Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

Министр внутренних дел поручил своему чиновнику, действительному статскому советнику, «обозреть эту местность и представить соображение о предполагаемой пользе» нового моста через Обводный канал вблизи Гутуевского острова.

Чиновник министерства начал с опроса владельцев предприятий на Гутуевском острове: те ответили, что о постройке моста не просили, «надобности в нем не имеют», им достаточно и Нарвского (нынешнего Гутуевского) моста, а что заводов на острове мало – так земля низменная, на ее «возвышение» «требуются большие капиталы». Затем, просмотрев список тех, кто подписал прошение Эссену, обнаружил, что четыре человека из них владеют в этом районе домами, а посему только они и имели бы от постройки моста «одно удобство, что для них открылся бы ближайший проезд в Екатерингоф». Следующим выводом министерского «обозревателя» было то, что построение моста вовлечет город в значительные издержки и причинит «стеснение судоходству» (в эту часть Обводного канала всегда ставили суда «на зимнее время»).

Итог закономерен. В декабре 1842 г. Николай I, по докладу главноуправляющего путями сообщения и публичными зданиями относительно ходатайства бывшего военного генерал-губернатора о постройке деревянного моста через Обводный канал «не изволил изъявить Монаршаго на сие соизволения».

В начале 1846 г. Н.Ф. Мусин-Пушкин вместе со статским советником Анненским, испросил дозволения в 1-м квартале Нарвской части на арендованном ими участке, принадлежавшем князю Сергею Михайловичу Голицыну, возвести кузницу, деревянные «дом для конторы рабочих», конюшни и сарай «для складки фуража». Ходатайство было удовлетворено.

Выпускник Царскосельского лицея, обер-секретарь 1-го Департамента Сената Федор Николаевич Анненский в 1847 г. вышел в отставку, мотивируя свое ходатайство оставить службу на время «по домашним обстоятельствам». Однако надежды на улучшение материальных дел не оправдались, через два года Анненский вновь поступил на службу. В начале 1870-х гг., как пишет биограф его сына, знаменитого поэта, переводчика и педагога Иннокентия Федоровича Анненского, пустился в сомнительные коммерческие предприятия и неудачные сделки по купле и перепродаже, что привело его к крупным служебным неприятностям[140].

Последняя квитанция, найденная в архиве, выданная в Думе Н.Ф. Мусину-Пушкину за платеж «с оценки повинности», датирована 1865 г., в ней указывался только один его собственный дом – в Адмиралтейской части.

Не позднее 1863 г. следующим владельцем участка (уже под № 38 по Петергофскому проспекту) стал потомственный почетный гражданин Андрей Михайлович Северов (1820-1890). Затем уже участки (под № 46, 48 и 50/6 по проспекту) перешли к его вдове, Анне Васильевне Северовой.

В июле 1882 г. А.В. Северова вместе с еще шестью лицами, в том числе – потомственным почетным гражданином А.В. Алферовским и братьями, коллежским секретарем Василием Николаевичем и кандидатом математических наук Петром Николаевичем Болдыревыми, выдали доверенность надворному советнику Ф.В. Бестужеву-Рюмину. Он представлял их интересы по вопросу прокладки новой улицы через их дворовые места, правда, не в Нарвской части, а Выборгской.

К 1913 г. А.В. Северова продала свои участки на Петергофском проспекте и переселилась в центр города.

…И немного о последних владельцах бывшего участка отставного капитана Мусина-Пушкина.

Участком № 52 (по проспекту) владел Александр Ермолаевич Васильев, № 54 – Василий Киприанович Куприянов, № 56 – ресторатор, владелец трактира и чайной, потомственный почетный гражданин Андрей Егорович Егоров. На месте участка № 56 – дом постройки 1934-1935 гг.

На соседних участках сейчас мы видим два дома – № 54 и № 52.

Пятиэтажный дом В.К. Куприянова, высотой почти 18 м (ныне – дом № 54), строился с мая 1910 г. по август 1911 г. по проекту архитектора Михаила Ивановича Вилькена.

