Рунный Страж - Ринат Тактарин

Уши, к слову, и сейчас не маленькие, как, впрочем, и нос, — я подошёл к зеркалу.

На меня смотрел длинный, нескладный гуманоид, даже вопрос возникал.

Что во мне нашла Машка? Разве я её достоин? Мама назвала бы эти вопросы пораженческими: «не принижай свои достоинства, ты хороший, добрый и честный, когда-нибудь вырастешь в шикарного мужчину» — вспомнились её слова.

А может, и Маша также думает⁈ — эта мысль мне понравилась.

Я представил себя лет через пять — семь. Стройный самец со взглядом уверенного в себе человека, на дорогой машине, а рядом она. По лицу расплылась довольная улыбка.

Блин, а что с травками-то делать? Если принесу, она точно станет моей и одними поцелуями не закончится, — тут я почувствовал, как ниже пояса ударила тёплая волна крови, и постарался думать о другом.

Игра, наконец, установилась, я ввёл логин и пароль. На ближайшие пару часов, я забыл обо всём, травки, инопланетяне… существовала только игра, ну и бутеры с лимонадом, конечно.

* * *

Случилось чудо, я проснулся с третьего будильника, точнее, встал, проснулся-то после второго звонка. Но никак не мог сползти с постели. Зомбики, гуманоиды и травка, всю ночь.

Времени осталось ровно на то, чтобы закинуть в себя бутер и запить лимонадом, а затем бежать на свиноферму. По дороге я вспомнил, как давал себе обещание встать пораньше и помыть посуду. Заглянул в раковину. Опять чистая посуда стопочкой. Всплыли бабушкины слова: «Основная сила этернийцев в рунах, в моём доме они тоже есть, простейшие». Наутро эта информация выглядела по-другому, более правдоподобно, что ли. Но всё равно дичь!

Так, а теперь бегом на работу. Напялил сапоги, куртку и почесал.

Всё было гладко, даже ни одна навозная мина не взорвалась под моими ногами. Но у ворот свинарника я споткнулся и полетел кубарем.

— О, Антошка бежит, спотыкается, — как из-под земли нарисовался дед Василий. — Да что ж ты себя не бережёшь-то?

Дед шустро подошёл и хотел меня поднять, за шкирку, наверное, но я сам подскочил и принялся отряхивать одежду, чувствуя, как саднит ладони.

— Да… будильник почему-то не сработал, — как обычно, начал отмазываться я.

— Так-так, — старик обошёл меня, осматривая с ног до головы. — А давай я тебе механический подарю, у меня запасной есть, ни разу ещё не барахлил, звенит, аж соседи просыпаются, с соседней улицы! — он рассмеялся.

— Не надо, я больше не буду, — тут я понял, что отвечаю, как в школе, а дед Василий захохотал ещё громче.

— Эх, молодёжь, вас бы в наше время, хотя б на недельку, мигом дисциплина наладится… Чего стоишь? Бегом на работу!

Сегодня было сложнее, работа вроде та же самая, но как-то тяжко. Начать с того, что мне пришлось перегонять свиней из загона в загон, и никто не помогал. Всё бы ничего, могло и быстро пройти, но один из хряков решил меня боднуть, я пнул его вбок и тут такое началось. Он завизжал, словно режут, визг подхватили остальные свиньи, часть из них метнулась в старый загон, и началась свалка.

Я не знал, что делать, а тут ещё Валёк с претензией прибежал, и давай кричать погромче свиней. Кое-как загнал большую часть. А защитник животных, бурча, что-то под нос, занялся автоматическими кормушками.

Сегодня я прислушался к совету деда Василия, не стал спешить. Папа был бы против, он за быструю движуху, скоро сделал и отдыхай. А если на сдельщине работаешь, там всё сложнее, нужно работать, пока солнце не село, или с ног валится не начал. Тогда будет тебе счастье.

Я, в общем-то, понимал, что мне придётся трудиться всю жизнь, но хотелось чего-то полегче и чтоб платили побольше. Тот же Колёк, весь день на пятой точке сидит. Только учиться начала, а зарабатывает уже больше моего папы. Но как на такую работу устроится, вот вопрос на миллион, — рассуждал я, собирая лопатой свиное дерьмо.

Пришло время обеда, и я поспешил домой, немного беспокоило молчание Маши. Она сегодня не зашла, и даже не позвонила. Когда пришёл домой, отправил ей смайлик с сердечком, долго мялся, но всё же решился.

Её поведение должно что-то значить, значит, она что-то ко мне чувствует, — решил я, вспоминая мамины сериалы.

Лапшу мне не хотелось, тем более ей уже третьи сутки, решил поджарить глазунью с колбасой. Это блюдо хорошо получалось у мамы, но не у меня. Сначала подгорела колбаса, а потом уже яйца, поздно спохватился, забыл добавить масло. В общем-то, ничего страшного, с майонезом и кетчупом, подгорелое блюдо зашло на ура.

Пришла грустная рожица от Маши, я сначала решил, что она скучает, а потом вспомнил про её деда. Спрашивать напрямую не хотелось, сама скажет, если что. Между тем я начал чувствовать за собой вину, вроде не обещал ничего, но следующее действие осталось за мной. И я опять не знал, как поступить, с одной стороны, я ей ничего не должен, с другой, она же мне доверилась!

Я решился! А что, собственно, теряю? Подумаешь прогуляться ночью в лес? Ну и что? Вурдалаки с лешими только в сказках бывают. Я лопату с собой возьму, всяко спокойнее будет, чем с пустыми руками.

Антуан:

*Дай корды, где лунные слёзы растут?

Ждать пришлось недолго, возникло чувство, что девушка сидела с телефоном.

Мария:

*Если бы я знала точно, то сама бы сходила. Я тоже в байку о девственниках не верю, фигня какая-то, всем должно быть доступно. Но из старой информации знаю, в лес нужно со стороны Демидовского завода заходить, там тракт старый, хотели музей сделать, да не срослось. Так и осталась дорога заросшей, пойдёшь по ней на север, до «Т» образного перекрёстка, там налево. По столбам верстовым смотри, а то дорогу не везде видно. Дальше всё время прямо, до оврага, когда увидишь три старых дерева, похожих на кресты, значит, пришёл, примерно там ищи. А выходить лучше засветло.

Антуан:

*Я вообще не сегодня собирался, а в выходной. Может, зайдёшь, на словах расскажешь?

Мне хотелось почувствовать Машу на своих коленях, весь день об этом вспоминал. А ещё тот поцелуй, как же сладко было, мне даже сравнить не с чем. Теперь понятно, почему Колёк так часто о девчонках треплется, он мне даже в подробностях некоторые моменты расписывал, а я только ржал.

Мария:

*Я в пятницу зайду, вечером. Я отгулы взяла до следующего понедельника, за дедушкой ухаживаю, так что надолго отлучиться