Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

– Вредный ты какой! Я чую, конечно, но… по запаху там лягушка!

– Она и есть. Точнее, он – лягух!

– Да ладно… А почему ты говоришь, что человек, который её несёт, обычный?

– Потому что так и есть.

– Да где ж ты видел обычного, который спокойно это вот всё воспринимает? – Итафф обвёл рукой гостиничное пространство, с радостью осознав, что спина при этом почти не отзывается болью.

– Здесь и видел – Илья, он… как тебе сказать… он спортсмен. Судя по всему, его так тренировали, что аж дрессировали. Сказано, что так и должно быть, значит, так оно и есть!

– Забавный тип! А лягух?

– Он – тоже человек. Правда, конечно, не обычный, а невыносимый. По-моему, его только Илья и выносит.

Тут со стороны лестницы послышались вопли Геннадия по поводу того, что в вестибюле сквозняк, ему так неудобно, кожа сохнет, так что его нужно опрыскать родниковой водой!

– Я тебя сейчас квасом оболью, хочешь? – невозмутимо ответствовал Илья. – Квас даже лучше – шипит и пенится – тебя будет и не слышно, и не видно!

– Короче, хорошо, что он его и выносит, и уносит! – скаламбурил Итаффин, оценив доставучесть лягуха.

– Не то слово! – Уртян смотрел на друга и очень хотел, чтобы он сказал, что передумал, что не поедет он за этим золотом, но Таф и не собирался произносить ничего подобного.

Напротив, он уверенно собирался в дорогу…

***

Соколовский самолично съездил в загородный дом Крыланы, благо его туда неоднократно приглашали. Его встретила очень мрачная хозяйка дома, опасно сузившая глаза, когда в комнату, где они беседовали, в восьмой раз кто-то заглянул и поинтересовался, а когда подавать чай, будет ли гость обедать, стоит ли ему готовить комнату, нужно ли поставить его машину в гараж, что бы он хотел к чаю.

– А может, вообще кофе? – любопытное личико молодой вороницы так и сияло стремлением угодить.

– Сгинь! Сгинь, иначе я за себя не рручаюсь! – велела Крылана, вороница уставилась на взметнувшиеся пряди, пискнула и стремительно исчезла, плотно закрыв за собой дверь.

– Достали? – посочувствовал Соколовский.

– Очень! К такому жизнь меня не готовила! – откровенно призналась Крылана. – Я не могу прривыкнуть к тому, что у меня под кррылом куча каких-то рродственниц, прристроенных сюда на службу ещё какими-то рродственницами, множество гостей, половину которых я даже не видела никогда, и все они чего-то хотят!

– Сочувствую! – душевно разулыбался Соколовский.

– А вы чего хотите? – проницательно усмехнулась Крылана, абсолютно никакого трепета при виде Сокола не испытывавшая – она всегда подозревала его в том, что он как-то не лучшим образом обращается со своей подчинённой и её подругой Таней…

– Ничего-то от вас, Крыланочка, не утаить! – шутливо покаялся Соколовский. – Я хотел вам предложить немного развеяться в киношной атмосфере! Так сказать, ни в чём себе не отказывать, отвести душеньку!

– Что? Опять ррежиссёры-сценарристы и зелёный попугай? – заинтересовалась Крылана, слегка переиначив слова из песни к советскому фильму про Красную Шапочку.

– Точно! И опять портят и хороший фильм, и жизнь моей партнёрше. Помните вы её видели, светленькая такая? Да и мне тоже подгаживают. А уж как зрителей разочаруют… И ведь главное-то что?

– И что же?

– Фильм можно спасти! Но мне нужно ваше содействие!

Крылана припомнила, что вечером у неё торжественный ужин в честь прибытия двоюродной тётки троюродной сестры Карунда, и уже почти собралась отказаться, но тут дверь опять открылась, в комнату вплыла дородная вороница, которая густым басом напомнила «Крыланочке» о том, что ей пора пить витамины и кальций.

«Крыланочка» так посмотрела на вошедшую, что та чуть с дверью не вышла, а потом громко, чтобы вторженица, подслушивающая под дверью, точно услышала, заявила:

– Я с удовольствием съезжу с вами на съёмочную площадку! Заодно и Каррунда встречу – он сегодня вечерром возврращается в Москву.

А когда по коридору затопали торопливые шаги вороницы, которая явно мчалась за подкреплением, которое могло бы убедить «Крыланочку» вести себя подобающим образом и помнить про торжественную встречу очередной незваной родственницы, Крылана строго велела Соколу:

– Поехали немедленно, а то я как раз дозрррела до глобальных воздействий на окрружающую срреду!

– Главное, дотерпите до студии! – очень серьёзно посоветовал Сокол. – А в машине почитаете сценарий – как он есть сейчас, и как его надо внушить.

– Договоррились!

И они поехали…

На съёмочной площадке царило ошеломлённое потрясение – Соколовский привёл какую-то консультантку, которая увела странно покорного режиссёра в трейлер, а потом он вышел такой… такой вдохновлённый, будто ему это вдохновение добротным пинком внушили.

– Так, кто там дальше? Сценаррист? – азартно сверкала глазами Крылана.

– Да, сейчас вам его приведут. А я пока займусь исполнительным продюсером, – белозубо улыбался Сокол.

К вечеру стало понятно, что фильм спасён, более того, вполне-вполне может потянуть на шедевр! Партнёрша Соколовского, Светлана, восхищённо сверкала глазами над переделанным сценарием, сознавая, что спасена ещё и её карьера.

Крылана же, отряхнув с себя светские враноусловности, внезапно решила, что жила она без знакомства с бесценной двоюродной тёткой троюродной сестры Карунда, которую он сам терпеть не мог, и дальше расчудесно без неё проживёт!

– А ещё я как-нибудь обойдусь без той надоеды, которая мне витамины и кальций подсовывает, хотя я пока птенцов не жду и даже не собирраюсь! Мы так сами с Каррундом решили – подождать ещё немного, пожить для себя. Но для себя же, а не для кучи незнакомой нам рродни! – напомнила себе Крылана, когда Соколовский с комфортом доставил её домой – в городскую квартиру норушного дома.

Она тут же позвонила мужу, который как раз посадил самолёт и обречённо предчувствовал общение с двоюродной тёткой своей троюродной сестры. Выслушав жену и её декларацию неповиновения, он заявил, что мечтает о спокойном вечере наедине с супругой, а не о светских приёмах, так что пусть эти самые незваные особы сами себя и развлекают!

– Могут ещё к поварру заглянуть – в виде ррразвлечения, если им так уж захочется получить стрресс! Он – медведь, ему только на пользу воррон погонять! А к нам лезть не надо! – решили супруги.

Соколовский, ехидно усмехаясь в адрес ворониц, оставшихся без объекта доставания, с удовольствием добрался до своего гостиничного кабинета и только-только там обосновался, как выяснил, что обречён на