Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля - Леона Эльсворд

Эрик перенес меня через полутемную комнату к широкой капитанской кровати, застеленной темным сукном, и бережно опустил на мягкие подушки.

За круглыми иллюминаторами плескалось бескрайнее ночное море, а в каюте начиналась совсем другая, счастливая история.

Глава 24

Глава 24

Широкая капитанская кровать приняла меня мягко. Перина пружинила, темное суконное покрывало приятно холозило разгоряченную кожу сквозь тончайший шелк халата.

Под потолком неровно подрагивал теплый янтарный огонек масляной лампы. Золотистые блики скользили по полированным балкам каюты, отражаясь в серых глазах Эрика. Он не упал сверху тяжелым грузом, не прижал силой - он навис надо мной, уперевшись ладонями в матрас по обе стороны от моей головы, удерживая собственный вес.

Несколько долгих мгновений он просто смотрел. Жадно, пристально, словно запоминал каждую черточку: изгиб бровей, растрепавшиеся по подушке светлые пряди, часто вздымающуюся грудь и лихорадочный румянец на моих скулах.

Его дыхание касалось моих губ, а тепло мощного мужского тела согревало лучше любого огня. Затем он медленно, едва касаясь кончиками пальцев, провел по моей щеке. Прикосновение было невесомым, почти робким - словно он боялся, что я исчезну, растаю призрачным видением.

- Ты можешь остановить меня в любую секунду, Элира, - негромко произнес он.

Его голос звучал низко, с хриплыми, вибрирующими нотками, выдававшими то колоссальное усилие, с которым он держал себя в руках:

- Скажи только одно слово. И я сразу отступлю. Обещаю.

От этих простых, спокойных слов в груди что-то болезненно и сладко надломилось.

В прошлой жизни на Земле я привыкла всё решать сама, годами отбиваясь от чужих претензий и ожиданий. А в этом мире память прежней хозяйки тела услужливо подсовывала воспоминания о Дрейке. Дракон никогда не спрашивал разрешения. Он не смотрел в глаза, не интересовался желаниями - он просто брал то, что считал своей законной собственностью по праву силы и брачных уз. Для него женщина была лишь красивой куклой, обязанной терпеть и подчиняться.

Эрик был другим. Наследный принц великого королевства, привыкший повелевать армиями и кораблями, сейчас добровольно отдавал власть надо мной в мои же руки.

Я подняла руку, скользнула ладонью по его жесткой, чисто выбритой скуле, ощущая подушечками пальцев ровный жар его кожи, и тихо, но отчетливо выдохнула:

- Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Взгляд Эрика мгновенно потемнел, превратившись в грозовое море.

Он наклонился и накрыл мои губы поцелуем - на этот раз глубоким, тягучим и ошеломляющим. Исчезла осторожность, уступив место взаимной, копившейся днями страсти. Я тихо застонала, когда его сильные руки скользнули под мою спину, приподнимая и прижимая к своей широкой груди. Я чувствовала, как бешено и гулко колотится его сердце - в унисон с моим.

Его губы покинули мой рот, оставляя влажный след на подбородке, скользнули к пульсирующей жилке на шее, к ключице. Он коснулся поцелуем тонкой серебряной полоски шрама - следа разорванного рабства, - заставив меня судорожно выгнуться навстречу.

- Богиня… Какая же ты невероятная, - выдохнул он мне в кожу, обжигая горячим дыханием.

Пальцы Эрика нащупали шелковый пояс халата и потянули за край. Тонкий узел легко поддался. Прохладная ткань цвета лунного серебра соскользнула с моих плеч, обнажая тело.

Взгляд принца стал жадным, но в его движениях по-прежнему не было ни капли грубости. Его горячие ладони медленно оглаживали изгибы моей талии, скользили по бедрам, заставляя кожу вспыхивать миллионами электрических искр. Каждое его прикосновение смывало старые страхи, исцеляло память от прежней грязи и унижения.

Я больше не была бесправной жертвой. Я была живой, желанной, настоящей женщиной, которая сама выбирала свою судьбу и мужчину рядом.

Я запустила пальцы в его густые темные волосы, потянула на себя, требуя нового поцелуя. Мои ладони скользили по рельефным мышцам его плеч и спины, очерчивая старые боевые шрамы. Эрик глухо выдохнул сквозь стиснутые зубы, сдерживая нарастающий ураган чувств:

- Элира… Если ты продолжишь так ласкать меня, я окончательно потеряю рассудок.

- Теряй, - с вызовом шепнула я ему прямо в губы. - Я разрешаю.

Он тихо рассмеялся - хрипло, счастливо - и подмял меня под себя.

В эту ночь времени больше не существовало. Было лишь сбившееся дыхание на двоих, шепот в полутьме, сплетение пальцев и обжигающая волна наслаждения, накатившая сладко и неотвратимо, точно океанский прибой.

Когда шквал наконец утих, оставив после себя блаженное бессилие, Эрик бережно уложил меня на свое плечо, укрыв суконным одеялом. Его рука покоилась на моей талии, пальцы лениво перебирали шелковистые пряди моих волос.

Он долго молчал, глядя, как ровно вздымается моя грудь. А затем приподнялся, взял мое лицо в свои теплые ладони и посмотрел мне прямо в глаза - без масок, открыто и бесконечно серьезно:

- Я люблю тебя, Элира.

Слова упали в тишину каюты, как чистые хрустальные капли.

Я замерла, боясь шелохнуться. Внутри меня рухнули последние возведенные разумом стены. Ни в прошлой жизни на Земле, полной карьерных гонок, ни в этом холодном мире никто и никогда не говорил мне этих слов с такой сокрушительной, безусловной искренностью.

Глаза предательски защипало. Горячая слезинка скатилась по щеке, упав на его ладонь.

Эрик встревожился, нахмурив темные брови:

- Эй… Ты плачешь? Я сказал что-то не то?

Я покачала головой и тихо рассмеялась сквозь подступающие слезы, прижимаясь щекой к его широкой груди:

- Всё то, Эрик… Просто меня еще никто и никогда так не любил.

Он с облегчением выдохнул, крепче прижал меня к себе и поцеловал в макушку:

- Значит, привыкай, моя буря. Отныне так будет всегда.

За толстыми деревянными бортами плескалось ночное море, а в каюте царил покой, о котором я раньше не смела даже мечтать.

Глава 25

Глава 25

Утро наступало неторопливо.

Сначала сквозь дрему пробились