Компаньон - Garret Hawke Amell

— Даже не знаю, дорогой… — осторожно сказала мама, кажется, прочитав меня, как открытую книгу. — Нельзя сказать, что это невозможно, но… Пойми, в тот момент в гостиной вы оба были на эмоциях, и вдруг это совпадение?

— А если нет? — слегка приподнялся я, подпустив настойчивости в голос. — Что нам стоит проверить? Мама, пожалуйста.

— Я наведу справки. — тяжело вздохнула мама и тут же строго добавила. — Но учти, у нас нет никаких гарантий. И убедить мисс Грейнджер пройти проверку должен будешь ты.

— Всё равно спасибо. — проговорил я, снова ложась головой матери на колени и возвращая внимание оживлённому спору. Дядя Сириус и доктор Левин обсуждали ход слушанья, Грейнджер переводила хмурый взгляд с одного на другого, иногда вставляя вопросы. Почувствовав мой взгляд, она вопросительно подняла брови. Я отрицательно покачал головой. Мама глубоко задумалась, глядя куда-то в пространство и продолжая гладить меня по голове.

«Мы справимся. Вместе — справимся.» — подумал я, прежде чем закрыть глаза и погрузиться в спокойный, здоровый сон.

Белый том. 83. Размытые границы

— 412-й, встать! — скомандовал охранник. Гарри заморгал от света и медленно спустил ноги с кровати. Несколько авроров вошли внутрь и буквально перетряхнули камеру. Потом и самого Гарри: досмотр. Такая процедура повторялась раз в три дня, согласно новому декрету, принятому совсем недавно. Впрочем, не всё ли равно?

В тюрьме дни быстро становятся похожими один на другой. И вещи, которые раньше воспринимались остро, сливаются с реальностью также прочно, как что-то обыденное. Как чистка зубов каждое утро, например. Вот и теперь досмотр и обыск вызывали примерно столько же эмоций.

Что в этой камере можно найти? Ничего, кроме отчаяния. Да и то, такую находку вряд ли кто-то захочет унести с собой. Гарри уже собрался лечь обратно на кровать, но дежурный аврор неожиданно скомандовал:

— Шаг вперёд! И вытяните руки ладонями вверх!

Вот это уже в привычную картину мира не вписывалось, но вопросов Гарри задавать не стал. Первое правило выживания — не задавать лишних вопросов. И в своё время он его усвоил достаточно хорошо. Шаг, ещё шаг, шаг, ещё шаг. Узкий коридор, холодный воздух, камеры других заключенных и первая ступенька под ногами… Краем глаза Гарри заметил сжавшегося комочком Петтигрю за решёткой. В душе что-то шевельнулось и тут же погасло раньше, чем он успел это осознать.

Допросная после камеры и коридора показалась такой светлой, что почти сразу стало больно глазам. Гарри ненадолго зажмурился, чувствуя, как аврор подтолкнул его в спину. Пришлось сделать несколько шагов вперёд.

— Благодарю. А теперь оставьте нас ненадолго. — проговорила… Миссис Малфой? От удивления Гарри всё-таки распахнул глаза. Но нет, это не было галлюцинацией. Нарцисса Малфой действительно была здесь, в строгом черном платье и дорожном плаще. Волосы были собраны в аккуратный высокий хвост. Гарри усадили на стул и пристегнули наручниками к столу. После этого миссис Малфой подписала какой-то пергамент, и авроры вышли. Дверь захлопнулась с неожиданным грохотом.

— Это очень странное место… — проговорила Нарцисса после нескольких минут тишины.

— Вовсе нет. — заметил Гарри, отворачиваясь от двери. — Это не место для людей, вот что. Вам бы к такому не привыкать.

— Говоришь совсем как мистер Левин. — улыбнулась миссис Малфой. Но, несмотря на улыбку, он легко прочёл в её глазах нарастающее беспокойство. — Я бы спросила, как ты, только это совсем уж глупый вопрос, а у нас мало времени. Так что давай-ка вопросы будешь задавать ты.

Забавно. Только попав сюда, Гарри буквально мечтал о связи с внешним миром. Прокручивал в голове разговоры с друзьями, с Падмой, сочинял про себя их ответы… Но сейчас, когда появилась реальная возможность задать вопрос, ему не приходило в голову ни одного. Да что там вопросы! Даже собственный голос звучал теперь как-то незнакомо. Но и молчать сейчас неправильно. Миссис Малфой и без того нервничает, это прекрасно видно по её сжатым в полоску губам и бледному лицу. Поэтому Гарри прочистил горло и спросил, не задумываясь, самое очевидное:

— Как вам удалось сюда попасть? Я думал, что в Азкабане запрещены свидания для заключенных. По крайней мере, для нижних этажей.

— Свидания с обычным заключённым мне бы добиться не удалось. — кивнула миссис Малфой. — Но ты — совсем другое дело. И к тому же, я твой представитель и опекун, так что…

— Вот так просто? — слегка нахмурился Гарри.

— Ладно, я в пух и прах разругалась с Корнелиусом и потратила кучу денег, чтобы добиться свидания. — усмехнулась миссис Малфой, позволив на лице проступить жуткой усталости. — Повезло в какой-то мере, что твоё дело на слуху. Иначе бы ничего не получилось. Легче стало?

— Станет, если у вас не будет неприятностей. — согласился Гарри. — Вы и так делаете много для меня.

— Я сделаю для тебя всё, что потребуется, Гарри. Мы всё же семья. — на некоторое время миссис Малфой замолчала, прикусив губу, прежде чем продолжить. — Знаешь, я не смогла спасти старшую сестру. Не успела попрощаться с Регулусом, который однажды вышел из дома и не вернулся. А теперь, глядя на то, что происходит с тобой, я думаю, это мой последний шанс. Не отступить и сделать всё правильно. Поэтому я хочу, чтобы ты сейчас максимально честно говорил со мной. Не строя из себя храброго гриффиндорца.

— Я никогда не строил из себя храброго гриффиндорца. — сжато пожал плечами Гарри и вздохнул. — Вы хотите спросить о чём-то неприятном? Раз уж начали с такого длинного вступления.

— Ты стал таким проницательным, даже страшно. — покачала головой миссис Малфой. — Да, я хочу спросить, ты всё ещё слышишь Голос в голове? Это один из первых вопросов, который я непременно должна тебе задать, раз уж вдвоём с доктором Левиным нас сюда не пустили.

— Нет. Больше не слышу. — спокойно сказал Гарри. Технически это не было ложью. Голос больше не звучал отдельно, Голос стал частью его самого. Или и был этой частью, а сам Гарри этого не признавал? Возможно и