Жажда бессмертия. Том 9 - Морфиус

class="p1">— Что ты пережил? Что произошло там? — Ульяна подняла голову, заглядывая мне в глаза. Сейчас она выглядела совершенно иначе. Благодаря моему лечению пятого этапа у нее отросли и новые каштанового цвета волосы, формируя каре. Глаз полностью восстановился. А от чудовищных шрамов осталась небольшая сеточка, которую девушка сама попросила оставить. От образа золотой пацанки ничего не осталось, заставляя воспринимать ее по-новому.

— Ты словно неживой… — Продолжила она, проводя рукой по моей груди, но все так же пристально глядя в глаза, пока я любовался ее стройным телом. Пытался, по крайней мере. «Неживой»… Возможно, что в какой-то мере и так. Я хотел быть живым. Жаждал всем сердцем сделать все так же, как и раньше. Но чего-то не хватало. Причем я сам не понимал чего. Тело работало отлично, причем во всех планах, что я сейчас и выяснил. Но на душе была… Пустота. Неудивительно, если я ее познал. Но казалось, будь здесь Анаратша, и все было бы по-другому. Впрочем, я прекрасно понимал, что обманываю себя. Не было бы. Может мне стоит просто подождать. А может, я не могу расслабиться из-за Нелл. Ведь после всего произошедшего наша связь стала куда крепче. Я и сейчас ощущаю ее, а она меня… И осознание, что, возможно, она навечно застыла в развитии, терзает ее, и, естественно, терзает и меня.

— Что с тобой стало? Ты очень сильно изменился. И просто какой-нибудь трансформой этого не изменить. Лицо, глаза, аура. Не говоря уже о том, что ты был мастером, когда я видела тебя тогда, а сейчас ты всего лишь адепт ядра. Но при этом чудовищно сильный. Открывший новые звезды. И даже строение тела… Пресс и ребра… Мне кажется, или их больше, чем у обычного человека? — Она провела пальцем по моей груди, наконец найдя время присмотреться ко всем отличиям. Час назад, поглощенные страстью, у нас не было времени на подобные разговоры. Да и сейчас я не хотел об этом ни говорить, ни думать, ни тем более делиться тем, что со мной произошло. Все это, свою смерть, перерождение, дары, я планировал оставить в секрете.

— Это навсегда останется тайной. — провел я пальцем по ее руке.

— Ашшш… — Ульяна зашипела, отдернув руку, на которой остался красный ожог, покрывающийся едва заметной черной коркой.

— Извини. — Отвел я руку, понимая, что снова не сдержал свою силу. И даже простого касания хватило, чтобы нанести рану девушке. Как и несколько раз до этого. Такими темпами я вообще не смогу спать с женщинами.

— Стихия… — Прошипела девушка, явно борясь с энергетическим заражением. Не самым обширным… Но при нашей разнице… Кажется, я до сих пор ощущал свой звук внутри нее. Как и другие силы. Так что по наитию заставил их погаснуть. А потом притронулся к ней уже аккуратнее, запуская лечение. После чего притянул ее к себе, впиваясь поцелуем в ее губы. После всего пережитого я не оставлял надежд почувствовать себя просто живым. В каждой грани вот таких вот простых удовольствий. Тем более что дел и забот всегда хватало.

— Главы беженцев согласились встретиться. Через полчаса будут. — Прервал меня голос Нелл, раздавшийся в голове. Но я не стал прерывать процесс, выйдя из палатки только через минут двадцать. И направляясь к месту встречи, к уцелевшей башне, стоящей на краю города. Эти два дня растянулись субъективно на куда как больший срок, так что только сейчас я позволил себе пару часов отдыха. Поиски разлетевшихся некромантов, которых потом мы безжалостно убивали, сдерживание тварей из нового портала, где тот огромный шершень третьего этапа был далеко не самой сильной тварью. Портал был прибыльным. Но опасным. Твари там зачастую имели этап познавшего в стихиях, в яде, жизни, пожирании… А их энергетические атаки могли валить даже крепких ядровиков. Да и бывшие рабы… Мертвые руки оставляли в живых не самых сильных. Уникумов, как и слабаков, убивали, используя только середнячков, что могли долго фармить ресурсы.

Сами ублюдки к нам лезли еще пару раз из-за портала, но то были отряды смертников. Ядровики при поддержке цзянши и с мощными бомбами. Тогда приходилось вмешиваться уже мне. В оставшееся же время я познавал техники. Заново по крупицам выстраивал потоки ци, вписывал туда стихии, одну за одной, раз за разом ошибаясь. Помнится, разобраться даже с тремя ядрами мне было сложно. Сейчас же задача была на порядки тяжелее. Кажется, неосознанно, я все же черпал ту самую силу из осколка парагона. Хоть и старался этого не делать. Но в итоге я все же смог восстановить несколько техник, жестко отобрав только те, что были мне нужны.

«Доспех звука»(этап: тело ци)(качество: превосходное) (ступень 17) (созвездие: да)

Первая и главная техника, защита. Ее я восстанавливал дольше всего, раз за разом улучшая, экспериментируя со стихиями, сжирая чудовищное количество осколков просветления. Я даже начал пытаться повторить то, что подсмотрел у противника недавно. Создание плотного кристалла в качестве защиты. Не то чтобы такая идея не приходила мне самому ранее. Просто сейчас я увидел конечный результат. То, к чему можно было прийти.

«Стрела звука» (этап: тело ци)(качество: высокое)(ступень 17) (созвездие: да)

«Звон разрушения»(этап: тело ци) (качество: высокое) (ступень 17)

«быстрый шаг» (этап: тело ци) (качество: высокое) (созвездие: да) (ступень 17)

Пока всего лишь четыре техники. Но каждая из них уже был как минимум высокого качества. С остальными же пока все было плохо. Даже если они и работали, то лишь в жалкие крохи процентов от того, что было мне доступно. А уж про филигранную доводку с включением всех стихий пока не было и речи. Я и сам не до конца понимал, как теперь уживаться со всем этим зоопарком, и надо ли вообще включать во все техники все стихии, или не перегружать свой разум?

Делегация, наконец, показалась, в сопровождении уже наших бойцов. И через секунд тридцать четверо людей спрыгнули на крышу башни, молча расходясь и вцепившись в меня взглядами. Я узнал их, хоть мы и не были близко знакомы. Каждого. Самир, Чжоу, Фернанда… Все четверо были на этапе тела ци, еще когда мы уходили к мечу. И сейчас каждый из них пылал обжигающей аурой, явно показывая, что они находятся уже далеко не в начале этапа, а скорее, уже ближе к концу.

— Это… Он… — Протянула Фернанда Паллас,