В своем основании дом имел площадь 4,1 тыс. кв. м. Жилые помещения занимали более 1300 кв. м, торговые – более 120 кв. м, крыша – 504 кв. м.

Стены дома были оштукатурены. Дом насчитывал 109 окон, один открытый балкон (сохранился), 30 плитных, 8 паркетных и 28 дощатых полов, 97 двустворчатых дверей и 75 одностворчатых, 15 голландских и 28 круглых печей, 21 кухонный очаг, 21 ватерклозет, 21 раковину и 14 ванн «с котлами».

Посмотрим (выборочно), кто проживал в доме в 1911 г., но не с точки зрения должностей и званий жильцов (это все можно узнать через издание «Весь Петербург»), а по количеству снимаемых комнат представителями того или иного сословия. Эти сведения имеются в архивном деле[141].

Старо-Петергофский пр., 54. Фото автора, 2013 г.

На первом этаже проживала крестьянка Богданова (3 комнаты), мещанин Либман (2 комнаты) и располагались бакалейная лавка Оводковой и табачный магазин Филатова. Подвал и кладовые арендовало Акционерное общество продажи гарантированных лабораторным исследованием вин «Latipac».

На втором этаже – крестьянин Муркин (3 комнаты), крестьянин Самородский (3 комнаты), мещанка Вершинина (4 комнаты). На третьем этаже – дворянин Караткевич (4 комнаты), крестьянин Михайлов (4 комнаты).

Домовладелец, крестьянин Кологривского уезда Костромской губернии плотник В.К. Куприянов проживал на третьем этаже в квартире № 8 – пять комнат, передняя, кухня, ванна и коридор.

На четвертом этаже трехкомнатную квартиру снимал потомственный дворянин Т.Л. Святополк-Мирский (с Франко-Русского завода), его соседкой была крестьянка Илютина (4 комнаты). Четыре квартиры пятого этажа снимали – два крестьянина, мещанин и жена инженера-технолога.

Чистый доход В.К. Куприянова с отдачи жилых и торговых площадей внаем в 1911 г. составлял 5613 руб.

Через год к числу квартиросъемщиков добавились жена полковника, ремесленник, крестьяне, дантист, студент-технолог Н.П. Алексеев (снимал 4 комнаты с кухней), крестьянка А.М. Петрова (4 комнаты), колонист Павел Карлович Келлер.

Часть квартир была телефонизирована.

Во двор дома входили через железные ворота.

На левой стороне двора находилось одноэтажное бетонное, с площадью основания в 21,3 кв. м и высотой 3,6 м, строение служб. Оно имело три окна, кухонный очаг, две «прачешные», одно отхожее место и одну раковину.

В ноябре 1911 г. В.К. Куприянову под залог имущества, оцененного в 62 900 руб., выдана ссуда в размере 47 100 рублей сроком на тридцать семь с половиной лет. То есть возвратить ссуду Кредитному обществу крестьянин-домовладелец Куприянов должен был не позднее 17 мая 1949 г.

Почти через два года Куприянов получил еще одну ссуду (50 300 руб.) на тот же срок.

Участок, принадлежавший петербургскому ремесленнику Александру Ефимовичу Васильеву (проживавшему в Дровяном переулке), составлял площадь в 2380,5 кв. м. По СтароПетергофскому проспекту длина участка равнялась 27 м, по берегу Таракановки – столько же. В 1911 г. имущество (строения и земля) оценивалось в 64 200 руб.[142]

Нынешний пятиэтажный дом № 52 на август 1911 г. имел площадь основания 436,5 кв. м. Нововыстроенный дом стоял на каменном фундаменте, на нежилых подвалах. Стены на4/5 высоты всего строения были оштукатурены. Площадь крыши равнялась около 524 кв. м. Высота дома – 18,7 м. Дом имел 96 окон, деревянные ворота,