Четвертое королевство - Ана Эм

– Александр. – прогремел голос императора.

Александр?

– Здравствуй, брат.

По залу мгновенно пронеслось перешептывание. Если до этого момента кто-то и сомневался о том, кто перед ними, то сейчас все эти сомнения разлетелись к чертям собачим.

Потому что, да, Король гребанных пиратов оказался принцем гребанной империи.

Я сбежал, когда мне было семнадцать…

Ты была воспитана в жестких рамках, которые всю жизнь старалась сломать. Титул для тебя удавка, а не изысканное украшение. Ты никому не веришь, потому что тебя так научили. Я знаю, почему порой только тебе под силу вывести меня из себя. Просто мы во многом похожи.

Да, они действительно были похожи. Вот только Амора сбежала ради себя, ради свободы, из страха, а он…Она взглянула на его профиль. Он сбежал, чтобы помочь, чтобы сражаться.

– На колени. – произнес император, не сводя с Дэмиана своих зеленых глаз.

Тот и глазом не моргнул. Вздохнув, король пиратов медленно опустился на одно колено и низко склонил голову. Амора в жизни не видела подобного подчинения и смирения с его стороны. Перед ней точно был не тот Дэмиан, которого она знала.

– Я сказал, на колени. – повторил император, и на этот раз его взгляд был направлен на Амору.

– Ох, это лишнее. – тихо пробормотал себе под нос Дэмиан так, чтобы никто не услышал.

Принцесса Оринфа нахмурилась так, словно спрашивала «Это ты мне?». Рука императора крепче сжала листок в руке.

– Ты оглохла? Я сказал, на колени.

Да, это он точно ей говорил. Вот же моллюск недоделанный. Да она в жизни на коленях не…ладно, возможно, было пару раз. В лесу там и буквально сегодня утром. Но то были решительно другие ситуации. Здесь же? В тронном зале? Перед кем-то, кого она определенно точно не считала равным себе? Амора даже перед собственной матерью, Королевой никогда не преклонялась, потому что та с детства учила, что принцессы Оринфа ни перед кем не преклоняются.

Именно поэтому она своевольно вскинула подбородок и расправила плечи, чем неизбежно вызвала шум в рядах знати.

Император прищурился, а затем махнул одному из гвардейцев, что стоял у стены слева от трона. Тот тут же двинулся в сторону Аморы.

– А вот это точно лишнее. – снова пробормотал Дэмиан, но головы не поднял.

Русалка взглянула молодому гвардейцу прямо в глаза, и уголок ее губ слегка приподнялся. Она не знала, что именно он увидел в ее взгляде, но на долю мгновение мужчина замешкался. То был инстинкт – тело предупредило его об опасности, но разум возражал, что перед ним всего лишь хрупкая девушка. Именно поэтому он откинул все нелогичное и подошел достаточно близко, чтобы положить руку ей на плечо.

Первая его попытка силой поставить принцессу Оринфа на колени не увенчалась успехом, и гвардеец нахмурился. Правильно, ведь ну могло быть так, чтобы она была сильнее него, верно?

Аморе хватило этого мгновения, чтобы застать его врасплох. Одной рукой она перехватила ту, что лежала у нее на плече, и резко выкрутила так, что его плечо вылетело из сустава. Вторая же ее рука нанесла удар прямо в солнечное сплетение моллюска, и сияющие металические доспехи прогнулись ровно в том месте, где была ее ладонь. Мужчина застонал, отшатнулся и рухнул на колени, но напоследок она успела еще и забрать его меч из ножен.

Кто-то ахнул. Кто-то выкрикнул ругательства. Остальные гвардейцы потянулись к своему оружию. Но принцесса лишь перекрутила меч в руке, якобы привыкая к его весу, а затем опустила его острием вниз и сложила ладони на эфесе так, будто то была просто палка какая-то.

Гвардеец зарычал и явно намеревался вернуть то, что было столь же важно, как например, паруса для пиратов. Но тут Дэмиан подал голос:

– Еще шаг, и ты труп. – при этом голову он не то, чтобы не поднял, даже не повернул.

От его голоса вдоль позвоночника Аморы пробежали мурашки. Вот этого Дэмиана она знала хорошо.

Гвардеец поднялся на ноги красный то ли от злости, то ли от боли в груди, русалка не могла сказать наверняка, но снова взглянув ему в глаза, она склонила голову набок и ухмыльнулась, довольная его реакцией. В следующий раз подумает, прежде чем трогать то, что ему не принадлежит.

– Брат, прошу, сначала позволь ему говорить. – вдруг сказал тот воин справа от императора. – В сообщении он упомянул, что знает о том, где находится Король пиратов. Он бы не объявился здесь спустя одиннадцать лет, если бы это не было важно.

Амора осмотрела зал и поняла, что остальные гвардейцы находились в шаге от того, чтобы напасть.

– В таком случае, пусть говорит та, что столь наглым образом обезоружила моего гвардейца. – ответил император, буравя Амору испепеляющим взглядом. – Полагаю, что часть упомянутой им угрозы связна именно с ней.

Тритон его подери, что еще этот пират раскрыл этому любителю поорать глазами? И почему ничего не сказал Аморе? Неужели он думал, что она?..

Ах, чтоб его, он точно знал, что она будет и не будет делать.

Вздохнув, Амора окинула императора скучающим, но рта не раскрыла.

– Она не будет с тобой говорить, Ваше императорское величество. – пояснил Дэмиан, все еще не поднимая головы. – Потому что ты знатно ее выбесил и не заслужил ее уважения.

– Она все еще подданная…– возразил воин, но Дэмиан мгновенно его оборвал.

– Нет. Она не поданная Эсумии. Именно это я и пытаюсь вам сказать. – наконец-то он поднял голову и взглянул императору прямо в глаза. – Она принцесса с Северного континента.

89

Дэя поднесла стакан к губам и сделала еще один глоток рома со своего места на диване. Мир находился на грани самой кровавой войны в истории, она предала собственную семью, и кроме хранительниц в ее жизни не было никого, кто бы искренне беспокоился о ее благополучии, но все о чем она могла думать в тот момент – это мускулистые предплечья пирата, покрытые венами и шрамами.

Он бродил по комнате из стороны в сторону вот уже несколько долгих мучительных минут. За это время успела сгореть одна свеча, так что ему пришлось зажечь на столе новую. Дэю не