Прости, если сможешь - Юлия Гойгель

— Может, мне вообще всё сразу снять? — уперев руки в бока, я посмотрела на обнаглевшего начальника.

— Снимай и залезай в воду. Это расслабляет, — хмыкнул он.

Яр не шутил, а габариты ванны впечатляли. Она была больше, чем вся ванная комната у мамы в квартире.

Мужчина потянул с меня юбку.

— Раздевайся, Алиса, будет очень хорошо.

Ароматная пенная вода с удовольствием приняла моё уставшее тело. Я села напротив него. Градов положил мои ступни себе на колени, несильно разминая их пальцами. Настоящее блаженство. Я почти замурлыкала от удовольствия. Умеет быть внимательным, когда хочет.

Вода медленно, но неумолимо остывала, и я понимала, что прошло больше часа времени после моего прихода. Пора и честь знать.

Пена тоже спала, открыв мою набухшую от тепла грудь.

— Иди сюда, — мужчина резко потянул меня на себя. Я не успела найти подходящую точку опоры и шлёпнулась на его колени.

— Яр!

Его руки уже накрыли мою грудь.

— Яр, перестань!

— Тебе же нравится, — отмахнулся он.

— Знаешь, мне и мороженое есть нравится, но я же не делаю это каждый день! — возразила я.

— Правильно, потому что растолстеешь и заболеешь ангиной. От меня это не грозит.

— Давай мыться! Тебе вряд ли полезны столь длительные водные процедуры, — решила сменить тему.

— Мой, — он чуть приподнял руки, передавая собственное тело в моё распоряжение.

— Вообще-то, моя помощь требуется лишь твоей спине, — напомнила я.

— Но ты же не столь мелочна, — ответил он. — Мне больно шевелить правой рукой, всё отдаёт в спину.

Я полностью вымыла его. На это ушло значительно больше времени, чем я могла предположить.

Градов первым вышел из ванной. Я сполоснула с себя мыльную пену, вытерлась и поняла, что Яр прихватил мою одежду. Пришлось завернуться в сухое полотенце.

— Не надорвался, пока нёс? — указала глазами на юбку и блузку, которые он бросил на кресло в собственной спальне.

— Машинально взял. Оденешься потом, всё равно испачкаешься.

Если синяки на его теле пожелтели, уже не устрашая тёмной синевой, то порез на спине выглядел ужасно. Очистив его от проступившего гноя, я обработала рану, после чего тщательно смазала мазью. Ярослав действительно не мог сделать это самостоятельно.

— Сколько тебе раз в день нужно обрабатывать? — уточнила я.

— Три-четыре.

— Почему ты не наймёшь себе медсестру? — искренне удивилась я.

— Потому что потом придётся выталкивать её из своей постели, — честно ответил он.

Невыносим!

— Так найми пенсионерку!

— Не хочу! — проворчал, словно капризный ребенок.

— Дурак! — ответила я и пошла мыть руки.

— Кажется, ты плохо закрепила повязку, — сказал он мне, когда я вернулась и взялась за собственную одежду.

— Наверное, ты сильно вертелся. Сейчас посмотрю.

Вновь подойдя к мужчине, я наклонилась и в следующую минуту оказалась на кровати, придавленная весом его тела.

— Яр, отпусти! Иначе я сделаю тебе больно. Будешь сам виноват!

— А ты сделай приятно, — попросил он. Чуть изменил положение тела, касаясь моих губ своими. — И полезно. Завтра перед уходом вновь обработаешь мне спину.

Маме я сказала, что ночевала у Андрея. Затем в течение всего марта я приезжала к нему на метро до начала работы, во время обеда и возвращалась после работы. Хорошо, что расстояние от офиса до метро было небольшим.

Зато от метро до его дома приходилось брать такси, благо, что там была соответствующая остановка, и всегда стояли свободные машины. Я никогда не просила у него денег на возросшие транспортные расходы, но он всегда оплачивал мне такси назад до офиса.

За почти три недели своих путешествий я очень устала. О чем и сообщила мужчине.

— Всё, Яр, больше не приеду. Спина выглядит вполне нормально. Что тебе врачи говорят?

— Антибиотик отменили, но обрабатывать нужно, — признался он.

— Уверена, что сам справишься. Вот, попробуй.

Получилось плохо. Я вздохнула.

— Ты же выходишь на работу. Может, там как-то смогу тебе помогать. Хотя сплетен, скорее всего, не оберёшься.

— Останься сегодня, — неожиданно попросил он.

Я покачала головой.

— Нет, Яр. Мама думает, что я остаюсь с Андреем.

— Ты спишь с ним?

Он произнёс это вполне обычным тоном, и я не смогла обидеться. И всё же вопрос требовал ответа.

— Нет. Не стоит думать обо мне так плохо.

— Я и не думаю. Он снова твой жених.

— Мы не говорим об этом. Но тебе не понять, — ответила я. — Выздоравливай.

Ярослав больше не стал настаивать.

Глава 17. Ничего не обещал

Глава 17. Ничего не обещал

Становилось всё теплее, и мы всё чаще ездили в загородный дом Нины Андреевны. Как-то разговор зашёл о женщинах и машинах. Оказалось, что даже мать Андрея имеет права. И как-то очень быстро я оказалась записанной в автошколу, не совсем понимая, зачем мне это нужно, и не имея машины.

Навыков вождения мне катастрофически не хватало. Лена лишь ехидно улыбалась, а Андрей героически пускал за руль своего дорогого Мерседеса, когда мы оказывались в загородном доме.

Эту картину пришлось наблюдать и Ярославу. Он покрутил пальцем у виска, сделал знак остановиться и распахнул дверцу с моей стороны.

— Как можно учиться ездить на машине с автоматической коробкой передач? Да здесь даже ребёнок поедет. В автошколе экзамены на таких не сдают.

— Спасибо, что просветили, — огрызнулась я. — Я и не заметила разницы.

— Выходи, — буркнул он. Я упрямо продолжала сидеть. — Тебе помочь?

На водительском сиденье его тяжёлой машины я совершенно растерялась.

— Ярик, — словно по покойнику, запричитала Нина Андреевна. — Это небезопасно. Да Алисы из-за руля почти не видно.

— Главное, что ноги и руки достают, — хмыкнул он. И, помолчав, добавил. — До чего надо. Давай, малышка, заводись, теперь переключай передачу. Больше чувственности, ты же можешь.

К счастью, этого уже никто не слышал.

Но Яр мне очень помог. И чем меньше времени оставалось до сдачи экзамена, тем больше он со мной занимался.

Почти каждый вечер мы катались по пустым проселочным дорогам, останавливаясь в лесных тупиках, чтобы на заднем сиденье заниматься уже не вождением.

И экзамен, и вождение я сдала с первого раза. По этому поводу в середине июля Нина Андреевна