Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля - Леона Эльсворд

А следом пришло ощущение тепла. Густого, надежного, умиротворяющего тепла рядом.

Я приоткрыла глаза. Сквозь неплотно задернутую занавеску иллюминатора пробивался мягкий утренний свет, расчерчивая каюту полосами золота и речного перламутра. Воздух был напоен свежестью моря и ароматом согретого дерева.

Рядом со мной спал Эрик.

Одной рукой он по-хозяйски обнимал меня за талию, прижимая к своему боку даже во сне. Одеяло сползло до пояса, обнажая широкую спину и сильное плечо, на котором темнела затягивающаяся царапина после шторма.

Без своего камзола, без холодного взгляда наследного принца и насмешливых светских улыбок он казался удивительно домашним и уютным. Темно-русые волосы разметались по льняной подушке, длинные ресницы отбрасывали тени на четкие скулы.

В груди разлилась незнакомая, щемящая нежность. В прошлой жизни мои утра начинались с дребезжащего будильника, чашки растворимого кофе на бегу и бесконечных списков неотложных задач. В доме Дрейка я просыпалась в ледяном поту, ожидая очередного скандала.

А сейчас мне не хотелось никуда бежать. Хотелось просто лежать вот так, слушая ровное дыхание мужчины, спасшего меня от шторма.

Я осторожно шевельнулась, пытаясь высвободиться из его захвата, чтобы не разбудить. Но не успела сделать и движения, как сильная рука на талии собственнически сжалась, притягивая меня обратно.

- Даже не вздумай сбегать, - раздался хриплый сонный голос у самого моего уха.

Я тихо рассмеялась, повернув голову:

- Ты притворялся, что спишь?

- Я чутко охранял свою добычу, - Эрик лениво приоткрыл один серый глаз и улыбнулся той самой неотразимой улыбкой, от которой кружилась голова.

Его взгляд медленно скользнул по моим открытым плечам, растрепанным волосам и припухшим от ночных поцелуев губам. В глазах принца снова вспыхнули знакомые опасные искры:

- Доброе утро, моя буря.

- Доброе утро, ваше наглое высочество, - улыбнулась я в ответ, чувствуя, как щеки заливает краска. - Звучит так, будто ты считаешь, что я уже принадлежу тебе.

Эрик приподнялся на локте, простыня соскользнула еще ниже, открывая рельефный пресс:

- Я не считаю тебя вещью, Элира. Но я определенно считаю, что мне сказочно повезло влюбиться в самую потрясающую женщину на свете.

Сердце снова радостно подпрыгнуло. Он умел говорить комплименты без фальши, легко и уверенно.

Я попыталась сохранить напускную строгость и кивнула в сторону иллюминатора:

- Солнце уже высоко. Команда вовсю работает на палубе. Скоро нас начнут искать.

- Пусть ищут, - невозмутимо парировал он, наклоняясь ближе.

Его пальцы бережно убрали прядь волос с моей шеи, а горячие губы коснулись чувствительной ямочки у ключицы. По телу мгновенно пробежала сладкая дрожь.

- Эрик… - выдохнула я, судорожно втягивая воздух.

- М-м?

- Ты ведешь нечестную игру.

- Я просто пользуюсь положением капитана, - он приподнял голову, лукаво сощурившись. - На моем корабле действуют мои правила.

Я посмотрела на него серьезнее, и улыбка постепенно сошла с моих губ. Внутри шевельнулся застарелый, въевшийся за годы страх:

- Знаешь… Мне всё еще страшно.

Эрик мгновенно уловил перемену в моем голосе. Он прекратил ласки, отстранился ровно настолько, чтобы видеть мои глаза, и внимательно вгляделся в мое лицо:

- Чего ты боишься? Меня?

- Нет, не тебя, - я покачала головой, подбирая слова. - Мне страшно от того, насколько мне с тобой хорошо. Я слишком долго жила в аду. Дрейк тоже когда-то обещал золотые горы, а потом превратил мою жизнь в бесконечную пытку. Разум подсказывает, что сказок не бывает, и я боюсь снова проснуться у разбитого корыта.

В каюте повисла гулкая, понимающая тишина.

Эрик не стал отшучиваться или сыпать дежурными заверениями. Он бережно накрыл мою щеку ладонью, заставив поднять взгляд:

- Посмотри на меня, Элира.

Я посмотрела в его ясные, чистые серые глаза.

- Я не Дрейк, - произнес он твердо, с весом королевской клятвы. - И я никогда не подниму на тебя руку, не предам и не запру в четырех стенах. Мне не нужна покорная кукла. Мне нужна ты - живая, гордая, настоящая. Запомни это раз и навсегда.

И в этот момент я поняла, что верю ему безоговорочно. Тяжелый камень, давивший на грудь долгие годы, окончательно рассыпался в прах.

Я слабо улыбнулась, проведя кончиками пальцев по его плечу:

- Хорошо. Я запомнила.

Эрик облегченно выдохнул, и на его лице снова расцвела та самая мальчишеская улыбка:

- Вот и славно. А теперь у нас есть одна серьезная проблема.

- Какая же?

- Если ты будешь продолжать так смотреть на меня, мы не выйдем из этой каюты до самого заката.

Он одним плавным движением перекатился, нависая надо мной и прижимая к матрасу. Я ахнула от неожиданности, вцепившись в его плечи, и звонко рассмеялась:

- Ваше высочество, вы неисправимы!

- Зато предельно честен в своих намерениях, - шепнул он, наклоняясь к моим губам.

Но коснуться поцелуем он не успел.

В массивную дверь каюты с оглушительным грохотом заколотили кулаком.

- Ваше высочество! - раздался из коридора громовой, полный неприкрытого веселья голос Элиаса. - Либо вы сию секунду отпираете дверь, либо я объявляю траур по безвременно почившему от великого счастья принцу Эйры!

Я уткнулась лбом в плечо Эрика, давясь безудержным хохотом.

Принц замер, закрыл глаза и с мученическим стоном уронил голову мне на грудь:

- Клянусь всеми богами моря… Я когда-нибудь скормлю этого здоровяка акулам.

- Неправда, - сквозь смех прошептала я, гладя его по растрепанным волосам. - Ты ценишь его преданность.

- Ценю, но исключительно на безопасном расстоянии от моей спальни, - проворчал он.

Стук повторился с новой силой.

- И между прочим! - не унимался Элиас за переборкой. - Боцман уже