Туда и обратно - Андрей Николаевич Савинков

— Эй там, наверху! Появилось начальство? Открывать ворота будете? А то я сейчас начну разбирать вашу халупу по камешкам, а когда доберусь до тех, кто внутри, всех повешу. За нерасторопность и непочтительность.

Конечно, разрушать укрепление попаданец бы не стал, что за глупость, казенное добро портить, он бы просто пару перевертышей отправил, и этого было бы более чем достаточно, чтобы разогнать местных пентюхов. Однако и этого не понадобилось.

Впрочем, там наверху стража, видимо, тоже уже ощутила, что «власть поменялась», и готовность того самого придурка в шлеме защищать укрепление до последней капли крови куда-то резко улетучилась.

— Сейчас, ваше сиятельство, — даже титулование выучил, отметил про себя граф, — сейчас откроем.

И правда, створки ворот тут же потянулись в стороны, и взгляду Серова предстала достаточно немногочисленная команда стражи. Надо отдать должное, наемники даже не стали ждать команды, а достаточно оперативно просочились в открытый проход и без всякого сопротивления взяли кусок городской стены под контроль. Сразу видно, люди опытные, даже не прирезали никого, ограничившись парой зуботычин и заперев стражу в отдельном помещении. Исключительно чтобы под ноги не путались.

— Я же обещал, что город штурмом брать не придется, — хмыкнул капитан, глядя на скривившееся лицо ан-Грейна. — Всё по честному, никакого штурма, нас, можно сказать, сами пригласили войти.

Пока его маленькая армия втягивалась внутрь периметра городских стен, Александр решил прояснить еще один важный вопрос.

— «А в чем проблема тогда была? Если ты такое можешь, к чему вся канитель, давай разгоним местных придурков с использованием божественной силы. К чему вот эти мои тут внизу дергания?» — Обращаться мысленно к Богу, всерьез рассчитывая на ответ, было для природного материалиста достаточно странно. Как говорится, если ты разговариваешь с Богом — это молитва, если Бог разговаривает с тобой — это шизофрения. С другой стороны, за последние 10 лет Серов видел столько, что его способность удивляться, кажется, навсегда атрофировалась.

Ответ «сверху» пришел почти мгновенно, и вновь попаданец подивился неуловимому ощущению того, что разговаривает сам с собой. Интонации, манера построения фраз, лексический набор — всё это у каждого человека же свое собственное, уникальное.

— «Я только что за пять минут на то, чтобы прикрыть тебя от этих придурков, слил двухдневный запас энергии от верующих. Такие прямые вмешательства, ты об этом мог бы и сам догадаться, требуют настоящую прорву силы, и если ты думаешь, что кроме тебя мне ее больше некуда потратить, то сильно ошибаешься».

— «И на что еще ты ее можешь там тратить?»

— «Не могу рассказать. Ты просто не поймешь. Но если хочешь получать „артиллерийскую поддержку“ чаще, занимайся миссионерством. Чем больше паствы, чем больше искренней веры, тем больше я получаю поток энергии, и тем чаще смогу тебе помогать».

— «Так, а я чем занимаюсь, по-твоему?»

— «Вот и занимайся дальше в том же духе», — оставило Божество последнее слово за собой и замолчало. Серов только сплюнул в сердцах, мысленно матерясь, что работать с собой просто невозможно, и тоже зашел в городские ворота.

Глава 6−2

Карланд встретил входящих в город наёмников с настороженностью. Привыкшие к тому, что каждый тут сам за себя — совсем другая обстановка по сравнению с Александровом, где люди реально чувствовали себя частью чего-то большего — горожане даже не подумали бросаться на неизвестный отряд с вилами в руках. Впрочем, и бойцам Серова, нужно отдать должное, вели себя максимально «учтиво»: бесчинств не творили, обывателей не грабили, со стражей воевать не торопились, «мягко, но настойчиво» выдавливая поддерживающих порядок «общегородских бойцов» из занимаемого ими сектора.

Там, где наёмникам пытались оказывать хоть сколько-нибудь организованное сопротивление — например, у торгового квартала имелась своя «охрана», которая оказалась настроена куда более решительно — бойцы просто отступали и обходили такие «островки» стороной. Целью Александра в первую очередь было занятие классических «ленинских» важных для любой революции объектов. Вокзалов, мостов и телеграфов в Карланде не имелось, зато имелись городские ворота, порт, гномий банк, ратуша, башня магов — учитывая ситуацию, точки не менее важные для успешного переворота. Впрочем, и тут всё было не так просто…

— Командир, портовые ворота заняли, но дальше не пошли, — ставка революции как-то сама собой образовалась в городском Храме, ставшем точкой притяжения для всех сил, готовых поучаствовать в изменении сложившегося статуса-кво.

— Что там?

— Торговцы сняли и вооружили команды с кораблей. Их там много, действительно много, несколько сотен человек. Плюс вроде маги даже есть, во всяком случае, огнешаром нас кто-то приложить попытался, это точно. Так что мы, считай, в осаде.

— Ничего, — граф хмыкнул. — Это двусторонняя осада. Город точно так же не сможет жить без порта, как и порт без города, посмотрим ещё, кто кого. Главное — шишек не упустить, тогда и торг пойдёт легче.

Потом пришли маги: помогать в захвате города они не могли из-за висящих на них клятв, но и мешать тоже не собирались.

Потом, уже на второй день странной вялотекущей оккупации, прискакал капитан ан-Грейн и тонко намекнул, что это уже нихрена не «демонстрация флага» и не «полицейская операция», а полноценные боевые действия, что у него при прорыве блокады Синорского поместья на узких городских улицах за день восемь человек погибло.

— И что? Разве подобный риск не входит в базовый пакет вашей профессии? — В какой-то момент Серов понял, что не успевает всё контролировать. Он за последние годы привык принимать только «стратегические» решения, для микроменеджмента у него уже давно специальные люди имелись, то, что в обычной армии штабом называется. И вот, вновь спустившись с «корпусного уровня» на «полковой», попаданец обнаружил, что слегка подрастерял навыки. Это было неприятно.

— Без сомнения. Но это будет стоить вам других денег.

Две тысячи золотых — это много, особенно для простого человека. Но вот для найма компании в 350 опытных бойцов — а учитывая, что перед этим пришлось заплатить по старым долгам, включая всякие премиальные, боевые, смертные и прочие деньги — это совсем не такая впечатляющая сумма. А если платить им опять же не по расценкам мирного времени, а по расценкам «боевым», то срок возможного найма сужается до считаных дней.

И проблема тут была не в том, что Серов внезапно разучился считать. Он банально не рассчитывал на то, что члены Совета Карланда смогут договориться между собой для выступления «единым фронтом». Думал, что всё перейдет в стадию вялотекущего противостояния, где время будет играть на его стороне. А уж когда в Карланд приплывёт