Девятиэтажка. Часть 4 - Клим Ветров

про самого Блуда. «Умён, хитёр и абсолютно беспринципен. Он умеет договариваться и выходить сухим из воды. Не верь ни единому его слову. Если представится такая возможность, лучше сразу его убить»

Метательные машины Сергея волновали мало, просто потому что он сильно сомневался что они там вообще есть. Вот пушки, другое дело. Тут он был уверен, орудия у них точно имеются. Разве что по зарядам, он не знал сколько осталось, но предполагал что по три-четыре залпа на ствол, чего вполне достаточно чтобы встретить эскадру на подходе, или десант в момент высадки.

Эти мысли преследовали его все плавание, что бы он не делал, чем бы не занимался, в голове прокручивалось одно и то же — легко не будет.

До Змеиного дошли к вечеру третьего дня, но в ночь соваться не стали. Бросили якоря на удалении от острова, а с первыми лучами солнца снялись с якорей.

Сергей стоял на носу дромона и смотрел в бинокль. Скалистые берега, почти отвесные, вздымались на десятки метров, и только в одном месте, в небольшой бухте, был пологий подъём к вершине, но он был перекрыт. Норманны превратили остров в настоящий бастион.

Вдоль всего пологого склона тянулась стена, настоящая каменная кладка, сложенная на известковом растворе. Местами, где скала подходила слишком близко к воде, стену усилили деревянными башнями, обмазанными глиной от огня. Над стеной, через равные промежутки, темнели амбразуры. Наверху, на самых высоких точках, стояли катапульты — Сергей насчитал семь штук, все нацеленные в сторону моря. Рядом с ними, на специальных площадках, лежали груды камней.

В бухте угадывались мачты кораблей. Это были те дромоны что ушли после боя с «Зорким», теперь они стояли на якорях, прикрытые с моря скалой и каменным молом. На песке, вытащенные носами на берег, темнели несколько драккаров и суда поменьше — ладьи, шнеки, какие-то местные мелкие посудины.

Людей было очень много. Сергей смотрел в бинокль, и видел как между шатрами и землянками копошатся сотни фигур. Костры, дымки, ряды щитов, составленных в козлы. Он прикинул общую численность — выходило две, а то и три тысячи. Настоящая армия, засевшая на укреплённом острове.

— Ничего себе, — негромко произнёс Артём, стоявший рядом так же с биноклем.

— Ага, — отозвался Сергей. — И это только те, кого мы видим.

В центре укреплений, над воротами, выходившими к бухте, возвышалась деревянная башня. Перед воротами был вырыт ров, а через него перекинут подъёмный мост — сейчас поднятый и прижатый к стене. На вершине башни, под самым флагштоком, стоял человек. Сергей разглядел его: высокий, в тёмном плаще, с непокрытой головой. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на приближающуюся эскадру.

Нахрапом не полезли. От первоначальной идеи — подойти на дистанцию выстрела и расстрелять всё «единорогами» — отказались почти сразу, едва осознали масштаб. Бомб к «единорогам» было всего по семь штук на ствол. Ядер — по десять. С учётом их относительной точности рассчитывать на то, что удастся подавить пушки с катапультами, и пробить стену с первых залпов, не стоило. Даже если бы каждый выстрел ложился в цель, этого бы всё равно не хватило.

Задача стояла сложная. Но Сергей знал: если удастся захватить остров, это будет не просто месть. Это будет большая победа, открывающая дорогу к большим возможностям.

Змеиный был идеальной крепостью. Никакая орда сюда не придет, к нему нельзя подойти незаметно, и отсюда нельзя так просто сбежать, но главное — производство. Девятиэтажка давно упёрлась в то, что все мощности скучены в одном месте. Один удачный штурм, один пожар, одна эпидемия — и конец всему. А здесь, на острове, можно развернуть пороховые мельницы, плавильные печи, склады. Спрятать часть арсенала подальше от чужих глаз и от возможного удара. Не хранить все яйца в одной корзине.

Встали в паре километрах от острова, прямо напротив бухты, вне досягаемости катапульт и пушек. С дромона спустили лодку, и Сергей с Артёмом перебрались на «Варяг». Прежде чем действовать, надо было обсудить детали.

Собрались прямо на носу, под навесом, растянутым от солнца. Бородин, Дронов, Сергей, Горохов, Артём, Бабка и ещё четверо командиров. Бородин посмотрел на остров, и бросил коротко:

— Главное катапульты разбить, пока они живые, десант не высадить.

Все закивали. Катапульты были главной угрозой, если они ударят зажигалками по кораблям или десанту, это будет катастрофа. Даже пушки, захваченные норманнами, не так страшны, как эта горящая дрянь.

Дронов, хмурился, наверняка уже прикидывая в уме дистанцию, ветер, поправки.

— Я, конечно, попробую, — сказал он, почесав затылок. — Но шанс невелик. Одно дело — по городу «кидать», когда не особо важно, куда прилетит. И совсем другое — так, точечно. Даже если все бомбы выпустить, не факт, что хоть одна ляжет куда надо.

Сергей, поднеся бинокль к глазам, всмотрелся в бухту.

— А если высадить небольшой десант со стороны скал? — предложил он. — Пройти пешком до границы с бухтой и оттуда поддержать основную высадку, подавляя защитников. Как вам такое?

Дронов с сомнением покачал головой.

— Подойти будет сложно, там рифы, и пешком пройти вдоль берега не удастся, глубоко, да и сверху камнями закидают.

— Может ночью? — не сдавался Сергей, опуская бинокль.

Дронов покачал головой.

— Ночи сейчас лунные, заметят. Так что, — он развёл руками, — кроме бомбёжки и последующей высадки в лоб, вариантов других нет.

Бородин, до этого молча слушавший, кивнул.

— Согласен.

Ещё какое-то время ушло на корректировку плана, и закончив совещание, все расплылись по своим кораблям, а вскоре эскадра выстроилась для атаки.

«Варяг» и «Стремительный» в центре, чуть выдвинувшись вперёд, дромоны — на флангах, драккары — позади, готовые рвануть к берегу. На острове на них смотрели сотни глаз, невооружённых, но внимательных. Сергей же наблюдал за приготовлениями защитников в бинокль, и то, что он видел, ему не нравилось.

Норманны спокойно готовились. Расчёты катапульт суетились у орудий, выравнивали желоба, проверяли натяжение. У ближайшей уже лежал глиняный горшок, обмотанный просмолённой паклей, явно зажигалка.

Пушек Сергей заметил пока две: одну на нижней площадке, нацеленную в сторону воды, и вторую — на верхней, рядом с башней. Было непонятно, то ли их столько и осталось после прошлого боя, то ли ещё пару они припрятали, дожидаясь, пока эскадра подойдёт ближе. Люди на стенах — бородатые, в кольчугах и кожаных доспехах, не дергались, бесстрастно взирая на приближающийся флот.

Первой целью Дронов выбрал ближнюю баллисту. «Единорог» на «Варяге» рявкнул, выплюнув облако белого дыма, и бомба, кувыркаясь, пошла по дуге. Сергей, не отрываясь от бинокля, следил за её