. Сорванного дыхания. До грохота в ушах и мурашек по коже.

Взглядом он следил за тем, что делал, а я не могла отвести глаз от ее пушистых черных ресниц, от татушки, выглядывающей из-под ворота рубашки, от его приоткрытых губ.

Все такое родное, любимое, знакомое до боли. Нужное до ломки.

И пока жадно разглядывала его, не заметила, как Беккер сместил салфетку с пятна и залез в вырез блузы, прерывисто выдыхая.

— Совсем ненормальный? — я опешила, когда ощутила его горячие пальцы на коже. И на одном только инстинкте залепила ему по щеке.

Беккер моментально поднял глаза. Заморозил своими бездонными океанами, а