Тени Казани - Юлия Шляпникова

class="p1">Ада особо не обращала внимания на прибывающую луну за окном, ведь с каждым днем ее тревога из-за исчезновения Димы становилась все сильнее. С утра она, уже традиционно не завтракая, отправилась на пары без особой надежды. Ее не грело ни редкое в их краях солнце, ни соседский лабрадор, который чуть не сшиб с ног, требуя внимания, ни цветущие на клумбе перед домом пышные астры всех оттенков ее любимого сиреневого.

Пары в этот день были сплошь общие, потоковые, так что Ада зашла в кабинет и уже привычно посмотрела по сторонам в поисках знакомой красной пряди. Ее обладатель обнаружился на самой дальней парте полукруглой аудитории.

Ада, не веря своим глазам, помахала ему, но Дима, окинув ее каким-то рассеянным взглядом, только кивнул и опустил глаза.

— Привет! Ты куда пропал? — садясь рядом с ним, спросила она.

— Да так, дома проблемы были, — без особого энтузиазма ответил он.

— Все в порядке?

— Уже да.

Ада растерялась и замолчала, не понимая, что сделала не так. Разговор совсем не клеился.

Тут в аудиторию зашла Саша и, увидев их рядом, решительно поднялась к ним.

— Явился, значит? А кто обещал, что к полнолунию у нас будет информация? — плюхнувшись рядом с Адой, спросила она.

Дима скривился, как от головной боли. От него сильнее, чем обычно, пахло шалфеем и табаком.

— Ну не до того было, понимаешь? Что Лиля говорит, все в порядке?

Они вели диалог так, будто Ады тут и не было вовсе: не самое приятное ощущение, когда тебя игнорируют.

Но как раз вошла преподавательница, и разговор оборвался на середине.

Ада попыталась сконцентрироваться на лекции, но ее мысли то и дело возвращались к Диме. Поймав очередной ее взгляд, он покачал головой, словно прося не задавать вопросов. Она только вздохнула, понимая, что есть нечто недоступное ей. И вряд ли оно будет доступно.

В детстве, когда мама обижалась на что-то, она переставала разговаривать с домочадцами. Ада давно привыкла, что нужно в такие моменты извиниться, даже если не знаешь за что, и не чувствуешь вины.

Оставался вопрос — что она в этот раз сделала не так?

После пары они втроем вышли из аудитории. Оставалась еще одна сдвоенная лекция, но Саша на нее не пошла.

— У нас уже скоро выезд, я не могу опоздать. Иначе потом добираться на четырех лапах, а это далековато будет, — пожаловалась она, помахала им на прощание и ушла по направлению к лифтам.

— Ты идешь на лекцию? — спросила у Димы Ада.

Он кивнул.

— А расскажешь, что случилось?

Видимо, в ее голосе было что-то такое, что Дима чуть заметно поморщился и ответил:

— Не бери в голову. Мне просто нужно отдохнуть.

Незаданный вопрос «Это из-за меня?» так и повис в воздухе, но она не решилась его озвучивать.

Лекция прошла в некомфортном молчании. Ада физически чувствовала, как Диме не хочется здесь находиться, но он почему-то досидел время до конца. Уже собирая вещи в сумку, Ада спросила без особой надежды:

— Ты домой?

— Нет, дела есть. Пока.

И Дима, подхватив рюкзак, скрылся из аудитории.

Лучше бы и дальше играл в молчанку и пропадал где-то, чем так появляться и оставлять больше вопросов, чем ответов.

К вечеру у Ады заболела голова.

Таблетка ибупрофена не помогла, массаж шеи тоже. Ада попробовала лечь спать, но, как назло, брат и отец смотрели матч по телевизору, и звуки их болельщицкого восторга долетали даже через закрытую дверь. Еще и луна выкатилась прямо в окно ее спальни, и Ада, со вздохом поднявшись с кровати, решила пойти пить чай, если уж все равно не удастся уснуть.

Телефон молчал, «ВКонтакте» тоже.

Чай отдавал привкусом тины, и Ада вылила его в раковину. Накинув толстовку и поверх нее плотную ветровку, она решила спуститься на улицу и подышать воздухом. Сразу голова от этого вряд ли прошла бы, но вот уснуть потом Ада, скорее всего, смогла бы гораздо быстрее.

— Мам, я во двор, не теряйте, — крикнула она, проходя мимо открытой спальни.

Мама что-то пробормотала, не отвлекаясь от очередного сериала — уже в книжном формате.

Обычно на улице в такое время можно было встретить только редких собачников и возвращающихся домой со смены запоздалых работяг. Луна светила настолько ярко, что Ада даже не могла на нее смотреть. В ее свете и клумба, и Гагарин на доме напротив выглядели сюрреалистично.

Аде неистово хотелось куда-то идти, и она решила проложить маршрут подальше, чем собственный двор. Направилась мимо мусорки и соседнего дома к светофору, который в этот поздний час мигал желтым светом. Вот уже и он остался позади, а ей так никто и не встретился.

Впереди темнели два красивых, но неухоженных сквера — один по левую руку, второй через дорогу. Луна, временами заслоняемая облаками, будто преследовала Аду.

Дорога шла к кварталу сталинок — Ада любила гулять по этой части Декабристов и углубляться во дворы. Вот и сейчас, оставив позади целый квартал, она не заметила, как перешла дорогу на очередном светофоре и оказалась прямо у семиэтажной башни одной из сталинок-близняшек. Вторая расположилась через дорогу, в ночи больше похожая на старый заброшенный замок с видавшим виды фасадом.

Нырнув в арочную подворотню, Ада оказалась в зеленом дворике. Если пойти вдоль сталинки по направлению к улице Восстания, то она пройдет и мимо дома тети Любы, той самой, которая снабдила ее травками после встречи с оборотнем. Стало жутко интересно, как выглядят волшебные дом и двор ночью, поэтому Ада прибавила шаг.

В некоторых окнах еще горел свет. Другие чернели пустотой и одиночеством. Вся улица во внутреннем дворе казалась похожей на зеленый лабиринт — так много тут росло деревьев и такие богатые были клумбы. В ночи все это пахло сентябрьской прелостью и поздними цветами.

В доме тети Любы светилось всего два окна. Девичий виноград, видимый в свете одинокого фонаря, за последнюю неделю чуть сильнее побурел. Ночью дом еще больше походил на избушку ведьмы. Палисадник перед ним только добавлял колорита.

Но Аду тянуло не сюда. Она слышала зов воды и потому, не сбавляя шага, направилась к выходу со двора, оказавшись прямо на Восстания, где еще проезжали редкие машины.

Идти здесь ночью оказалось даже интереснее, чем днем. Улица была сплошь застроена сталинками разной степени сохранности и красоты. Перед некоторыми росли деревья, другие прятались в тени кустарников. И везде был настолько плохой асфальт, как будто его клали одновременно с постройкой этих домов.

Наконец дойдя до перекрестка с