Змея в норе - Ольга Олеговна Погожева

Миссис Миллз тонко улыбнулась и покачала головой, протягивая Кире чашку.

– Ой, спасибо, – обрадовалась мисс Каррера. – А перекусить найдётся?

Впереди явно ждали долгие разговоры и утомительные разбирательства, отчего не напроситься?

– Печенье, – с готовностью кивнула секретарь. – И конфеты! Шеф подарил, в честь отпуска. А я, дырявая голова, забыла коробку на работе…

– Это кстати! – обрадовалась Кира.

Пока что лос-анджелесское отделение федерального бюро ничем не напоминало змеиное логово, как описывал его доктор Вольф. Может, Виктор прав, и судмагэксперт и впрямь ревнует агента Ллойда к новой работе? Отсюда и предвзятость…

– Мило у вас тут, – попивая кофе с конфетами, заметила Кира.

Офис управления напоминал отполированный и облагороженный барак с ровными рядами столов, полок, шкафов и, разумеется, горшков с растениями – явный вклад миссис Миллз. За спиной секретаря находился вход в кабинет шефа управления, в данный момент запертый и неприветливо-тёмный. Кире идти туда совершенно не хотелось, но, как подсказывала интуиция, именно там её приключение и закончится.

– Как мне вас называть, милочка? – глянув вначале на Томпсона, затем на Киру, уточнила миссис Миллз. – Настоящее имя ни к чему, но, пока мы ждём…

– Кира Каррера, – тут же представилась она.

Ей тоже лишние проблемы ни к чему! И если агента Ллойда сейчас всем дружным коллективом пустят на дно, то ей лучше отплыть подальше. Причём тут мисс Каррера? Добропорядочная гражданка Штатов, которую втянул в ловкие сети коварный англичанин, вот! С полицией Кира уже сталкивалась и помнила, что на простые вопросы лучше отвечать правду, а на сложные изобразить внезапную амнезию.

– Чудное платье, мисс Каррера, – похвалила миссис Миллз. – В таком на прослушивание в Голливуд, а не на допрос в наше бюро!

– Я и шла на прослушивание, – покосившись на невозмутимого Томпсона, помрачнела Кира. – Пока всякие бесцеремонные агенты не похитили меня прямо с улицы!

– Да неужели?! – ахнула миссис Миллз, хитро глянув на агента Томпсона. – Энди, мальчик, как же так? Без ордера?

Кира встрепенулась, а агент Томпсон нахмурился и резко поднялся.

– Прошу за мной, мисс Каррера, – пригласил он, кивнув в сторону кабинета шефа. – Поговорим не под запись.

– А как же ордер, адвокат, права человека, Конституция, презумпция невиновности, пятая поправка?! – не поддалась Кира, воодушевлённая подсказкой.

Конституцию мисс Каррера не читала приблизительно никогда, про ордер только что услышала, адвоката не имела, а о презумпции невиновности имела только самые смутные догадки, относящиеся по большей части к анатомии, а не юриспруденции. Зато уверенный тон, похоже, зацепил агента Томпсона. Он даже остановился на пороге кабинета с явно озадаченным лицом, приглядываясь к Кире повнимательней.

– Пятая поправка, мисс, гласит, что лицо, обвиняемое в совершении преступления, имеет право на надлежащее судебное разбирательство, не должно привлекаться к ответственности дважды за одно и то же нарушение, и что государство не имеет права изымать частную собственность без справедливого возмещения, – без запинки процитировал уголовный кодекс агент Томпсон. – Таким образом, мисс, вы подтверждаете, что уже привлекались к подобной ответственности ранее? А также косвенно свидетельствуете, что у вас имеется незарегистрированная собственность, которую мы не имеем права изъять?

Кира ещё с минуту переваривала услышанное, затем закрыла рот и со вздохом поднялась с удобно насиженного места.

– Нет, – призналась несостоявшаяся дива «Звёзд Голливуда». – Нет у меня собственности, агент, ни зарегистрированной, ни любой другой. И это, между прочим, позор, когда девушка располагает только собственными силами и возможностями! Их у нас изначально поменьше ваших, так что не сильно радуйтесь! Вам дали фору ещё с рождения, мистер агент, так о какой справедливости мы говорим? Небось те, кто сочинял эту вашу поправку, тоже были сплошь мужчинами? У бедной девушки против волков нет ни шанса, так ведь? Вопрос времени, кто порвёт первым!

Голос неожиданно зазвенел, и Кира гордо шмыгнула носом, вскидывая подбородок повыше. Нет уж, не дождётся отполированный мальчик из богатой семьи глупых девичьих слёз и не менее позорных воспоминаний! Что там у него против неё? Догадки? Домыслы? Как это… гипотезы? Что ж, пусть роется в грязном белье, если ему так нравится!

Миссис Миллз проводила её сочувственным взглядом и ободряюще улыбнулась.

– Простите, мисс Каррера, – прикрыв за ними дверь в тёмный кабинет, негромко извинился агент Томпсон. – У меня не было в планах давить на вас. Только побеседовать. Полагаю, агент Ллойд лишил вас такой роскоши? Швырнул на амбразуры, как только подвернулась возможность? Как же он подцепил вас на крючок?

Кира лихорадочно соображала, пока агент Томпсон, не отрывая от неё взгляда, проходил вглубь кабинета. В кресло шефа Адриан садиться не стал. Предложив Кире удобное место напротив стола, сам агент остался стоять, опершись о подоконник, и время от времени кидал взгляды через плечо, убеждаясь, что никто не торопится в офис бюро поздним воскресным вечером.

Агент Ллойд никак не цеплял её на крючок, хотя мог бы. Кира точно знала – мог бы. Шантажировать именем мексиканского убийцы, Хуана Мачете, который числился пропавшим без вести. Пригрозить прежними тесными связями с мексиканским синдикатом. Связей, конечно, не было, но с Хуаном она действительно встречалась. И тот ей даже нравился. Кажется, и Мачете серьёзно к ней относился. Даже в постель не тащил, как прочие ухажёры. А в тот вечер, похоже, собирался дарить кольцо…

– Стив – это ваш внедренный агент, да? – пошла в атаку Кира, отряхнувшись от липких воспоминаний. – И какие успехи? Выяснил ваш липовый охранник, кто грохнул агента Гаскелла?

Агент Томпсон переменился в лице. Даже аккуратно сложенные на груди руки разомкнул, резко выпрямляясь у окна.

– Значит, Ллойд разболтал постороннему человеку куда больше, чем я предполагал, – процедил блондин.

Надо признать, в ярости агент Томпсон становился ещё привлекательнее. Розовели скулы, белели поджатые губы, леденели яркие голубые глаза. Теперь Кира, пожалуй, определилась с рейтингом самых красивых мужчин федерального бюро Лос-Анджелеса. Адриан Томпсон всё-таки потеснил Джона Ллойда с пьедестала – в силу возраста и голубых глаз – англичанин занимал почётное второе место, что уже неплохо для старика тридцати с лишним лет, а агенту Эдварду Лайту, ловко расколовшему Виктора на допросе, доставалось, увы, лишь третье место. Но, надо признать, только на фоне более