Вивьен Вествуд. Биографический роман о женщине, которая превратила панк в высокую моду - Стефани Холден

должно было происходить за камерой. Неужели Малькольм подстрекал парней вести себя плохо? Использование таких выражений на телевидении было еще одним нарушением табу, но на глазах у широкой публики – а не в узком кругу единомышленников в World’s End.

Она была уверена, что медиа-шум будет огромным. После этой выходки хранители нравственности встанут на баррикады. Теперь Малькольм достиг того, чего всегда хотел: абсолютного внимания.

8

С громким звоном разбилось одно из окон, за которым последовал глухой стук камня, упавшего на пол. Вивьен, которая как раз пересчитывала сдачу, вздрогнула. На улице стоял рев, свист и ликование. Похоже, перед магазином опять собралась толпа этих сволочей.

– Это опять эти скинхеды? – встревоженно спросил Майкл, ее управляющий. – Нам нужно закрыть магазин, прежде чем они войдут. Быстрее, Вивьен!

– Сначала посмотрим. – Она решительно вышла из-за кассы. – Мне надоели эти идиоты.

– Вивьен, будь осторожна!

– Но она не собиралась так легко становиться жертвой. Ей надоели беспорядки, которые царили со времен появления Sex Pistols по телевидению.

Вся страна говорила о них, куда бы они ни пошли, их осаждали журналисты, и даже программа Today Show с Биллом Гранди была временно снята с эфира из-за общественного возмущения. Даже Малькольм, обычно всегда с удовольствием подстрекавший к хаосу, забеспокоился, что зашел слишком далеко.

– Где вообще Малькольм? – крикнул Майкл, пока она решительно шла к двери. – Разве он не должен заботиться об этом дерьме?

– Продолжай мечтать. Он спрятался на Denmark Street.

На Denmark Street находился офис Glitterbest, компании, которую Малькольм основал для управления Sex Pistols, и в помещениях которой он с недавних пор жил. На Nightingale Lane его уже давно не видели. Как это часто бывало, ей опять пришлось вытаскивать для него каштаны из огня.

– Можешь долго ждать его, Майкл, – сказала она и посмотрела в окно. – Нам придется взять это в свои руки.

К ее удивлению, снаружи перед магазином стояли не скинхеды, а куча панков.

– Да это же Пит со своими ребятами! – воскликнула она, и поскольку Майкл не понял, она добавила, – ты знаешь: этот парень, который постоянно создает проблемы, потому что считает, что мы капиталисты. Потому что у нас есть магазин и мы зарабатываем деньги, он считает, что нам нельзя называться панками. Какой идиот.

– Но чего он хочет от нас? Он тоже зол из-за выступления по телевидению?

– Не знаю, – сказала она, глядя на улицу. – Ну погоди, дружок. Я тебе покажу.

Она решительно распахнула дверь и выступила навстречу толпе. Майкл крикнул ей что-то вслед, но она проигнорировала его. Как только она вышла из магазина, она услышала, как он закрыл дверь изнутри. Пусть так, подумала она, по крайней мере, ее магазин был защищен. Она знала, как позаботиться о себе.

– Что тебе здесь нужно, Пит? – крикнула она. – Ты забыл, что тебе запрещено здесь появляться?

– Ты думаешь, что можешь выгнать меня из своего магазина? – он безумно засмеялся. – Ты глупая обывательница.

– Убирайся, Пит.

– То, что вы здесь делаете, не имеет ничего общего с панком, совсем ничего. Что ты себе вообразила, называя себя панкершей?

– Оглянись вокруг. Вы носите нашу одежду. И вы боготворите Sex Pistols.

– Твоя дурацкая одежда чертовски дорогая. Ты выкачиваешь деньги из людей. Ты буржуазная, Вив, это ты капиталистка!

Панки подошли ближе, окружили Вивьен. Но они ее не пугали. Наоборот, она была в ярости. Какой нелепый театр.

– Проваливайте отсюда, тупые обезьяны! Вы думаете, что здесь нет панка? Тогда идите туда, где есть панк.

Ее бесстрашие заставило молодых людей отступить, так что она уверовала, что ей нужно только пристально посмотреть на Пита, и они все уйдут. Но потом случилось это. В раздраженную тишину, слышную всем, в замке повернулся ключ. Дверь открылась, и выглянул Майкл. По-видимому, он испугался, так как теперь Вивьен была окружена этими парнями. Звук открывающейся двери подействовал на панков как фанфара, призывающая к атаке. Как по команде, они разразились боевым кличем, оттолкнули Вивьен в сторону и ворвались в магазин. У нее не было шансов остановить толпу. Крича, она попыталась оттолкнуть двух или трех человек, которых ей удалось схватить. Но тщетно. В мгновение ока панки превратили магазин в поле битвы – срывали одежду с вешалок и с полок и засовывали ее в пояса брюк и под футболки. С полной самоотдачей Вивьен протаранила некоторых из них, как в танце пого, и отобрала у них украденное. Она пинала, кусала и отбивалась, выталкивала толпу к двери, пытаясь захлопнуть ее. Но их было слишком много, а Майкл прятался за прилавком, не приходя ей на помощь. Затем один из них всей своей массой бросился на дверь, и Вивьен отбросило назад. Ей чуть не оторвало средний палец. Из зияющей раны брызнула кровь.

– Майкл! – крикнула она, исполненная боли, но он все еще оставался в укрытии. Через несколько минут они ушли. Магазин представлял собой картину разрушения. Как после шторма, который прошел по нему. – Майкл, ты идиот! – закричала она. – Что ты себе вообразил? Зачем ты открыл дверь?

– Я… я не знал, что делать. Я волновался за тебя.

– И ты просто впустил их?

Смущенно он хотел помочь ей подняться, но она оттолкнула его руку в сторону и поднялась сама. Малькольм со своим проклятым телеэфиром! Теперь они были взяты на прицел со всех сторон. Одним они казались слишком провокационными, другим – слишком капиталистическими. Вивьен перевязала себе средний палец платком и огляделась в этом хаосе. Панки проделали большую работу. Вся коллекция исчезла, остались только полуразрушенные вешалки для одежды и плакаты, висящие клочьями на стене, не говоря уже о разбитом стекле.

– Мы закрываем магазин на сегодня, – недовольно сказала она. – Сначала мы должны привести здесь все в порядок.

В этот момент зазвенел колокольчик над входом. Удивленно она повернулась к двери и увидела хорошо одетого мужчину азиатской внешности, входящего внутрь. Он вежливо поклонился Вивьен, затем с интересом обвел взглядом поле битвы.

– Мы закрыты, – грубо сказала она.

Парень в своей шикарной одежде все равно не вписывался сюда. Наверняка, опять какой-нибудь журналист.

– Как жаль, – сказал он. – Когда вы снова откроетесь? Повезет ли мне завтра больше?

– Послушайте, у меня сегодня действительно плохой день. Почему бы вам просто не уйти?

– Простите. Просто я специально приехал из Токио. Я надеялся купить что-нибудь у вас. По поручению миссис Кавакубо.

Вивьен подумала, что ослышалась. Неужели он имел в виду японского модельера Рей Кавакубо, которая со своим брендом Comme des Garçons считалась восходящей звездой мира моды?

– Миссис Кавакубо очень