Иной Невилл. Книга первая - Rus

отрывалось от стола. Пусть оно удерживалось в воздухе всего пару секунд, прежде чем бессильно упасть, для Невилла это был прогресс, за который профессор Флитвик не забывал его похвалить.

Удивительно, но со временем Невиллу стало легче себя контролировать. Постоянные унижения и оскорбления уже не ранили так глубоко. То ли он начал привыкать, то ли мириться со своей участью, то ли призрачная надежда на «исцеление» придавала ему сил. А, возможно, всё вместе.

Например, после очередного унижения у всех на виду от Снейпа на Зельеварении Невилл сумел сдержать свои эмоции и не разреветься. Он просто смотрел в свой котёл, опустив голову, а внутри всё кипело от стыда и ярости. Невилл ненавидел Снейпа всей душой. Он не понимал, как педагог может быть настолько бездушным. Кем надо быть, чтобы унижать детей, систематически их травить, будучи тем, кто должен их обучать и помогать становиться лучше. Снейп словно чувствовал слабость и с особым наслаждением бил именно по таким, как Невилл.

Мальчик понимал: с его дядей Мэттом Снейп не посмел бы разговаривать в таком тоне. Мэтт, суровый аврор и сильный волшебник, который не спускал оскорблений ни в свой адрес, ни в адрес семьи, быстро заставил бы его сменить пластинку. Мечта стать аврором, как и дядя, только крепла в сердце Невилла.

К огромной радости Невилла, его способности к Трансфигурации продолжали прогрессировать. На уроках профессора МакГонагалл он полностью компенсировал очки, потерянные на других предметах.

— Я сегодня же отправлю новое письмо вашей бабушке, Лонгботтом, — сказала профессор МакГонагалл, глядя на его безупречную работу с едва скрываемой улыбкой. — Уверена, Августа будет счастлива услышать о ваших новых достижениях.

В такие моменты Невилл жалел лишь об одном — что у них не было спаренных уроков со слизеринцами по Трансфигурации. Он с удовольствием посмотрел бы на их лица.

* * *

Приближалась принципиальная игра по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином. Невилл видел, как нервничал Гарри. Да и другие игроки команды были не слишком спокойны. Мысль о том, что они могут обогнать Слизерин в школьном чемпионате, грела всем душу, ведь за последние семь лет это никому не удавалось. Но шансы на то, что такой пристрастный судья, как Снейп, позволит им это сделать, были не слишком велики.

Рон и Гермиона, проводив Гарри в раздевалку, нашли свободные места на трибуне и сели рядом с Невиллом. Тот никак не мог понять, почему у них такой мрачный и озабоченный вид и зачем они принесли с собой на игру свои волшебные палочки. Невилл не знал о том, что они тайком ежедневно практиковали Обезноживание — то самое заклятие, которое наложил на Невилла Малфой. Эта идея пришла им в голову одновременно как раз в тот день, когда Гермиона расколдовала Невилла. Они были готовы наслать проклятие на Снейпа в тот самый момент, когда им хоть на мгновение покажется, что тот хочет причинить вред Гарри.

— Значит, не забудь, надо произносить «Локомотор Мортис», — тихо сказала Гермиона, когда Рон спрятал свою палочку в рукав.

— Я помню, — отрезал Рон. — Не будь занудой!

Невилл нашёл на трибуне Снейпа. Складывалось ощущение, что он был чем-то раздосадован. Если не сказать — зол. Это заметил и Рон.

— Никогда не видел его таким злобным, — сказал Рон. — Смотри, они начинают. Ой!

Кто-то сзади ударил Рона по затылку. Разумеется, это оказался Малфой.

— О, Уизли, извини, я тебя не заметил.

На лице Малфоя была издевательская усмешка. Стоявшие рядом с ним Гойл и Крэбб тоже ухмылялись.

— Интересно, как долго Поттеру удастся удержаться на мётле? — громко спросил Малфой, зная, что Рон, Гермиона и Невилл прекрасно его слышат. — Кто-нибудь хочет поспорить? Может, ты, Уизли? Хотя да, спорить-то тебе не на что…

Рон не ответил, он внимательно смотрел на поле, где Снейп только что наказал Гриффиндор штрафным очком за то, что Джордж Уизли отбил бладжер в его направлении. Гермиона, которая сидела, положив руки на колени и скрестив все пальцы, не сводила глаз с Гарри. Тот кружил над остальными игроками, оглядываясь по сторонам в поисках своего мяча.

— Кажется, я понял, по какому критерию в Гриффиндор набирают сборную по квиддичу, — громко заявил Малфой несколько минут спустя, когда Снейп снова наказал Гриффиндор штрафными очками, причём абсолютно без повода. — Жалость — вот чем они там руководствуются. Вот возьмём Поттера — он сирота. Возьмём близнецов Уизли — они абсолютно нищие. Так что странно, что они не взяли в команду тебя, Лонгботтом, — ведь у тебя начисто отсутствуют мозги.

Невилл густо покраснел, но всё-таки нашёл в себе силы повернуться к Малфою.

— Я сто́ю десятка таких, как ты, понял, жалкий слизеринец? — пробормотал он, запинаясь.

Малфой, Крэбб и Гойл покатились со смеху. Невилл неуверенно посмотрел на Рона. Рон почувствовал его взгляд, но просто не мог отвести глаза от происходившего на поле.

— Разберись с ним сам, Невилл, — шепнул он.

— Знаешь, Лонгботтом, если бы мозги были из золота, ты бы всё равно был беднее Уизли, а это показатель, — не успокаивался Малфой.

Рон так переживал за Гарри, что нервы его были напряжены до предела.

— Я предупреждаю тебя, Малфой, — прорычал он, на секунду отворачиваясь от поля. — Ещё одно слово…

— Рон! — вдруг воскликнула Гермиона. — Смотри на Гарри!..

Гарри внезапно устремился вниз, красиво войдя в пике, на которое зрители отреагировали аплодисментами, восторженными воплями и изумлёнными криками. Гермиона вскочила с места, не понимая, что происходит, а Гарри пулей нёсся к земле.

— Тебе повезло, Уизли, кажется, Поттер заметил на поле мелкую монетку! — растягивая слова, произнёс Малфой.

Рон не выдержал. И прежде чем Малфой понял, что происходит, Рон уже сидел на нём, придавливая его к земле. Невилл несколько мгновений колебался, а потом кинулся ему на помощь.

— Давай, Гарри! — завопила Гермиона, глядя, как Гарри летит, набирая скорость, прямо на Снейпа. Она уже поняла, что это он сам направил мётлу вниз, и нервное напряжение сменилось ликованием. Она даже не замечала, что позади неё идёт ожесточённая борьба и по земле катается клубок из пяти тел, из которого беспрестанно вылетают поднятые кулаки и доносятся звуки ударов и вскрики.

Драка была отчаянной и беспорядочной. Крэбб, обладавший внушительными габаритами, одной рукой оттащил Рона от Малфоя и навалился на него. Уизли яростно отбивался, но тот, словно не замечая ударов, пытался заломить ему руки. Невилл почувствовал, как тяжёлый кулак Гойла врезался ему в ребро, выбивая воздух, но ярость, копившаяся неделями под гнётом насмешек, наконец вырвалась наружу. Увернувшись от очередного удара Гойла, Невилл напрыгнул на поднимающегося Малфоя и