Орден Осириса - Аргус

— Верно, — мужчина посмотрел на дочку, — ты права, он очень умен.

— Я же тебе говорила! — улыбнулась блондинка, хитро поглядывая на похищенного ею молодого человека.

Магистр задумался, встал и стал расхаживать по кабинету. Потом снова сел в кресло и медленно начал:

— Это сложный вопрос. Рассказать Вам что нам от Вас нужно, без того, чтобы не рассказать часть информации об Ордене будет невозможно. Но я должен быть уверен, что Вы об этом никому не расскажите. У Вас будет только один вариант доказать Вашу лояльность и вернуться обратно к себе домой.

— Это какой вариант? — уточнил юноша.

— Вам понравится, — улыбнулся мужчина, — давайте о деле! Доставить Вас сюда это было непростым и весьма дорогим делом, и отпустить без результата Вас не могу.

— Я Вас слушаю, — угрюмо ответил зумер, которому все происходящее нравилась все меньше и меньше.

— Виктор, как Вы думаете, сколько мне лет? — спросил его Магистр.

— Думаю, от пятидесяти до шестидесяти лет, — предположил гость.

— Верно! Этому телу пятьдесят три года, — кивнул мужчина.

— Что значит этому телу? — насторожился зумер.

— Да, Тэйя, он сразу ловит суть, — одобрительно произнес отец девушки.

— Вот именно, папа! — отозвалась дочь, завравшись с ногами на диван.

— Вы правы, Виктор! — продолжил Магистр, — в моем конкретном случае тело нужно рассматривать отдельно, а сознание в этом теле отдельно.

— Это как? — насторожился юноша, — Вы хотите сказать, что Ваше сознание не изначально присутствовало в Вашем теле?

— Именно так, — кивнул мужчина, — как Вы думаете, сколько лет моему сознанию?

— Даже гадать не буду, — усмехнулся зумер, решив что его просто разыгрывают.

— Моему сознанию чуть больше, — он на секунду запнулся, а потом добавил, — двенадцати тысяч лет.

— Сколько? — переспросил Виктор, подумав, что ослышался.

— Двенадцать тысяч лет! — твердо произнес Магистр.

— И как это возможно? — хмыкнул юноша, не поверив в такую, на его взгляд, чушь.

— Не верите? — улыбнулся мужчина.

— Не верю! — не стал врать зумер.

— Я бы тоже не поверил, но тем не менее это так, — спокойно ответил хозяин кабинета, — хотите я расскажу?

— Только если это станет препятствием для моего возвращения домой, — твердо произнес Виктор.

— Неужели Вам неинтересно? — удивился Магистр.

— Я и сам могу сочинить такое, что и сам в это поверю! — улыбнулся уже юноша.

— Да, Ваша теория с динозаврами была весьма убедительна, — рассмеялся отец девушки, — но тут другой случай. Нет, не станет. В это все равно никто не поверит, если Вы даже кому-то расскажите.

— Хорошо, я Вас внимательно слушаю! — кивнул зумер.

— Это нужно не слушать, это нужно видеть! — поднялся с кресла Магистр, — идемте, я Вам кое-что покажу.

С дивана вскочила девушка, подошла к тоже вставшему Виктору и взяла его за руку:

— Не бойся! Я с тобой! — успокаивающе произнесла она.

— Спасибо! — расхохотался внутри себя юноша, подумав, что вот этого как раз и стоит опасаться. Мужчина направился к стене за своим креслом. Там он что-то сделал и панель стены отошла в сторону открыв дверь лифта. Хозяин кабинета положил ладонь на панель сканера. Пробежала красная полоса сканера и дверь лифта открылась.

Глава 10

Тайна Магистра

— Прошу! — пригласил войти молодых людей отец девушки в кабинку. Когда все вошли, зумер увидел, что на панели было всего две кнопки. Магистр нажал на нижнюю, двери кабинки лифта закрылись и он начал движение вниз.

— То, что Вы сейчас увидите, Виктор, практически никто не видел. Даже Тейя. Это моя самая большая тайна.

— Тогда может быть не нужно мне об этом говорить и показывать? — снова забеспокоился юноша, — а потом скажите, ну все, теперь мы тебя точно не выпустим!

— Вас одного я бы точно не отпустил, — усмехнулся мужчина, бросив короткий взгляд на дочь, — но у меня в отношении Вас есть определенные планы.

Тем временем лифт продолжал опускаться.

— Мы пересекли уровень моря и погружаемся вглубь острова, — сообщил Магистр, — в место куда мы едем, можно попасть только через этот лифт.

Наконец кабинка остановилась, двери открылись и все вышли на небольшую площадку. Она имела ровный пол, а стены представляли необтёсанную базальтовую породу, которая несла грубые следы обрабатывающих инструментов в виде борозд и прорезов. Напротив шахты лифта была толстая металлическая дверь с расположенной рядом панелью управления. Магистр положил ладонь на сканер и потом набрал код. Дверь с мягким шипением открылась и мужчина пригасил молодых людей пройти внутрь помещения.

Камера переноса сознания не имела ничего общего с человеческой архитектурой. В ней полностью отсутствовали углы, прямые линии или привычные швы каменной кладки. Пространство представляло собой идеальный купол диаметром около сорока метров, вырубленный глубоко в базальтовом основании планеты, но стены его были облицованы матово-черным, антрацитовым сплавом. Этот материал казался жидким и твердым одновременно; он не отражал свет, а буквально впитывал его, из-за чего края комнаты тонули в абсолютной, бархатистой тьме.

На стыке какой-то непонятной обшивки и земной породы виднелся шрам древней катастрофы: левая стена купола была уродливо деформирована колоссальным наплывом застывшей много тысяч лет назад лавы. Базальт намертво въелся в неизвестный металл, оплавив часть сенсорных панелей, которые теперь выглядели как мертвые, остекленевшие глазницы.

Виктор всматривался в то, что размещалось в центре помещения, и его гуманитарный мозг отказывался принимать увиденное. Аппарат не был собран из деталей. Он выглядел так, словно его вырастили в лаборатории из жидкого стекла, титана и живой нервной ткани.

В центре зала, в полуметре над антрацитовым полом, абсолютно неподвижно висело трехметровое веретено. Оно нарушало все законы физики. Вокруг него не было ни магнитных колец, ни видимых излучателей — прибор просто игнорировал земную гравитацию. Его внешняя оболочка состояла из полупрозрачного композита янтарного цвета. Этот материал казался тёплым и слегка вибрировал, словно внутри него бился исполинский пульс.

Сквозь полупрозрачные стенки кокона юноша разглядел «сердце» машины — подвешенное в вакуумном поле сферическое ядро. Внутри него, подобно запертой в ловушку грозовой туче, клубился плотный фиолетовый свет. Это не было обычным свечением: