Долг человечества. Том 7 - Артем Сластин

переговорах с Вячеславом. Если свести коротко, к сути, то он рассматривает мое предложение о том, чтобы найти точки соприкосновения и создать прочный мир, и центральной идеей является выдвижение номинальной фигуры на роль сюзерена. Это избавит всех лидеров от дележки на роли ведущий-ведомый, создадим совет, полноценно объединимся в равных правах.

Варя посмотрела на меня с укоризной, в ее глазах мелькнуло или разочарование, или гнев, разобрать мне в полумраке масляной лампы не удалось.

— Номинальная фигура? — Удивился Илья.

— Есть идеи получше, как сделать так, чтобы твой бывший командир не оказался у обочины? — Рассердился я.

— Нет, это не было критикой идеи. — Отбрыкался Муромец. — Я понимаю истинные причины. Скажи, сейчас я — в твоей фракции?

— Да, что за вопросы?

— И должен отстаивать интересы своей фракции?

— Если ты про наших людей, которые здесь, то да, должен.

— Тогда для тебя не станет удивительным то, что я скажу дальше. Несмотря на то, что я глубоко уважаю Вячеслава, тебе не кажется, что он сейчас от тебя в куда более зависимом положении?

— Ты дешево отдаешь власть! — Вступила Варя в беседу пылко и без тормозов.

— Я никому ничего не отдаю. — Стиснул я зубы. — Вокруг оглянитесь, и представьте на секундочку, что Вячеславу не по нраву стать нижним звеном в иерархической цепи. У него людей минимум вдвое больше уже. Если он решит доказать мне мою неправоту, начнется война. И даже если нам каким-то чудом удастся не потерять никого из наших людей, умрут многие с его стороны. А я приверженец мысли, что ни одна потеря не оправдана. И если придется «подвинуться», чтобы определить будущее человечества, я это сделаю.

— Я согласен с Марком. — Вступился за меня Боря. — Ведь, он думает, как настоящий лидер, и хочет сохранить жизни. А ведь он тоже рискует, никто же не знает, что произойдет, когда кто-то станет сюзереном и что это означает для людей. Он делит этот риск с Вячеславом напополам, поставив и для него потолок тоже.

— Именно, что никто не знает! — Всплеснула руками Варя, и мне показалось, что она вот-вот загорится. — Так какого хрена мы так рискуем? А что, если выживут только те, кто находится в подчинении у сюзерена? А? Думали об этом? Сраным инопланетянам не составит труда перемолоть нас в одну кашицу, а затем высосать через трубочку!

— Отставить догадки. — Поднял я руку в характерном жесте. — Первоочередная цель — сохранение жизней людей, я надеюсь, это всем понятно?

Народ от этой скоротечной перепалки слегка скурвился и сник. Но возражений не последовало, разве что маленькое дополнение от Муромца.

— Возвращаясь к предыдущей теме. Сейчас вся валюта фракции сосредоточена у тебя. Я без претензии, только найти тебя бывает очень трудно, чтобы выпросить на нужды. Это жутко неудобно и тормозит работу.

Отвечать я не стал, только мысленно вызвал интерфейс, поглядел на пятизначную сумму своих накоплений. Муромец был абсолютно прав — микроконтроль, в котором сейчас зашивается Катя, отжирает слишком много времени.

— Решим это прямо сейчас. — Ответил я. — Поделю весь наш текущий резерв на равные доли между офицерами. Катя, ты, Борис, Варя, Женя и Лиза, как руководители своих направлений, а так же отсутствующий здесь Микаэль, получите по две с половиной тысячи очков для магазина достижений. Тратьте на нужды своих направлений. Одна доля остается мне на экстренные расходы всей фракции. Есть возражения?

Таковых не последовало, напротив, на лицах присутствующих отразилось заметное облегчение, когда они осознали, что теперь проблемы менеджмента валюты устранены. Наверное, можно было бы поступить и иначе, задавшись вопросом, для чего, например, две с половиной штуки Борису или Лизе, но я решил этого не делать. Мы равны, и так должно оставаться и впредь.

— Теперь я выскажусь. — Подобралась Варя. — Не знаю уж, где Катенька, видимо совсем умоталась, раз отсутствует на фракционном совете, но речь пойдет о ее работе. Вот скажите, вам не кажется, что распределение жилищ получилось слегка… несправедливым?

— Тебе комната маленькая досталась? — Уточнил я.

— Нет, — мотнула она головой, — и в этом проблема.

— Ближе к делу. — Я начинал сердиться.

— Вот ты поставил сегодня этот дом. Как распределилось жилье? Кто-то до этого пару дней жил в ратуше, просто на полу, на шкурах, а у кого-то уже были дома. После этого, уже сегодня, кому-то достались тесные комнатушки на втором этаже с соседом и санузлом на этаже, а кому-то и без этого, в общем бараке на первом этаже, чуть ли не вповалку! Наша дорогая зам явно не справляется с этим, такими темпами среди людей быстро назреет бунт.

Я поморщился от ее неприкрытой попытки уколоть Катю в ее отсутствие. Варя по прежнему не оставляла надежд подвинуть мою доверенную заместительницу и занять ее место, меня же коробило от этой идеи, а в особенности от ее последних предложений.

— Сыграем в игру, Варь. — Холодно ответил я. — Представь, что вокруг зомби-апокалипсис. Начался новый день, ты у руля. У тебя есть три яблока и два шоколадных батончика, и десять голодных ртов, двое из которых дети.

— Думаю, неуместно играть в шарады. — Наконец, подала голос Женя. — Понимаю Марка, и понимаю Варю, однако имею мнение. У нас дефицит, Варь, распределение происходило с очень тяжелым раскладом. Сейчас, общими усилиями, мы добились того, что каждый член нашей фракции имеет доступ к базовым благам. Кому не нравится жить в бараке — пусть к Микаэлю записывается в стройбат, вкалывает и строит себе дом, мы никого не ограничиваем.

— Ну ладно, ладно, — картинно примирительно подняла ладони чародейка, но в ее глазах по-прежнему плясали лукавые огоньки, — я же просто о твоем авторитете забочусь, Марк. Мы же не хотим восстаний? Мог бы, кстати, и мне поручить какие-нибудь более… значимые вопросы управления. Например, ту же внешнюю политику или координацию новичков. У меня это отлично получится, ты сам знаешь.

— Обсудим твои должностные обязанности позже, — раздраженно уклонился я от прямого ответа, понимая, что весь ее рассказ не более чем провокация, и я хочу пресечь это на корню, но только сделаю это лично, дипломатично, а не выпорю прилюдно, — вопрос распределений считаю закрытым.

Чародейка лишь вздохнула и артистично закатила глаза, чуть отвернув от меня вздернутый носик.

— Лиз, — я продолжил, переведя взгляд на девочку, которая сидела очень тихо с тех пор, как выдала шутейку об окружающем антураже, — у тебя что-то стряслось?

— Да нет, все нормально! — Приободрилась она.

— Скучно сидеть на совете? — Я вскинул бровь.

— Лиз, расскажи ему то, что рассказала мне. — Настойчиво потребовала Женя, и девочка мгновенно стушевалась.

Я нахмурился.

— Марк, ну в общем,