О моем перерождении в сына крестьянского 3 - Анатолий Михайлович Нейтак

следует вычесть примерно 6–8. Возможно, даже полный десяток и более, если речь про такого же, как я, обладателя вполне развитого класса золотого ранга. Да и незнание боевых заклинаний подрезает крылышки. Ну да это уже дело наживное.

…а знаете, что забавнее всего? То, что чуть ли не максимум пользы от состоявшегося боя получили те, кто в нём не участвовал вовсе.

Я про Альтею и Филвея.

Маленькое примечание в профиле Лейты: «Отсвет особенности [Бутон Духа Жизни] возможно отбросить на чужие плоть и дух». Устранение узкого места у меня, продиктованного отстающей классовой особенностью номер один. Возможно, ещё какие-то дополнительные факторы, сыгравшие свою роль… не знаю: я в таких недоисследованных областях плаваю, как нерадивый студиоз в дополнительных темах.

Суть в том, что после очередного и особо длительного, на несколько часов, падения в синхрон наши клонодети по уровням догнали Шелари и почти догнали Гариха.

И озолотились.

Не в полной мере, не до конца — но ранги их классов и части особенностей эволюционировали. А вернее, сократили разрыв с нашими, эталонными. Резкий такой, мощный рывок.

Мне бы порадоваться: как же, ведь теперь-то наше с Лейтой отбытие в Империю не испортит уже тревога об остающемся позади. Клонодетки с лёгкостью впишутся на наши места в команде, не окажутся отстающими, типичными слабыми звеньями. Детский сад в подземелье, соответственно, нисколько не потеряет в качестве снабжения, а маленьких Ассуров будет кому согреть заботой.

Я и радовался. Ведь всё хорошо! И станет ещё лучше!

Только вот где-то на заднем фоне зудела, как комар в ночи, недоверчивая, параноидальная мысль: с чего это вдруг такой поток успехов, да всё на нас? Если светлая полоса уже не просто светлая, а прям вся из себя сияющая, то какой окажется идущая за ней тёмная полоса?

Чем выше вскарабкался, тем больнее падать.

Удача и неудача ходят рука об руку. Родственницы всё-таки.

И я старательно давил эту тревожную, знобкую мыслишку, да только никак не мог задавить вовсе. Очень она оказалась живучей. Иррациональные предчувствия — они такие.

Оставалось лишь утешать себя по примеру стоиков, напоминая: сделать больше, чем я могу, никак не возможно. Коли так, то накручивать себя незачем. Вот начнутся ожидаемые неприятности, так и станем думать, как их разгребать. А пока всё хорошо — радуемся… и выводим клонодеток в свет.

Краешком. На одну десятую.

Пора.

— Йо, Ершица! Как шикарны и остры твои колючки! Ух прям!

Шелари развернулась, опуская меч и дагу, поинтересовалась со вздохом:

— Долго это хоровое исполнение репетировал?

— Вообще нисколько. Нам ментальной синхронизации хватает с избытком, — мы с Филвеем дружно переглянулись и дали друг другу пять. — Гарих, подходи тоже, новости есть, — добавил я уже без «эха», организованного клоносыном. — И где Тарус?

— Дед закаляется внизу.

Речь шла о вертикальной шахте, выкопанной мной ещё во времена одиночной робинзонады в Лесу Чудес «на случай битвы чудищ». С тех пор мы её облагородили и улучшили, то есть в основном я: сменил форму колодца в верхней части и чародейских барьеров натыкал, чтобы детишки не могли случайно упасть сразу до самого дна; в шахту добавил ухватистые скобы, столбы для быстрого спуска и лестницу для подъёма ножками; оформил на разной высоте ниши в коротких ответвлениях, чтобы отдыхать и/или медитировать во время подъёмов и спусков, выбирая удобную глубину с нужной плотностью фона.

В общем, вместо убежища на крайний случай (скорее, вместе с ним) создал своего рода ступенчатое испытание или, если угодно, тренажёр с настраиваемой сложностью. Свободные от вахт воины полюбили состязание «кто спустится глубже и дольше продержится», да и Ринха, с её-то удобной особенностью, там чуть ли не ночевала.

А Тарус за этим безобразием приглядывал, как взрослый и ответственный.

Ну и собственными медитациями около дна шахты не пренебрегал. Хоть не Авангард он, однако шоковые погружения в плотный фон маны полезны всем…

Если не увлекаться сверх разумного.

— Давно он там?

— Да, так что скоро должен вернуться.

— Вот и хорошо. О, я его уже чую.

— А я ещё нет, — вздохнул клоносын.

— Ничего, какие твои уровни? Научишься ещё. Особенно если продолжишь ментал развивать.

Шелари нахмурилась, переводя взгляд с меня на него и обратно.

— Ты ведь не Тень. И почему у тебя лицо, как у Ассура?

— Это всё часть новостей. Но не ершись и подожди деда: не хочу объяснять всё по второму разу.

— Ну-ну.

Однако ершиться дальше она всё же не стала.

Вообще влияние Гариха сделало её поспокойнее. Как и новый опыт. Вот в столице — там да, там она вполне искренне смущалась, злилась, удивлялась и так далее. А нынче младший Арьергард естественные реакции, убавившие в остроте, скорее имитирует лёгким (или не очень) наигрышем.

Создаёт привычную атмосферу дружеской близости и непринуждённости.

Сам Гарих, тихушник, просто стоял в стороне, как обычно… и как обычно же изучал новый объект в поле зрения. То бишь моего клоносына. Молча. Что он там себе подмечает и какие выводы делает? Без понятия. Да, не так-то просто, глядя краем глаза на его каменную физиономию, заподозрить, что истинный характер нашего Авангарда довольно мерзкий. Он злопамятен, обидчив, мстителен, параноидален и, как будто этого мало, на удивление раним. Меланхолик, изображающий флегматика. Но изображающий так долго, упорно и талантливо, что в значительной мере перековался. Стал из того, каким уродился, таким, каким хотел бы себя видеть. Причём по большей части — без посторонней помощи! И без всяких читов, вроде осколков памяти о прошлой жизни, но с отягощением в виде неблагоприятной среды.

Self-made man, дистиллированный пример.

Что ни говори, везёт мне на талантливых людей. Правда, Гариха приметила и привлекла Ершица, но это уже мелкие детали. Принять другого и суметь не оттолкнуть — тоже не так-то просто; причём как раз с талантами, сплошь и рядом ершистыми (ха-ха!), нужна особая деликатность.

Господин Лапка соврать не даст!

Тут я вынужденно отложил философствования, поскольку в отдельном подземном зале, обычно зарезервированном за нашей командой, наконец-то появился Тарус. Зная, насколько тонкий у него слух, я без дальнейших прелюдий начал:

— О том, что мы с Лейтой скоро отбываем в Империю, вы все в курсе. О том, что мы готовились к этому, вы тоже наверняка догадывались. Так вот, часть этой подготовки наконец-то можно представить почтеннейшей публике. Знакомьтесь: Филвей! Мой, можно сказать, старший близнец.

— Что?

— Не что, Ершица, а кто. На время моего отсутствия он будет заменять меня в команде точно так же, как Лейту заменит Альтея… они подойдут чуть позже.

— Так.